Титан империи 8 (СИ)
— Эх, надо бы вечерком опять сбегать в самоволку, — вздохнула она.
В ГАРМ к Затейнице и прочим ученым — они как раз дорабатывали лекарство от рака. Или может быть, на часок к Анастасии Михайловне во Владимир? Интересно, как она там? Как поживают ее близняшки и непоседливый карапуз Петя?
Как только так сразу, а пока нужно перетерпеть процедуру. А будет все как обычно: они поздороваются, сделают пару глотков, посетитель что-нибудь пробубнит, а потом свалит.
Двери закроются, и вот Императрица снова одна…
А вдруг Иванов окажется наемным убийцей⁈ Боги, она так любила наемных убийц! В Пирамиде ее стража уже каждую муху разделывают на лету, охрана сменяется каждый час, каждый сортир набит шпиками, а они все лезут и лезут.
В прошлом году группа старых мешков отправила хитроумного убийцу-хамелеона. Они возжелали вернуть на трон бастарда покойного Николая Годунова. Мальчик успел поправить всего месяц после Ночи Перерождения, а потом «добровольно» отрекся от престола. К счастью для него, сам бастард оказался ни сном, ни духом о заговоре, так как давным-давно работал у Гамы в библиотеке и горя не знал.
А недавно даже сунулась ее знакомая по дирижаблю! Гама уж думала, что та сучка окончательно сгинула, ан нет. Даже без рук Бессонова оказалась весьма юркой змеей. Пролезла через канализацию и попыталась поймать Госпожу в ванной!
Амальгама свалила ее в прыжке, скрутила, но не стала убивать визжащую тварь. Оказалось, ее спас тот бедолага Рэй. А бедолага он потому что выходил сам не зная кого — только она окрепла, как загрызла безумного водилу зубами, а потом свалила.
Оглушив Бессонову, Амальгама приказала Красавке сунуть ее в ящик и отнести в мастерскую. Потом они с нею вволю позабавятся!
Вдруг со стороны выхода послышались какие-то звуки.
— Ох, ну что там еще?.. — вздохнула Гама и потянулась к чашке с чаем.
Надо бы выпить эту бурду побыстрей — может быть, вид того, как этот Иванов им давится в попытке угодить, ее развеселит.
Но звук быстро перешел в настоящий грохот. А потом за дверями закричали.
— Хватай, хватай его! Мляяяя!
Амальгама привстала. Одно из двух: либо эти идиоты опять гоняются за мухами, либо…
— Уби-и-и-ийца! — растянулась Гама в блаженной улыбке.
В коридоре грохотали сапогами. Затем послышался треск заклятий. Вдруг в ворота прилетело что-то мощное, и створки дрогнули. Пару секунд стояла тишина, и Гама уже решила, что идиота прищучили, как вновь зазвенело железо, зарокотал гром, а через щели дверей полыхнуло огнем.
— Черт, он все еще жив! Мочи его!
Радостная Гама подобралась, выпрямилась на троне, поправила декольте и мощно закинула ногу на ногу.
Если этот мудак таки доберется до тронного зала, пусть увидит Императрицу во всей красе!
Грохотание усиливалось, стон, крики и ор перешли в сплошную какофонию, а улыбка на лице Амальгамы становилась все шире.
Так и знала, что этот капитан Иванов просто прикрытие! Ну-с… кто же он? Кто же? Американский шпион? Бывший рейховец? Или нексианец с промытыми мозгами⁈
— Иди сюда, Иванов! — простонала в нетерпении Гама, хрустнув пальцами. Ниточки тут же запрыгали по тронному залу. — Иди к мамочке, сученыш!
И вот двери раскрылись от мощного удара. Показался коридор, опаленный пламенем, и там суетились стражники. У них по головам скакал мужчина в белом одеянии. Они как могли пытались его схватить, сбить заклятиями или проткнуть копьями, но он ловко уворачивался.
Прыг-прыг и прыг, и все по головам орущих стражников.
Еще один прыжок, и он в тронном зале!
— Ах, какой ловкач! — хмыкнула Гама, хлопнув в ладоши.
Нити сверкнули, и двери разом закрылись, оставив стражников в коридоре. С той стороны принялись отчаянно долбиться, но Гама щелчком пальцев накинула на створки сразу три засова.
— Теперь нам не помешают! Браво! Браво! — сказала она и, медленно хлопая в ладоши, сошла с трона. — Ну-ка, ну-ка, покажись!
Убийца в белом сидел на полу и пытался отдышаться. Его одеяние было порвано, обожжено огнем, а кое-где заледенело. С его плеч поднимался дым. Ох, нелегко ему пришлось!
Выдохнув, он поднялся на ноги. Нет, такого человека она не знала, а жаль. Могло получиться интересно, как с тем рейховцем, который узнал в ней фрау Зи.
