Авалон. Потенциал Силы. Книга 3 (СИ)

Димон тоже уставился на неё.
— Ты серьёзно? — выдохнул он. — Я то место помню, мы ещё ногу там одному говнюку повредили. Что, ни крови, ни матрасов?
— Не-а, — девушка покачала головой. — Просто заброшка, никаких вещей даже нет. Голый бетон. Не знаю. Василий выполняет задания чётко, сомнений нет.
— Ладно, потом обсудим. — рассеяно кивнул я и указал на Ваню. — С этим что?
  
Катя махнула рукой, показывая на кортеж.
— В машину его, вы двое, с ним. Поехали уже.
Один из охранников молча взял парнишку за локоть и повёл к дальнему внедорожнику. Ваня не сопротивлялся, но его плечи дрожали. И он всё ещё не говорил ни слова. Сложилось впечатление, что он слегка пришёл в себя, но говорить не собирается.
Мы разделились по машинам. Я, Юки и Лена сели в один автомобиль, остальные во второй. Охранники заняли свои места, и кортеж тронулся, плавно выезжая с аэродрома.
Лена сильно прижалась ко мне и горячо шептала такие вещи, что мне аж стало неуютно. Соскучилась, ненасытная. Впрочем, скорее была рада, что со мной всё в порядке.
Мы подъехали к усадьбе Демидовых без приключений. Ворота открылись автоматически, и машины въехали на территорию, хрустя гравием под колёсами.
Как только вышли из машин, нас встретил один из охранников в строгом костюме.
— Сергей Александрович ждёт вас, — сказал он. — Всех.
Мы переглянулись. Юки выглядел настороженно, Димон нервно хмыкнул, а я почувствовал себя не в своей тарелке. И что там будет? Нагоняй за то, что случилось в аэропорту? Если так, то это будет перебор.
Мельком взглянул на Катю, и она широко улыбнулась мне, показывая, что всё в порядке.
Нас провели в отдельный кабинет коридора на втором этаже — туда, куда мы с Димоном даже не заглядывали.
Лена держалась рядом.
Сергей Александрович стоял у окна, глядя на тёмный сад и его фигура, казалось, заполняла всю комнату.
Высокий, с широкими плечами, с излюбленной тростью — мне даже показалось, что он всегда выглядит одинаково, как на фотографии. Седые волосы зачёсаны назад, а глаза всё такие же холодные и цепкие, как у хищника. Они пробежались по каждому из нас, словно оценивая.
— Садитесь, — сказал он. Мы послушно разместились на кожаные кресла вокруг массивного дубового стола, а он повернулся к нам, скрестив руки на груди.
— Это было… чересчур, — начал он, глядя на нас, но особенно задержав взгляд на Юки. — Но я понимаю, что никто из вас напрямую не виноват. Ситуация вышла из-под контроля, и вы сделали что могли. Однако ты, Юки Митиноши…
Он сделал паузу, а азиат упрямо посмотрел ему в глаза.
— … Надеюсь, ты рассказал друзьям свою историю? Поверь мне, история твоего клана далеко не тайна. По крайней мере не для нас, Демидовых.
Юки напрягся, его лицо стало жёстким, но он молчал. Не знаю, что было у парня в голове в этот момент, но он сразу перешёл к делу.
— Я знаю, что вы собираете вокруг вашего клана героев Авалона. И я не буду на вас работать, — сказал он твёрдым голосом.
Отец Кати остался на удивление спокойным, небо и земля, если сравнивать с тем, как он вёл себя у дочери в кабинете. Он прищурился, медленно подошёл к столу, положил руки на столешницу и наклонился чуть ближе.
— Что ж, будь по-твоему, — сказал он, и его голос стал холоднее. — Мы никого насильно и не держим. Но тогда так: у тебя есть неделя, чтобы прийти в себя и решить, что будешь делать дальше. Если ты не с Демидовыми, тебе придётся уйти. И уйти далеко.
Он сделал паузу, глядя на нас троих. Девушки так вообще замерли и молчали, лишь переглядывались.
— Я знаю о том, что вы когда-то помогли моей дочери. Из уважения к этому поступку, я сделал то, что сделал. Замял эту историю в аэропорту. Но слушайте внимательно, — он склонил голову на бок, его глаза сверкнули. — Теперь мы в расчёте.
Я посмотрел на Катю, которая сидела рядом, опустив глаза. Её щеки слегка покраснели, и было нетрудно догадаться, что ей неловко.
Димон кашлянул, но даже он не нашёл, что сказать.
— Теперь идите, — закончил Демидов, выпрямляясь. — У вас есть неделя. Мы вышли из кабинета в молчании. Охранник провёл нас через коридор, и мы, не сговариваясь, вывалились на свежий воздух.
Прошли по гравийной дорожке, миновав кусты и фонтан, который тихо журчал в темноте. В дальнем углу сада, у деревянной скамейки, мы остановились.
Я сел первым, чувствуя, как на плечи наваливается усталость. Время близилось к полуночи.
Юки опустился рядом, Катя прислонилась к дереву, а остальные и вовсе остались стоять.
Все смотрели на азиата.
— Ну всё, братишка, — сказал Димон твёрдо. — Вариантов у тебя не осталось. Давай выкладывай, что за дела. Кто эти типы, про какой клан говорил дед, и почему за тобой охотятся?
Юки долго молчал, глядя куда-то в темноту. Его лицо выдавало напряжение, но я видел, что сейчас сдастся. Он глубоко вдохнул и начал говорить:
— Хорошо, я расскажу. Мой клан…
— Здорово, что мы только сейчас узнаём, что у тебя проблемы именно из-за клана, — с сарказмом сказал я, но азиат не обиделся.
Лишь начал рассказывать.
  
