"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
— Не беда, — пожимаю плечами. — Альфи, я хоть и «зачарователь», но не горю желанием сидеть в подвале и клепать для кого-то артефакты. Да и патриарху требуется ещё моё согласие на добавление обратно в фамильное древо. Сжечь мосты куда проще, чем заново их построить.
Про то, что самостоятельно получить титул аристократа мне не так уж сложно, пока не стоит говорить. Рано. Мне нужно несколько месяцев свободы и целое море эфира, дабы восстановить свой прежний ранг. И только потом объяснять «родне», где моё и их место в «фамильной пирамиде власти». В том, что в роде Граут меня ничего хорошего не ждёт, я не сомневаюсь ни секунды.
Обойдя стол, сразу подхожу к ростовщику Джедди Пинбоу.
— Неплохо, — быстро провожу оценку состояния организма. — Налегайте на кальций, пейте витамины в активной форме. Плюс побольше мяса и умеренные занятия спортом.
Коротышка, вымахавший уже до полутора метров, сглотнул, сдерживая эмоции.
— То есть… Я не стану прежним?
— Но-но-но! — в шутливой форме грожу пальцем Пинбоу. — Не стаптывайтесь обратно. Мы же вам с таким трудом добавили восемь сантиметров росту. У вас из-за генетической поломки в детстве неправильно функционировал гипофиз. Я ещё месяц назад плетением поставил вам нечто вроде заплатки. Оно само собой рассосётся, когда вы вымахаете до ста восьмидесяти сантиметров. Мог бы объяснить детали, но вы их не поймёте. В общем, следуйте моим указаниям, и всё у вас будет хорошо. Как «агрегат»?
Джедди секунду соображает, о каком именно деликатном вопросе пошла речь.
— А-а-а! Да всё отлично, господин Граут. Вы мне и там пару сантиметров… кхм…
Ростовщик с укором глянул на второго гостя. Тот с улыбкой продолжал греть уши.
— Закрываем тему, — киваю Пинбоу. — Ваш телохранитель… Орк Халдир, если правильно помню. Пусть зайдёт ко мне. У него синдром «вечного ветерана [2]» из-за мусорных эфирных частиц, скопившихся в духовном теле. Я заметил это ещё на прошлом обследовании. Потенциала подняться ещё на ранг ему как раз хватит.
Джедди изумлённо замер и через секунду буркнул что-то вроде: «Мать честная! Учитель-бодигард». Затем, молча взяв счёт с ценой за обследование, бежит на выход… через «Гнездовье Блоссум». Плату принимают за меня эльфийки. Беаниэль и её дар чуять ложь — бесценны. Десять процентов — не такая уж большая плата за отсеивание «лишних» пациентов.
В том, что орк Халдир где-то рядом, нет никаких сомнений. Пинбоу — ростовщик. Такие люди никуда не ходят без охраны.
— Теперь с вами разберёмся, — поворачиваюсь ко второму гостю, всё ещё сидящему за столом. Сразу перехожу на русский. — Чем обязан визиту боевого ветерана [2] из десантуры Российской Империи?
Едва заметная наколка солдата выглядывает у мужчины из-под рукава рубашки.
— Годунов Борис Анатольевич, — отвечает мужчина, сопровождая ответ твёрдым взглядом. — Не скажу, что рад видеть коллегу вдали от Родины, но я и не самоубийца, чтобы тут бузить. Вижу по морде… то есть лицу. Ваше благородие из аристократов.
Морщась, отмахиваюсь от словесной шелухи.
— Хорош уже! То, что ты на всех подряд быкуешь, я уже понял. Не можешь говорить «ваше благородие», обращайся ко мне «господин целитель». Но начнёшь тыкать, я тебе руки и ноги в узел завяжу и выкину на улицу. Ты здоров. Есть следы старых переломов, пломба с ядом в зубе. Плюс следы поражения мощным полем антимагии, но не более того. Твоей жизни, боец, ничего не угрожает. Говори уже, зачем ко мне припёрся?
Годунов, помрачнев, зачем-то пощупал пальцем свою щеку. Не знал про яд в пломбе⁈
— Даже так… Благородие, я местный тренер по дзюдо, — взгляд мужчины тут же становится тёплым, а голос наполняется отеческой любовью. — Детей учу, как за себя постоять, понимае… те? В основном пацаны-подростки, но и с девушками тоже занимаюсь. В Нижнем Городе за свою жизнь и честь иногда приходится кулаками помахать. У старшей группы скоро городские соревнования. Со всех двадцати семи районов секции приедут. Теон всё-таки о-го-го какая столица! Там и эльфы с орками будут. В жюри будут мастера из Федерации Спорта и трёх драконьих кланов. Для моих воспитанников это шанс… Даже не знаю, как вам аристократу объяснить.
