Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Митч опускает пистолет.
— Вы отдали его полиции? Мой героин?
— Боюсь, что так, — кивает Ибрагим.
— Я мертв, вы понимаете? — упавшим голосом говорит Митч. — Вы только что меня убили.
Гарт начинает смеяться. Затем смех перерастает в заразительный хохот, и вскоре Джойс уже хихикает вместе с ним, хотя дуло его пистолета все еще направлено на нее. Наконец Гарт успокаивается и поворачивается к разъяренному Митчу.
  
— Ты до сих пор не понял, Митч? То есть все это время ты понятия не имел, что происходит?
  
Глава 78
 
Молодого человека, которого они только что допросили, зовут Томас Мердок. Он отвечал: «Без комментариев» — на каждый вопрос, за исключением одного-единственного: когда Джилл поинтересовалась, кто продал ему героин. Ответ «Пять пенсионеров», кажется, не убедил даже его собственного адвоката.
Томас Мердок может говорить «Без комментариев» сколько душе угодно: с таким богатым криминальным прошлым и сумкой, полной героина, он в любом случае отправится в тюрьму надолго.
Что же касается пятерых пенсионеров, то Джилл не думает, что Томас Мердок добровольно подтвердит эти показания на суде.
Руководствуясь профессиональным долгом, она спросила у Донны, что произошло на самом деле, и Донна рассказала ей, как Томас Мердок промышлял мошенничеством, вытягивая деньги у одиноких стариков. Этого, собственно, хватило, чтобы у Джилл больше не возникало вопросов.
Она получила свой героин обратно, а значит, угроза над ней больше не висит. Кроме того, сейчас она, одетая в пальто и перчатки, распивает бутылку вина с Крисом и Донной в заиндевевшем вагончике.
— Это был не Митч Максвелл и не Дом Холт, — говорит Джилл. — За ними обоими постоянно следили. Включая ту ночь, когда убили Калдеша.
— Лука Буттачи? — спрашивает Донна.
— И не Лука Буттачи, — отвечает Джилл, допивая стаканчик до дна.
— Вы уверены?
— Конечно, — кивает Джилл. — Он был со мной у меня дома.
— О боже, — говорит Донна.
— О боже, — соглашается Джилл.
— Хотя вполне могу себе представить.
Джилл заставляет себя слегка улыбнуться.
— Итак, вы незаконно пролезли на склад, — продолжает она, указывая рукой в перчатке на свой стаканчик. — Вы потворствовали нахождению посторонних на месте преступления и утаивали улики в ходе уголовного расследования, а я спала с ключевым свидетелем. Я бы сказала, что это почти нас уравнивает.
— Как вы восприняли новость о том, что его скинули с автостоянки? — спрашивает Донна.
— Очевидно, я это переживу, — отвечает Джилл. — Спасибо вам обоим, что спасли мою карьеру.
— Мэм, — говорит Донна, шутливо отдавая честь.
— И теперь вы поможете нам? — спрашивает Крис.
— Я думаю, так будет честно, — отвечает Джилл.
— Вы ведь наверняка уже проверили дилеров-конкурентов? Тех, кто хотел бы заполучить наркотики в свои руки?
Джилл пожимает плечами:
— У Митча и Луки здесь нет конкурентов. Во всяком случае, в торговле героином.
— Может, кто-то новый пытается подняться?
— Я просто не представляю, кто еще мог знать об отправке, — отвечает Джилл.
— Еще и афганцы вышли на охоту? — спрашивает Донна.
— Если честно, я понятия не имею, с какой стати, — говорит Джилл. — Может, волнуются, что полиция выйдет на их след?
— Все это уже стало причиной многих смертей, — напоминает Крис. — Калдеш, Дом Холт… Луку скинули с паркинга, Саманту Барнс столкнули с лестницы. Кто-то ведь их всех убил. Из-за какого-то маленького пакетика героина. Нелепость!
  
