Его звали Тони. Книга 7 (СИ)

Ситуация с захватом анклава выглядела нетипично. Медленное, тянучее распространение заразы.
Сначала, он ограничил контакты с внешним миром. Воспользовался подвернувшимся конфликтом между двумя семьями цвергов, которые поссорились из-за новостей. Закончилось всё мордобоем, сломанными конечностями и ножевыми ранениями.
Именно под этим соусом старейшины объявили о запрете социальных сетей. Временном, понятное дело. На пару недель. Там как раз какой-то замес между крупными кланами цвергов, имел место быть. Легко провоцирующий недопонимание между их соплеменниками. Удобная мотивация.
  
Как водится, что-то временное быстро превратились в постоянное. Более того — запреты быстро ширились. Пока в один прекрасные день, доступ к сети не вырубили полностью. Тогда же исчезла возможность свободно выбраться наружу. Для каждого, кто хотел покинуть подгорное поселение, требовалось разрешение от старейшин.
Одновременно с этим по жилым уровням стремительно мчалось что-то вроде «философского течения». Грубо говоря — секты. Которая постулировала, что на поверхности ничего хорошего нет и быть не может. А все контакты с ней стоит ограничить.
В какой-то момент ограничили доступ — никто не мог подняться выше третьего уровня. По крайней мере из тех, у кого не было пропуска.
Местная молодёжь организовала что-то вроде заговора. Но не для того, чтобы ударить по охране, забрать их оружие и вырезать к такой-то матери всех выродков. Нет. Они всего лишь хотели добраться до старейшин и всё им рассказать. Эпические непуганые идиоты, что тут сказать.
Однако, стоит отдать им должное — до старейшин те и правда добрались. Выяснив для себя две вещи. Во-первых, все их лидеры ни хрена не понимают, что происходит вокруг и в целом почти невменяемы. А во-вторых, реально всем рулит даже не цверг, а человек, которого они когда-то пустили в качестве эксперта по Обсерватуму. И давно забыли о его существовании. Считая, что тот либо мёртв, либо сбежал.
Донести информацию назад, эти смелые бунтовщики успели. Придумать что-то иное — уже нет. Именно в тот день охрана принялась загонять их в эти залы. Убивая тех, кто слишком упорно сопротивлялся и не позволяя собрать вещи.
Знаете, что самое интересное? Залы абсолютно точно готовили заранее. В этом стояли торговые автоматы с распознаванием биометрии. У цвергов были электронные балансы, которые пополнялись в зависимости от количества выполненных заданий.
Последних сначала хватало — регулярно формировали команды по обслуживанию техники или запрашивали рабочие руки для чего-то ещё. Но чем больше проходило времени, тем реже стали открываться двери зала. Сейчас охрана показывалась только для того, чтобы забрать девушку, предназначенную для «Великого». Электронные балансы у цвергов оказались на минимуме, а с едой возникли закономерные проблемы.
Как и с гигиеной — душевые кабины и туалеты тут тоже имелись. Но за пользование ими требовалось платить. Что привело к предсказуемой стратегии поведения местных.
Знаете, что это напоминало? Многочисленные суровые антиутопии о подземных мирах, в которых бал правила «Система». Вот серьёзно. Но, это бы значило, что передо мной ещё один попаданец.
Хотя, может оно так и есть. В теории, он даже из моего мира может быть. Операцию по установлению тоталитарной власти в отдельно взятом анклаве с его полной изоляцией от внешнего мира, вон провернул гладко. Конечно, такое может и само по себе в голову прийти. Но куда более вероятно, что такая схема родится в голове человека, хорошо знакомого с историей человечества в моём мире.
Смущали только две вещи. Нахрена ему сдался этот анклав? И каким боком ко всему этому относится Обсерватум?
Ну вот в самом деле — он ведь бесконечно далёк в технологическом плане. Ну, по идее. Так-то я его ещё в глаза не видел.
— А где ваши эти старейшины сидят? — поинтересовалась Арина, когда девушка закончила свой рассказ. — Сколько тут ваще уровней?
— Они… — цверга запнулась и пошатнувшись, едва не рухнула на пол. Я в последний момент подхватить успел.