Глава 19
 
Юки родился в семье клана Митиноши, чья история была вырезана в летописях.
Клан Митиноши был не просто воинским родом — они являлись чуть ли не тенями императора, его клинками, исполнявшими волю трона сотни лет. Их верность императорскому дому была нерушимой клятвой, скреплённой кровью предков.
Про их мастерство в бою и техники ходили легенды. Один из самых страшных кланов шиноби.
В лучшие времени клан мог похвастаться Титанами — воинами, чей ранг означал не только невероятную силу, но и способность менять исход сражения по щелчку пальцев.
Но последний Титан Митиноши погиб сто лет назад в одной из войн, защищая императора от мятежников, и его смерть стала символом чести клана. Но в последнем столетии нового Титана не появилось, и это зашатало стойкие позиции клана. Стало знаком упадка.
Юки рос в старинном имении на склоне горы, скрытом от мира густым лесом и древними техниками. Имение было не просто домом — целым духовным центром клана, где каждый камень хранил отголоски их силы.
Отец Юки был суровым, но справедливым человеком. Мастером катаны, чьи движения походили на танец ветра.
Мать развивала в себе техники проницательности, способностью видеть суть людей и читала их как открытую книгу. Именно от родителей Юки унаследовал свои способности, которые мать и отец так стойко развивали в нём с тех пор, как он достиг нужного возраста.
С раннего детства Юки учился искусству боя и медитационным практикам. Каждое утро начиналось у пруда, окружённого камнями, где он учился искать энергию в своём теле. Днём отец обучал его владению клинком, заставляя повторять удары до тех пор, пока он не достигнет подходящего результата.
— Меч — не оружие, сын, — говорил отец твёрдым голосом. — Это твой дух, воплощённый в металле. Если дух слаб, меч бесполезен.
Тогда Юки был ещё слишком юн, чтобы полностью понимать наставления отца, но всё же впитывал эти уроки. Просто не всегда понимал их глубины. Он кивал, сжимая меч, и повторял удары, пока руки не начинали дрожать.
Вечерами мать рассказывала ему истории о предках Митиноши, о том, как они спасли Императора от заговора, заплатив жизнями. Эти рассказы разжигали в сердце Юки гордость, но в то же время лёгкую тревогу — он понимал, что на его плечах лежит ответственность за наследие клана. Даже в десять лет он чувствовал, как эта ноша давит на него, но вместо страха она рождала решимость — он обязательно станет достойным Митиноши.
  
В тринадцать лет мир Юки рухнул. В тот день он находился в медитационной комнате, оттачивая дыхательные техники — он готовился к освоению ядра. Первый шаг к рангу Адепта. Пот стекал по лбу, тело дрожало от напряжения, но он чувствовал, что близок к прорыву — мальчик старался изо всех сил.
Внезапно свет в комнате померк, а стены задрожали от мощного удара.