"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

По дороге неторопливо брёл весьма колоритный мужик. Широкоплечий, с чёрной бородой до середины груди и арбалетом в руках. На фалангах пальцах левой и правой руки выбиты татуировки «Папа» и «Мама». Грудь прикрывает куртка с металлическими вставками.
[Сталкер, ей-богу!] — подумал Пшик. — [Только такие психи отважатся искать ценное добро на свалке.]
Картину бравого вояки портил металлический протез на правой ноге чуть ниже колена.
  
[На такой ходуле быстро бегать не получится,] — подумал Пшик, смотря на путника. — [Жаль, неодарёный. Глядишь, нашли бы общий язык.]
Проходя мимо навеса Пшика, бородатый мужик вдруг резко развернулся. Теперь он смотрел в ту сторону, откуда сам пришёл недавно. Пшик тоже почуял чью-то Жажду Крови.
Крц!
Бородачу в грудь прилетел арбалетный болт. Путник рухнул на землю как подкошенный.
— Готов! — раздался чей-то крик из-за поворота. — Попал точно в сердце! Древко у болта осиновое. Так что будь он хоть сто раз вампиром, ему после такого не выжить.
— А ты уверен, что он вампир? — раздался второй голос. — В Школе Охотников говорили, что они обычно в городах обитают. Да и про осину это всё бред.
— Да уверен я! — первый говоривший направился к телу убитого. — Я с этим мужиком в одном кабаке сидел. Такие клыки я ещё ни у одного нормального человека не видел. Его Иваном зовут… Точнее, звали. Иван «Мужик», безродный из Хохловки. Бармен обмолвился, что Иван матёрый Охотник. Ходит от поселения к поселению в Нулевом Поясе. Дань для перехода в Первый Пояс никак собрать не может.
Пара лысых парней с арбалетами подошла к телу убитого.
— Короче, щас узнаем, — сказал первый. — Надо сердце вскрыть. Если Иван и впрямь вампир, там кристалл из эссенции Жизни будет. Алхимики у нас его купят по одному золотому за грамм веса. Из них ведь лечебные зелья делают. В Первом Поясе, говорят, есть даже целебные артефакты. Такие, что и раны лечат на глазах, и хворь всякую.
Сидевший на жёрдочке Пшик замер, наблюдая за тем, что творится прямо под ним. Сил в его птичьем теле почти не осталось.
— Лан, я вскрою, — второй лысый парень наклонился над убитым и выдернул из сердца арбалетный болт.
Бородатый мужик вдруг резко открыл глаза.
— Ох, ё-ё-ё! — неловко дёрнувшись, Иван «Мужик» заехал металлическим протезом в пах второму парню, держащему в руках арбалетный болт. — Хренов Велес, якорь ему в гузно! Чего же так больно? И где я, чёрт возьми?
Выпучив глаза, парень с отбитыми бубенцами неловко шагнул назад. Сделав вдох, он вдруг поскользнулся на грязи, оставшейся после недавно дождя. Падение… Арбалетный болт в руке стрелка по глупости пробивает его же сердце.
— Я же говорил, вампир! — взвизгнул первый лысый бандит.
Поняв, что Бородач выжил, он стал суетливо натягивать тетиву арбалета. Глаза бегают, руки трясутся. Именно этот лысый детина до этого сделал удачный выстрел.
Тут лапки оголодавшего Пшика не выдержали, и он с высоты в десяток метров рухнул на голову выжившего стрелка. Лысого и без каски, между прочим!
— Мля, засада! — получив удар по голове, бандит по дурости направил арбалет вверх и выстрелил вслепую.
Болт срикошетил от арматуры-жёрдочки, затем от потолка навеса, куска бетона… и впился в задницу самого стрелка.
— Чё за! — бросив арбалет, горе-стрелок кое-как поплёлся в сторону, откуда недавно пришёл.
После удара клювом о голову бандита Пшик упал на широкую грудь бородача Ивана «Мужика». Тот, хмурясь, совершал до боли знакомые пасы руками, что-то делая с раной в районе сердца. Казалось, на действия бандитов ему совершенно наплевать.
— Удачно ты упал, — бородач перевёл взгляд с раны на нахохлившегося попугая.– Упал, кхм⁈ Да ещё и удачно… Будешь Падлой! Попугай по кличке Падла… А что, звучит!
Так, одноногий бородатый Иван «Мужик» встретил своего везучего попугая Падлу. В этот день на Фронтире появились сразу две легенды.
  
