Современный зарубежный детектив-17. Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Жаждущий успокоить свою нечистую совесть, он хочет поступить правильно и всем угодить, так что задумал переписать на меня дом с условием, что я его продам, половину денег отдам Маркусу в качестве компенсации, а вторую половину – девочкам. Я чуть было не спросила, а как же я, но потом поняла, что это нехорошо. У меня нет никаких прав на его деньги. Он уже платил мне при разводе, и вот куда его это привело. К тому же он наотрез отказался слушать мои возражения.
  
Я не говорила об этом Маркусу и не собираюсь этого делать до тех пор, пока не пойму, сменил ли он имя с Тони Фортина на Маркуса Бушара официально. От этого многое зависит, потому что если личность Маркуса – подделка, то наш брак недействителен по закону, и я окажусь разведенной и вполне свободной женщиной. Но хочу ли я предавать Маркуса после всего, что с ним случилось? Разве я ему не обязана? Может, это и не я толкнула его в море, а Джим, но я тоже отчасти виновата. Вина, как цепной пес, недалеко уходит от своего хозяина.
Всякий раз, когда я пытаюсь поговорить с ним о смене имени, Маркус прикидывается, будто ничего не помнит. Но мне так многое надо понять, например, кто он такой на самом деле, прежде чем снова ему поверить. Меня пугает, что я ему не верю. Да и Рози с Эбби тоже. Будь на то их воля, они вышвырнули бы его из дома. Поначалу Джош пытался дать Маркусу карт-бланш. Но Маркус и его настроил против себя своим высокомерием и неконтролируемой яростью. Он винит в перепадах настроения и отвратительном характере потерю памяти, но я спрашиваю себя, а не был ли он таким и раньше? Может, ослепленная влюбленностью, я проглядела в нем естественную жестокость?
Каждый день я думаю о дочерях, и мое сердце разбивается снова и снова от невозможности им помочь. Эбби отказывается приходить домой, а я все так же привечаю у нас Рози и Джоша, потому что не могу отвернуться ни от одной из дочерей, особенно после всего, что они пережили. Что касается отца, Эбби делает вид, что папы у нее нет в принципе, и даже имени его не упоминает. Меня бросает в дрожь при мысли о том, что, будь я на его месте, Эбби с легкостью беспощадно отреклась бы от меня. Если бы это я столкнула Маркуса в воду в ту ночь, как я долго думала, я была бы для нее так же мертва, как сейчас мертв Джим. Эбби распрощалась с прошлым и пошла дальше, переехала в новую арендованную квартиру с двумя девушками, ушла с работы в службе занятости и раздает еду бедным в качестве волонтера. Не знаю, чем она зарабатывает себе на жизнь, но подозреваю, что просто проживает сбережения, когда-то отложенные на покупку дома с Джошем.
Мне бы его ненавидеть. Но нет. Он готов загладить свою вину, и ему жаль, что он разбил Эбби сердце. В отличие от Рози. Он так похож на Джима, что меня это даже пугает, зато Рози волне его контролирует, настолько, насколько это не удавалось даже Эбби. Я совершенно перестала понимать свою старшую дочь, но она тверда, как камень. Принимаю я их пару с Джошем или нет – это мое дело. В любом случае они легко проживут и без меня. Они решили пожениться и завести детей, что еще больше добьет бедную Эбби. Кто бы мог подумать, что я буду называть Эбби «бедной». Не я уж точно. В отличие от сестры, Рози более прагматично распорядилась отношениями с отцом – она простила и забыла. Они с Джошем навещают его и говорят, что, когда он освободится, а это может случиться лет через пять при хорошем поведении, его дом будет там, где они.
Когда Эбби спросила меня, где именно поселились Рози и Джош, чтобы нанести им визит и в очередной раз высказать все, что она о них думает, я посетовала, что не знаю точного адреса – только помню, что это где-то в Грентхеме, рядом с домом, который они собрались купить. Проницательная Эбби меня раскусила и обвинила в том, что я встала на сторону ее сестры. Для Эбби шесть месяцев – небольшой срок для мести, все равно что шесть дней.
– Ты не можешь заставить меня выбирать между вами, – заявила ей я.
– Зато пять лет назад ты запросто выбрала себя, – отрезала Эбби.