Так. Загнулась что-ли? Нет, дышит вроде — вон соски чуть поднимаются. И грудь вместе с ними — чё вы щас так нахмурились. Я всего лишь состояние девушки оценивал. А заодно батончик из кармана доставал.
Шоколадное угощение она сжевала моментально. Ещё до того, как я успел подумать, что с голодухи такое может знатно вшторить её желудок. Потом выхлебала поллитра воды. И уселась по-турецки на полу.
— Девять ярусов у нас всего, — медленно проговорила цверга. — Старейшины обычно на седьмом.
Угу. Не так далеко. Мы уже на пятом ведь. Ещё момент — почему-то мне кажется, что у этого противника больше нет ресурсов, чтобы нас остановить. Были бы — использовал. А не отправлял на баррикаду инвалидов, которые даже стрелять не способны, потому что пальцы распухли.
— Узурпатор этот там же? — уточнил я ещё один момент.
— Возможно, — чуть пожала она плечами.
— Ладно, — кивнул я. — Покажешь дорогу. Гамлет, помоги ей встать.
Цверга после еды впала в состояние сонной сытости, так что на действия кобольда почти не отреагировала. Равно как и на мои слова, собственно говоря. Осознав, что происходит только после того, как мы очутились в коридоре.
— А что вы делать собираетесь? — пробормотала она, очутившись рядом с Кью. — Убьёте всех? И нас тоже?
— Что делать нам? — выглянул в двери ещё один из цвергов. — Можно выходить?
— Выходите, — оглянулся я. — Наверху никого живого нет. Вниз пока лучше не спускаться. Как всё закончится, мы вас выпустим.
Здорово их жизнь покорёжила — даже сейчас толком не понимают, как быть. С другой стороны — проведи я несколько лет в таких условиях, тоже бы охренел.
Девушку пришлось усадить на Кью. Самостоятельно цверга перемещалась с совсем крохотной скоростью и норовила постоянно упасть. А других мест рядом не оказалось.
Двоякое такое впечатление, скажу я вам. Вроде голая девушка, которая грудью в твою спину упирается. Но одновременно с этим — запах стоит такой, что отбивает все интересные мысли.
Впрочем, с собой мы её взяли исключительно в качестве проводника. И тут она свою роль отыграла на все сто. Уверенно проведя нас по седьмому уровню, прямо к тому сектору, где ранее обитали старейшины.
Забавно, но стоило мне приоткрыть дверь, как в нос ударил запах еды и алкоголя. Размеры прохода тут были скромными, так что внутрь я вошёл сам. В очередной раз за сегодня удивившись.
Старейшины и правда были здесь. Сидели в общем зале, что-то обсуждая, поглядывая на плоский ТВ, где демонстрировался фильм и лениво лапая полуголых девушек.
Последние моё появление заметили первыми. Однако говорить об этом кому-то из стариков не стали.
— Ты ещё кто? Новый распорядитель? — один из старейшин всё-таки заметил мою фигуру и нахмурился, присматриваясь. — Или вестник? Докладывай, как у нас там всё? Сколько новой земли в Ереване куплено за последний месяц.
Он вёл себя полностью уверено. Если бы я собственными глазами не видел, что снаружи царит запустение и хаос — мог бы поверить, что у этих старейшин есть какой-то план, которому они пытаются следовать.
Но я видел всё собственными глазами. И прекрасно понимал, зачем неизвестный сохранил жизни лидера анклава. Те самые договора и финансовые транзакции. Всё это можно было организовать онлайн. Но требовалось подтверждение. Чаще всего при помощи биометрии. Ещё — порой нужно было проводить переговоры по видеосвязи. Пусть и совсем редко.
— Где ваш главный? — посмотрел я в заплывшие и полные самодовольства глаза старика. — Тоже здесь?
  
— Я велю тебя выпотрошить, дарг, — заявил тот, ткнув в меня толстым коротким пальцем. — Это мы здесь главные. Скоро будем править всем миром.
Ситуация была совсем не смешной. Но от такого заявления я просто не мог не заржать. Вот это понимаю — качественно промытый мозг. Круче — только когда то же самое говорит нищий придурок, у которого денег впритык на базовые нужды хватает. А он тоже всё рассуждает о том, как скоро чем-то будет править. Хотя у самого едва хватает денег коммунальные услуги оплатить.