Глава 19
 
Первые шаги во Фронтире
 
Фронтир, Нулевой Пояс, район свалки
Михаил Довлатов
Очнуться от того, что у тебя из сердца выдирают арбалетный болт — то ещё удовольствие. Стало ясно сразу, что стоящие рядом два лысых детины мне не друзья.
[Нужен язык,] – я мельком огляделся. — [Хлам, бандиты, мало маны. Ничего, достойного внимания.]
Мне нужен разумный, способный рассказать, в какой именно ж*** Фронтира я оказался. Свалка вокруг как бы намекала, что я сейчас именно в этой части мира.
Счёт пошёл на секунды. «Щелчок» — сканирующая волна показала, что рядом есть только двое неодарённых. Пардон! Ещё странная птица-адепт где-то сверху, но от неё не веет Жаждой Крови. Без зрения одарённого точнее не разобрать.
Следом накладываю на себя «Фокус», «Ускорение» и «Малое лечение» на рану в области груди. Всё вокруг начало двигаться будто в замедленной съёмке.
[Странно,] — я тут же ощутил проблемы. Маны крайне мало! Так мало того… В процессе лечения эссенция Жизни почему-то из жидкой формы начала стремительно становиться кристаллической.
Пришлось сжать эссенцию Властью и насытить маной, дабы вернуть себе контроль над ней. По ощущениям, я будто держу воду на грани кипения, попутно приказывая «не замерзать». Видимо, законы физики Фронтира в отношении эссенций сильно отличаются от тех, что известны мне.
Пока я находился под «Ускорением», вокруг творилось что-то странное. Первый лысый детина, поскользнувшись, сам себя нанизал на арбалетный болт. На второго откуда-то сверху упал тот самый попугай-адепт со здоровенным клювом. Выстрел!
— Мля!
Из-за неудачной траектории и рикошета арбалетный болт вонзился в зад самого стрелка. Бросив оружие, он, хромая, поплёлся прочь от места схватки.
Попугаю я с лёгкой руки дал кличку Падла. Вид у пернатого такой, будто последний месяц он жёстко бухал, ночевал в канавах и теперь страдает от похмелья.
Едва раны на сердце затянулись, как я поднялся с места.
— Ну-с! — тело без улучшений на рывок отозвалось болью. — Ох, ё! Якорь мне… Что со мной не так-то?
Только в этот момент я обнаружил за собой целый набор странностей. Во-первых, у меня вместо правой ноги отстёгиваемый металлический протез-лыжня. Во-вторых, чёрная борода до середины груди. В-третьих, подозрительно умный попугай, не взлетая, перебрался с груди на моё плечо.
[Я что, теперь пират?] — торопливо проверяю лицо. — [Да нет. Оба глаза на месте. А это ещё что?]
На фалангах пальцев обнаружились татухи с надписями: на правой — «Папа», на левой — «Мама».
— Курлык! — Падла крылом указал на удирающего бандита. — Кур-лы, кур-лы!
В его возмущённом кудахтаньи так и слышалось: «Вали гада! Уйдёт ведь».
— Да понял я! Понял, — кряхтя, поднимаюсь на ноги. — Дожили. Какая-то Падла мной командует.
Сидя у меня на плече, попугай от возмущения аж нахохлился. Поднявшись на ноги, я подобрал с земли арбалет. Бегать? Зачем? Прицелившись, я выстрелил в удирающего бандита. Метил в спину, но не учёл упреждения… Всё же из такого оружия мне стрелять приходится впервые.
— А-а, мля! — раздался крик бандита.
Арбалетный болт угодил во вторую ягодицу. Вертя ими, словно павлин хвостом, бандит кое-как поплёлся дальше.
— Ишь как живучий! — отложив оружие в сторону, я рванул к подранку. — Уважаемый! Не подскажете, как пройти в библиотеку?
Всё-таки придётся побегать. Видя, что его нагоняет одноногий пират, бандит вытащил из кармана крохотный пузырёк и тут же к нему присосался. Я уже почти догнал подранка, когда тот вдруг рванул вперёд, наплевав на раны.
  
— Куда-а-а! — видя, что язык вот-вот уйдёт, я похлопал по карманам. — А ну, стой!
При мне, как назло, не нашлось ни одного удобного предмета для броска. Взгляд упал на крепление протеза. Отстегнув его, я размахнулся ногой и швырнул железяку-лыжню в бандита. Попал точно в спину. Бандит рухнул вперёд, но уже спустя секунду начал подниматься.