Наследие серпентара (СИ)

— Эту ночь проведете здесь, — пояснил юноша и поспешил на выход.
— А когда же меня домой вернут? — спросила я у его спины, но тяжелая, обитая железом дверь захлопнулась раньше, чем я успела договорить.
Я ожидала услышать скрежет запирающегося замка, но его не последовало. Тихонько подойдя к выходу, потянула на себя отполированное до блеска кольцо в надежде, что дверь отворится, но она ожидаемо осталась неподвижна. Всё-таки заперли.
Решив, что торчать под дверью бессмысленно, я отправилась осматривать место своего заточения. Первоочередной задачей стало найти что-то для обогрева, потому как в башне было прохладно. Свежий ночной воздух беспрепятственно проникал через узкое оконце в стене. Или это меня от пережитого стресса начало колотить. В любом случае впереди меня ждала долгая ночь, и перспектива провести ее, стуча зубами, совершенно не прельщала.
Подхватив тусклую лампаду, оставленную на полу у двери, я горестно обнаружила отсутствие простора для поисков: всю комнатку по диагонали можно было пересечь за десять шагов. Имелся лишь небольшой отдельный закуток, где стояла лохань с водой и стул с расписанной незнакомыми символами чашей под ним. Видимо, местный санузел. Ну, и на том спасибо. Из мебели в моем распоряжении оказалась только грубо сколоченная кровать, на которую никто не потрудился положить матрас или хотя бы захудалую перинку. На посеревших досках лежал какой-то тюфяк, притворяющийся подушкой, и шерстяной плед, в который я радостно закуталась.
Мне отчаянно захотелось выглянуть в окно, больше напоминавшее узкую бойницу, но располагалось оно так высоко, что я едва доставала до него макушкой. Кусочек звездного неба — это всё, что я могла увидеть.
Возбуждение последних часов начало спадать, уступая место внезапно навалившейся усталости. С тяжелым вздохом я с ногами забралась на кровать, плотнее завернувшись в плед.
С холодной ясностью, неожиданно воцарившейся в голове, поняла: я влипла. Не знаю, как такое возможно, но факт. Все вокруг — самая настоящая реальность. Бесполезно ждать, что я очнусь от забытья и окажусь дома. Я застонала и обхватила ладонями голову.
Это всё из-за чертовой книги.
Но если я попала сюда, открыв ее, то вполне вероятно, что таким же способом я смогу вернуться обратно в свой мир. Нужно лишь снова открыть книгу. Интересно, а страница имеет значение? Как бы еще куда не забросило…
Я устало потерла виски.
Все мои рассуждения не имеют смысла, поскольку до книги мне не добраться. Этот Амаяк Акопян недоделанный ее в ящике стола закрыл и теперь с ней не расстанется.
Ну, почему, почему я не додумалась раньше это сделать⁈ Может сейчас бы уже дома чай пила с валерьянкой…
Утомленная безрадостными мыслями и вечерними приключениями, я свернулась калачиком на жесткой кровати и спустя мгновение провалилась в глубокий сон.
  
Глава 4
 
— Я поеду с вами, — упрямый женский голос отзывался в ноющих висках пульсирующими волнами боли.
Леди Аделия стояла посреди кабинета магистра, освещаемого первыми лучами летнего солнца, и чуть ли не топала ногами.
После тревожной ночи моя голова немилосердно болела, вынуждая смотреть на кровожадную красотку из-под полуприкрытых век. Вчера она жаждала моей смерти, а сегодня хочет составить компанию в поездке.
И с чего такая перемена настроений?.. Ох, не к добру… Впрочем, в моем состоянии видеть что-то доброе в жизни было затруднительно.
— Мы по делу едем, а не с визитом вежливости. Сейчас твое присутствие неуместно, — не допускающим возражений тоном заявил магистр Теодофред.
— Позвольте Хранителю Юстиниану решать, уместно ли присутствие его невесты на встрече или нет, — девушка вздернула подбородок и с вызовом посмотрела на родственника.
Магистр скептически приподнял бровь:
— Неужели ты изменила свое отношение к предстоящему браку? Или тебе настолько скучно?
— Ну, вы же все твердите, что мне просто нужно привыкнуть к будущему мужу. — Аделия повела плечом, откинув на спину локоны вкусного карамельного цвета.
 
