Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
— Телефоны плавятся в огне, — говорит Элизабет. — Наверняка вы найдете все необходимое в ее домашнем компьютере.
Пока эта парочка будет изучать компьютер Холли, Элизабет проштудирует ее симку.
Рон замечает, что Джойс достала телефон из сумочки и слегка изменилась в лице. Эд Ширан тоже это замечает.
— Хотите нам что-нибудь сказать, мэм?
Джойс кладет телефон обратно в сумку и качает головой.
Они отошли далеко от сгоревшей машины — ее уже не видно. О пережитом кошмаре свидетельствуют лишь тонкие завитки дыма над Рёскин-кортом, низкий гул полицейского генератора и запах металла в воздухе. Им навстречу идет Полин и ведет за руку сонного Кендрика. Он обнимает их обоих.
— Не мог уснуть, — говорит Полин.
— Из-за шума, — поясняет Кендрик. — Привет всем, вы меня помните?
Все отвечают, что помнят Кендрика. Он рад.
— А что это был за грохот? — спрашивает Кендрик. — Полин не поняла.
— А, это старая бомба времен Второй мировой, — отвечает Рон. Смотрит на полицейских, и тем хватает ума кивнуть.
— Иногда они взрываются через много лет, — поясняет детектив-инспектор Варма.
— Поэтому пришлось вызвать полицию?
— Да, чтобы убедиться, что никто не пострадал, — говорит Джойс.
— И что, никто не пострадал? — спрашивает Кендрик.
— Обошлось, — отвечает Джойс. — Но Алану не понравился шум.
— Собаки не любят громкие звуки, — поясняет Полин.
— Я тоже, — говорит Кендрик.
— Давай отведем тебя домой, — предлагает Рон. — Горячий шоколад будешь?
— Мм, горячий шоколад в час ночи? — сомневается Кендрик. — Разве так можно?
Детектив-инспектор Варма понимает, что вопрос адресован ей, и кивает.
— Увидимся утром, Рон, — говорит Элизабет. — С утра пораньше.
«Куда ж я денусь», — думает Рон. Он берет Кендрика за свободную руку, и они с Полин поворачивают к дому. Элизабет, Джойс и Ибрагим остаются позади.
«Значит, Кендрик испугался шума? Это что-то новенькое. Сьюзи так и не объявилась. В воскресенье Джейсон обещал забрать Кендрика. Но почему Сьюзи сама не может за ним приехать?»
Кендрик тянет его за руку:
— А ты был на войне, деда?
— Я бастовал с шахтерами в тысяча девятьсот семьдесят четвертом году, — отвечает Рон.
Кендрик кивает:
— А зачем они бастовали?
Рон воодушевляется:
— Дай-ка я расскажу тебе кое-что о позднем капитализме, Кенни.
— Ура! — кричит Кендрик.
Суббота
22Таким чудесным субботним утром любой решит, что с этим миром все в порядке. Что ж, человеку свойственно ошибаться.
Солнце светит, птички поют, а Рон и Богдан сидят в садовых креслах в патио одного из самых отъявленных драгдилеров в истории Великобритании. На креслах подушки в цветочек.
— А у тебя тоже кто-то есть? — спрашивает Дэйви Ноукс. Дворецкий выносит три бутылки пива на подносе. Рон замечает, что на подносе также лежит пистолет.
— У меня? — уточняет Рон. — Да, есть. А тебе-то что?
— Что ж, тем хуже для тебя, — говорит Дэйви. — Все равно с этими свиданками одни проблемы, как ни крути. Допустим, я приглашу тебя куда-нибудь, и ты почувствуешь себя обязанным пойти…
— Потому что иначе мне крышка? — Рон смотрит на пистолет, берет пиво и благодарно кивает дворецкому.
— Потому что иначе тебе крышка, — соглашается Дэйви и протягивает бутылку Богдану.
— Ваше здоровье, — говорит Богдан.
— Пару недель я с тобой поиграю, — продолжает Дэйви, — потом мне надоест, но я во всем обвиню тебя. И попрошу кого-нибудь переехать тебя на машине. Не убить, а так, покалечить на память. Говорят, теперь в любовных делах все иначе, но кое-что никогда не меняется.
— У меня тоже есть девушка, — на всякий случай говорит Богдан.
— Да знаю я, здоровяк, — отвечает Дэйви и берет с подноса бутылку и пистолет. Дворецкий уходит. — Ты же встречаешься с этой девчонкой-полицейским? Противоположности притягиваются, да? Сказал ей, к кому идешь в гости?