И с тех пор ее слова звучат в моей голове. Возвращаясь мыслями к тому времени, я с трудом себя узнаю и все же понимаю, что обвинения Эбби справедливы. Я эгоистично бросила семью, хотя все, чего я хотела, было прямо здесь. Мой терапевт настаивает, что поступать правильно – это и есть самый легкий путь, и я лишь следовала за мечтой. А я думаю, что легче всего мне было бы остаться в несчастливом браке и забыть про приключения на пятую точку. Куда завела меня мечта? Ничего хорошего не вышло, уж это я могу заявить прямо.
А что с мечтой Маркуса? Интересно, как он отнесется ко мне, когда узнает, что никуда я с ним не поеду. Время покажет. Как оно показывает мне нового Маркуса. Совершенно чужого. Он снова вжился в роль очаровательного женатого мужчины, по крайней мере на людях, а за закрытыми дверями, когда мы остаемся наедине, он меняется к худшему. У него много лиц: одно – для соседей, второе – для заправщика на станции, третье – для владельца магазина за углом. И все они осыпают его обожанием и восхищением, которых он так отчаянно жаждет. Но тот лик, что он надевает со мной, мрачный, пустой и пугающий.
Порой я ловлю на себе его странный взгляд, будто он смотрит на врага – жутко, с отвращением. Вполне понятно, учитывая, что я чуть не вышла замуж за другого всего через несколько месяцев после его «смерти», так что я могу как-то оправдать его отвратительное поведение. Его уже невозможно любить, но и не любить невозможно, потому что порой я вдруг вижу того ранимого мужчину, в которого когда-то была влюблена без памяти. Но этот мужчина бол́ ьшую часть времени прячется от меня за жуткой маской.
Красные флаги, которые я игнорировала в начале отношений, вернулись, чтобы меня добить, как я и предсказывала. Я оглядываюсь в прошлое незамутненным взором и корю себя за то, что ничего не замечала. Во-первых, первоначальный этап наших отношений был слишком эмоциональным, мы слишком быстро сошлись, отчего я должна была бы наоборот бежать от Маркуса восвояси. Во-вторых, он вечно говорил, что все его бывшие – чокнутые, и наконец он нашел ту единственную, то есть меня. Глупая, я ему верила, решив, будто я особенная, а теперь я завидую его бывшим «спятившим» подружкам, которые от него сбежали, потому что были умнее меня. Если бы Гейл знала, она спросила бы, почему я от него не ушла. Простой вопрос, не правда ли? Не такой простой, как кажется. Всякая женщина, измученная нарциссом, ответит, что чем сильнее он ранит, тем крепче к нему привязываешься. В то время я не знала, что Маркус идеализировал меня во время медового месяца, а потом вдруг понял, что и у меня есть недостатки, и обесценил меня за это. Даже возненавидел. Он начал открыто флиртовать с другими женщинами, тратил мои деньги, лгал мне по пустякам и, когда я укоряла его, выставлял меня психичкой.
В саду кто-то громко чихает, и я, поставив паровой утюг, вдруг понимаю, что держала его на весу так долго, что он перегрелся и отключился сам. Я выглядываю в окно. Почти наступило лето, и саду нужен уход. Если бы Джим увидел, во что превратился его сад, у него бы разбилось сердце. Но Маркус не из садоводов. Мыть окна, выносить мусор, стричь траву и делать что-то по дому – для него настоящий ночной кошмар. И все же Маркус тут, пытается подстричь переросшую траву ржавыми садовыми ножницами. Его волосы слишком отрасли и падают на плечи. Он собирает их в хвост, что качается взад и вперед, когда он работает. Ему нравится говорить, что он никогда не постареет достойно, потому что носит обтягивающие джинсы, эспадрильи и выцветший свитер с логотипом колледжа.
  
Он не знает, что я наблюдаю за ним. И только я хочу постучать в окно и предложить ему выпить чашку чая, как он бросает ножницы на землю, достает из кармана мобильный телефон и прикладывает его к уху. Есть что-то странное в том, как он дергает плечом и поспешно исчезает за беседкой, скрывшись из виду, чтобы принять звонок, о котором никто – а именно я – ничего не должен знать.
И вдруг до меня доходит. Нахмурившись, я спешу на кухню. Тут, рядом с микроволновкой лежит его телефон. Как давно он завел второй? Взяв мобильный, о котором мне знать положено, я верчу его в руках. Маркус любит говорить, что, в отличие от Джима, у него нет от меня секретов и я могу заглядывать в его телефон сколько мне вздумается. Он даже дал мне свой пароль. Но что-то мне подсказывает, что я не найду в нем ничего интересного, потому что самое интересное – явно в другом мобильном.