Увы, с тех пор утекло много воды, и Гама сменила то стареющее тело. Теперь она снова напоминала себя прежнюю — роста в ней было два с половиной метра, а из одежды одна накидка. Большего и не требовалось.
— Нападай, Иванов! — сказала Гама и, подняв руки, направилась по лестнице вниз.
Смертоносные нити порхали повсюду. Одно движение ее пальца, и они разорвут убийцу на части. Но тот и не думал как-то защищаться. Что это, великая сила или великая глупость?
— Но прежде назови причину, по которой ты здесь! — сказала Амальгама, медленно спускаясь по ступенькам. — Ты считаешь меня чудовищем? Тираном? Авантюристкой-узурпатором, или же?..
Парень молчал. А ведь он был молод. Лет двадцать, не больше. Жаль обрывать эту юную жизнь.
— Или я забрала жизнь твоих родителей в той страшной войне с Британской Империей? — спросила Гама и остановилась. — Что же? Любимая девушка, да? Сестра?..
Она вгляделась в его лицо, и нет, черты совсем незнакомые, однако что-то в нем было… Но что?
— Ну же! — гаркнула Амальгама, остановившись. — Зачем ты здесь? Отвечай!
Нити замерли и натянулись. Одно движение, и его молодая жизнь оборвется.
— Я, Гама, — послышался давно забытый голос, и парень прижал ладони к лицу. — пришел сюда из простой любви к тебе.
Он убрал руки, и Гама охнула.
— Хозяин… — сорвалось с ее губ, и она отпустила нити. — Хозяин…
Вдруг из коридора послышалось рычание и стражники победно закричали. Не успела Гама опомниться, как дверь со всеми засовами сорвало с петель, и в тронный зал ворвалась чернокрылая бестия.
Пролетев круг под потолком, зубастый черт в элегантном пиджаке и с золотой серьгой приземлился за спиной у посетителя. Два хвоста заерзали по полу. Он перекинул сигару в уголок рта и зубасто ухмыльнулся:
— Мудак! — и Красавка распустил галстук. — Тебе отсюда не выйти!
Обходя гостя, он пыхнул ему в лицо дымом и схватил его за горло. Желтые глаза плотоядно сверкнули.
Парень лишь положил ладонь ему на руку и улыбнулся. Дым рассеялся, а Красавка удивленно щелкнул зубами. Сигара упала на пол.
Из коридора забежали очухавшиеся воины, но стоило им столкнуться со взглядом Гамы, как они тут же остановились.
— ВСЕ ВОН! — загремела она и щелкнула пальцами.
Ниточки тут же сорвались с потолка и, обхватив солдат, начали вытеснять их из тронного зала.
— Но как же? Но как⁈ Госпожа! — заливались они криком, пытаясь удержаться на ногах, но все тщетно. Нити подхватили двери и захлопнули створки перед лицами удивленных солдат.
— Как же личный досмотр!!! — звучал крик, но Красавка рыкнул, и все в коридоре заткнулись.
Наконец, засовы снова встали на свои места, и в тронном зале опустилась тишина.
Хозяин огляделся.
— А ты неплохо тут устроилась, моя милая, — проговорил он, почесав подошедшего Красавку за ухом. — А ты тоже хорош, друг. Вона как вымахал!
Это правда. Ростом Красавка, вернее гранд-герцог Красавкин, был два метра, а размах крыльев у него был все пять. Он довольно заурчал и почесался мохнатым ухом о плечо господина.
— Хозяин… — наконец, смогла Гама справиться с волнением. — Вы вернулись?
— Да, — кивнул он и присел на стул для аудиенции. — Когда этот гад лопнул, пришлось полетать в космосе в виде космической пыли. Осознать себя, а потом собраться заново, когда тебя распылило на атомы непросто… но у меня была куча времени.
И хозяин, подхватив чашку с приготовленного для него столика, отпил немного:
— А я гляжу, ты времени зря не теряла. Я немного почитал про то, что произошло за минувшие годы, и, признаюсь, это… впечатляет.
— Нет, хозяин, это мелочи, — проговорила Гама и, смахнув слезинку, обвела тронный зал рукой. — Все это — просто дань их человеческой природе. Несмотря ни на какие мои дела или слова, одним все больше хочется славить меня как богиню, а другим увидеть, как я буду низвергнута во прах. Это все пустяки, но будьте уверены — настоящая работа тоже идет. Еще многое предстоит сделать. Еще столько болезней предстоит победить. Жизнь человека все еще коротка, а помыслы людей еще слишком примитивны. Одни все еще считают разумных нексов злом от природы, а другие упрямо хватаются за старые классовые различия. И все они не верят, что когда-нибудь отправятся к звездам, где есть горы хлеба и бездны могущества.