— Сказал, что у меня с Роном дела, — говорит Богдан. — Я не должен перед ней отчитываться, я сам себе хозяин.
Рон смеется.
— То есть когда вас выловят из канала с пулями в башке, твоя девчонка не станет искать Рейвера Дэйви? — спрашивает Дэйви. — Я рад.
Рона сложно испугать, но Дэйви Ноукс определенно его пугает. Он рад, что взял с собой Богдана. Не станет же Дэйви убивать их обоих? Не всё же сразу.
Дэйви кивает на бутылки:
— Вы же любите пиво на завтрак?
Они поднимают бутылки. Да, пиво на завтрак всех устраивает.
— Рон, как твой сын поживает? — интересуется Дэйви.
— У него все путем, — отвечает Рон. Он уже привык, что все уголовники на Южном берегу знают Джейсона. Он предпочитает об этом не думать. В этом году Джейсон записался на курсы пантомимы в Гастингсе. Стал бы он заниматься пантомимой, если бы по-прежнему водился с убийцами и барыгами? — Записался на курсы пантомимы.
— Раньше он был прикольным, — вспоминает Дэйви. — Но мы все раньше были прикольными. У вас пять минут, пацаны. На пушку не обращайте внимания, просто за вами обоими тянется дурная слава.
— Холли Льюис, — говорит Рон. — Она к тебе приходила.
— Верно, — отвечает Дэйви. — Прямо скажу, девка не сахар.
— Вчера ее убили, — произносит Богдан. — Ее машина взорвалась.
— Слышал, — отвечает Дэйви. — В смысле, в новостях слышал. Как машина взорвалась, не слышал.
— Вот нам и стало любопытно, — продолжает Рон, — нет ли связи между этими двумя событиями.
— Не все умирают по моей вине, Рон, — замечает Дэйви. — Да мне и некогда убивать всех подряд. Холли пришла посоветоваться. Когда людям нужен совет, они приходят к дядюшке Дэйви.
— Насчет биткоинов? — спрашивает Рон.
Дэйви оценивающе на него смотрит. На Рона и прежде так смотрели, но в этот раз у него ощущение, будто Дэйви примеряет на него гроб.
— Ответ зависит от того, что вам известно, — произносит Дэйви. — И кто вам это сказал?
— Нам известно, что в Крепости лежит листок бумаги, а на нем написан код, и этот код стоит триста пятьдесят миллионов, — говорит Рон. — Нам известно, что Холли и Ник решили наконец обналичить биткоины и пришли за советом к тебе и еще одному человеку.
— А потом Холли погибла, — продолжает Богдан. — Бах — и взорвалась. Мало кто разбирается во взрывчатке. Я вот разбираюсь — я люблю взрывчатку, — но, может, ты тоже?
— Не то чтобы я люблю взрывчатку, но, скажем так, я ее не ненавижу, — говорит Дэйви.
— А Ник Сильвер исчез и, возможно, мертв, — добавляет Рон.
Дэйви прихлебывает пиво.
— А с кем еще они ходили советоваться?
— Без понятия, — отвечает Рон.
— Ясно, — кивает Дэйви. — А мне-то что с этого? Зачем мне ее убивать?
— За триста пятьдесят миллионов, — отвечает Рон.
— Причина очень веская, — замечает Богдан.
— Я не прочь получить триста пятьдесят миллионов, — соглашается Дэйви. — Но как?
— Сейф открывается шифром, — говорит Богдан. — Половина шифра у Холли, вторая половина у Ника.
— Ты узнал шифр Холли, — продолжает Рон. — Наверняка она его где-то записала, а ты можешь хакнуть любую систему. Теперь тебе нужен шифр Ника, его половина. Может, ты даже уже почти раздобыл ее. Может, Ник где-то здесь, сидит взаперти с пушкой у виска.
— И когда ты получишь вторую половину шифра, сможешь забрать деньги, — говорит Богдан.
Дэйви кивает:
— Как вы все хорошо расписали, ребята. А не боитесь, что я вас просто прикончу? Ведь вы весь мой план, считай, раскрыли.
— Есть немного. — Рон косится на пистолет.
— Убьешь Рона — и я тебя прикончу, — грозится Богдан.
— Как? — спрашивает Дэйви.
— Голыми руками, — отвечает Богдан.
— Какая славная будет смерть! — восклицает Дэйви. — А если я вас обоих первым убью?
— Тогда тебя прикончит Элизабет, — говорит Богдан.
— Кто такая Элизабет? — спрашивает Дэйви.
— Тебе лучше не знать.