Глава 79
 
Справедливости ради стоит отметить, что Гарт завладел вниманием сразу всех. Он кладет пистолет и садится.
— Садись, Митч, — приглашает он. — И позвольте всем вам задать один вопрос.
Митч подчиняется.
— Я уже спросил Митча чуть ранее, — говорит Гарт, — неужели никому не показалась странной вся эта беготня за героином?
— А разве люди не бегают повсюду за героином? — пожимает плечами Джойс.
— Хотя бы даже сто тысяч… Неужели они стоят всех этих усилий, всех этих смертей?
— Мне нужно было… — начинает Митч.
— Я знаю, зачем тебе нужно было это найти, — перебивает Гарт. — Вся ваша бизнес-схема рушилась, и афганец собирался вас убить. Конечно, ты хотел, чтобы все стало как прежде. Но я? Почему я стремился найти героин не меньше? А моя жена? А тот парень из Афганистана, которого ты так боишься? Почему мы все так упорно гнались за сотней тысяч? Мы ведь богатые люди.
— Я просто решил… может, жадность? Не знаю… — растерянно говорит Митч. — Вообще-то я об этом даже не думал.
— Ну и зачем вы все сюда слетелись? — интересуется Рон. — Как синезадые мухи на известно что.
— Может, кто-нибудь уже догадался? — спрашивает Гарт, оглядывая комнату.
Элизабет поднимает голову:
— Я могу предположить.
— Валяйте, — говорит Гарт.
— Есть один важный момент, который я, если честно, долго не могла понять. С какой стати Стефан согласился помочь Калдешу? Ради продажи героина? Калдеш даже не стал бы просить о таком, а Стефан точно бы не согласился. И с чего Калдеш вдруг решил, что знает, как продавать наркотики? Это была еще одна вещь, которая не давала мне покоя.
— Согласен, — кивает Гарт.
— Эта маленькая шкатулочка с героином, ввезенная в страну, — продолжает Элизабет, — уничтожила все и вся на своем пути. Люди так отчаянно пытались найти ее, а Калдеш так отчаянно пытался ее спрятать, что я вижу лишь одну причину: дело вовсе не в героине.
Гарт одобрительно кивает.
— Это все из-за шкатулочки.
— Видит бог, она попала в самую точку, — говорит Гарт.
— Из-за шкатулочки? — изумленно повторяет Рон.
— Вы, должно быть, увидели ее на нашем обеде, Гарт, — произносит Элизабет. — В телефоне Митча?
— Мы чуть было не отказались от приглашения на тот обед, — отвечает Гарт, — но у Саманты было предчувствие насчет всех вас, и она вроде как в самом деле заинтересовалась наркоторговлей. А разглядев эту шкатулочку, мы уже совсем не думали о героине. Это же самое прекрасное, что я видел в жизни. Я рад, что и Саманта увидела ее перед смертью. Этой шкатулке шесть тысяч лет, представляете? Она вырезана из кости, а не слеплена из глины. И украшена Оком дьявола.
— Я в самом деле заметила какие-то отметины, — произносит Джойс. — Хорошо, что вы напомнили.
Рон бурчит:
— Да, конечно, рассказывай сказки, Джойс!
— Такие штуки крали, — продолжает Гарт. — Сотни лет. Из Египта…
— Ого, — удивляется Ибрагим.
— Из Ирака, Ирана, Сирии. Там разграблены все храмы. Даже если кто-то работал там, выдавая себя за археолога, то все без исключения были грабителями. Потом вывозили контрабандой. Я вижу, как время от времени всплывают вещи, которые не должны продаваться; вещи, за которые можно серьезно отсидеть. Но подобного я не видел никогда и нигде. Ух! Зато увидел теперь! Эти хитрые афганские парни завезли контрабандой в страну шкатулочку стоимостью в десятки миллионов, Митч, и даже не поставили тебя в известность. Вот почему все убивают друг друга. Никому нет дела до твоих ста тысяч.
Теперь Митч наставляет пистолет на Джойс.
— Отдайте мне шкатулку. Живо!
Гарт направляет свой пистолет на Митча.
— Нет, Джойс, отдайте шкатулочку мне.
— Никто больше не должен пострадать, — говорит Митч. — Это моя шкатулка, все по-честному. Я заберу ее и верну Ханифу. Главное, чтобы никакого больше оружия и никаких неприятностей!
— Чувак, моя жена погибла, — напоминает Гарт. — Шкатулка останется у меня.
Митч разворачивается к нему, не опуская пистолет:
— Может быть, впереди еще одна смерть?
  
— Может быть, — отвечает Гарт.
Митч снимает пистолет с предохранителя. Гарт делает то же самое.
— Мальчики, — говорит Джойс. — Не хочу портить вам веселье, но у меня больше нет этой штуки.
— Ну уж нет, — качает головой Митч. — Только не сейчас, когда я уже так близок.