Эх, карамельку бы сейчас для поднятия боевого духа. Да и вообще кушать хочется. По-моему, у меня желудок к позвоночнику прилип.
— Вот, спешу воспользоваться возможность попривыкать, — добавила девушка с напускным равнодушием.
Леди Аделия бросила колючий взгляд в сторону ученика мага, старательно изображавшего полную погруженность в раскладывание бумаг на столе учителя.
Магистр с племянницей продолжили дальше о чем-то спорить, но я уже слушала в пол-уха. Поскольку мое присутствие игнорировалось, я спокойно рассматривала кабинет магистра. Мое внимание привлек стоявший в центре круглой комнаты массивный стол из темного дерева, в недрах которого была спрятана моя книжка.
Освещаемый солнцем витраж создавал красивый цветной рисунок на его гладкой столешнице. Вдоль стен к потолку тянулись изящные кованые стеллажи, уставленные книгами. Два глубоких, уютных кресла с высокими спинками расположились перед столом. В одном из них сидел магистр, нервно покачивая носком остроносых домашних туфель со смешным помпоном. Второе бордовое кресло оставалось свободным и манило меня комфортом мягкого бархатного сиденья, на которое мне никто не предложил присесть. В этот раз, едва я вошла в кабинет в сопровождении Криса, магистр велел мне шагнуть в нарисованный на полу круг.
Делать это мне совершенно не хотелось, сразу же было понятно, что тут какой-то подвох. Так и вышло: зайти я в круг зашла, а вот выйти обратно уже не получалось — меня как будто окружала непреодолимая невидимая стена. Зато внутри круга я могла шевелиться и поворачиваться, что конечно лучше, чем быть связанной по рукам и ногам.
— Я больше не буду терять время на бессмысленные споры! — рыкнул магистр, в сердцах хлопнув по подлокотникам кресла. — Если и мать не сможет тебя образумить, то поезжай… на свой страх и риск.
С этими словами мужчина схватил за руку упрямую девицу и поспешно покинул кабинет, бросив ученику через плечо:
— Присмотри тут.
На меня напала какая-то апатия и безразличие к происходящему. Куда-то надо ехать? Да везите, куда хотите, только обратно в башню не бросайте! Я больше не смогу часами на серые стены пялиться, терзаемая неопределенностью и жалостью к себе.
Запах свежей выпечки щекотал мои ноздри с того самого момента, как меня привели в кабинет. Я тайком искала источник манящего аромата и вскоре узрела поднос с остатками завтрака магистра. Если бы не головная боль, периодически отвлекавшая меня от созерцания вожделенной еды, я бы уже закапала слюной дорогой паркет кабинета.
Живот призывно заурчал, напомнив мне, что я уже почти сутки ничего не ела. Накануне только завтракала, а обед пропустила, надеясь пораньше освободиться и плотно поужинать. А вон как вышло!
Итак, урок номер один от гостеприимного мира Ванримор: никогда не пропускай обед, поскольку следующий прием пищи не гарантирован.
Печально вздохнув, я села на пол и скрестила ноги по-турецки. Сил стоять у меня уже не осталось. Ученик магистра молча наблюдал за мной, присев на мягкий подлокотник кресла.
Проследив за моим взглядом, он первым нарушил молчание:
— Голодна?
Нет, в гляделки с ватрушками играю!
Я с трудом оторвала взгляд от аппетитных булочек и кивнула. Неужели даст поесть? Или просто поиздеваться спросил?
Кристобаль подошел к столу, заслонив от моего голодного взора вожделенный поднос с едой. Немного повозившись, юноша приблизился ко мне и поставил на пол бокал с водой и блюдце с пышной булочкой на ажурной салфетке, аккуратно придвинув их пальцами. Интересно, почему он может беспрепятственно пересекать эту невидимую стену, а я неизбежно в нее упираюсь и не могу продвинуться ни на миллиметр?
Не веря своему счастью, я впилась зубами в румяную сдобу, внутри которой оказался нежный, творожно-сливочный крем. С удовольствием жевала, запивая водой и блаженно прикрыв глаза, и почти забыла, где нахожусь.