— Показать себя, — слышу в голосе Годунова искреннюю заботу о подопечных. — Продолжай. Зачем ко мне пришёл?
Тренер сразу весь сжался, взгляд смотрит куда угодно, но только не на меня.
— Перед началом соревнований обязательная медкомиссия. Проверка на допинги, наложенные плетениями эффекты и ментальные внушения. Меня знакомый из Федерации Спорта предупредил, что пару членов медкомиссии подкупили. Им поставили задачу отсеять сильных кандидатов под любым предлогом. Намёк на порок сердца? Не допущен. След от алхимии, странное поведение… Я практически уверен, что моих ребят хотят турнуть с соревнований. Для парней так выбыть… Это уже удар по вере в себя, понимаете? Им какой-то незнакомый дядька или тётька скажут: «На допинге! Хрен тебе, а не соревнования».
Знаю-знаю. Ещё по прошлой жизни. После такого несправедливого обвинения каждый второй спортсмен бросает карьеру в спорте. Даже если подашь апелляцию, к соревнованиям сразу не допустят. А спортсмены к ним частенько готовятся по полгода. В общем, большой спорт — это столь же большие сопутствующие сложности. Поиск спонсоров, места обучения, формы для команды, поездки на соревнования. Без фанатизма, который сейчас огнём горит в глазах Годунова, такую нервотрёпку попросту не пережить.
Гость хмурится.
— То, что вы мастер, ваше благородие, я своими глазами видел, — неуверенно произносит Борис и сглатывает. — Мне теперь увиденное в кошмарах долго будет сниться… В общем… Моих ребят надо посмотреть перед отправкой на соревнования.
Киваю и продолжаю мысль Годунова.
— Это ведь не всё? В идеале надо, чтобы кто-то вошёл в тренерский состав и мог провести апелляцию решения медкомиссии на месте.
Борис махнул рукой, прекрасно понимая, что о таком и просить не стоит. Старый скомканный пиджак, мятая рубашка, солдатские ужимки — всё это буквально кричит о том, что у секции Годунова нет денег на целителя. Мне же намекают на место спонсора, пусть и в виде оказанных услуг.
— А почему бы и нет? — на языке вертятся слова погрубее, да и поинтереснее. — Итак! Нам нужен спонсор, свой целитель и ментат для апелляции. Форма для подростков, свой автобус и всякая там мелочёвка вроде бейджиков. Всё верно?
Годунов кивает, на лице едва ли не священный ужас.
— Д-да, — мужик тут же отрицательно трясёт головой. — То есть нет. То есть да, но я… ваше благородие, я ничего понял.
Борис трясёт головой, моргает, смотрит на меня с явным удивлением.
— Откуда вы, вообще, так много знаете о соревнованиях? Да ещё и вызвались помочь. Я, признаться, пришёл в «Гнездовье Блоссум», вообще не надеясь на то, что никому не известный целитель вдруг поможет моей секции.
На моём лице сама собой появилась хитрая улыбка.
— Вин-вин [Win-Win]. Выгода должна иметься у нас обоих, — не спеша указываю на себя и на притихшего тренера. — Ваша команда на соревнованиях будет называться «Валера». Также хочу автобус для вашей секции дзюдо. Причём, чтобы он был обклеен фотографиями моего каменного другана. Если получится, то форму для ваших воспитанников мы сделаем с его логотипом. На такие условия вы согласны?
Годунов снова затряс головой.
— Д-да, согласен. Конечно, согласен! Но вот сроки… Соревнования начнутся уже послезавтра.
— Аванс на всякую мелочёвку получите сегодня, — нахмурившись, прикидываю, сколько получится подзаработать. — Тысяч тридцать флоренов вам, думаю, хватит. Поиск одарённого ментата в тренерский состав уже моя задача. Ещё тридцать тысяч выделю в день соревнований.
Тренер с надеждой смотрит мне в глаза, пытаясь в них увидеть что-то.
— Почему? — сглатывает он. — Почему мне помогаете? Точнее, моей секции. Это же противоречит духу благородных. Выгода, выгода, ударить в спину, захват власти. Уж простите, но я на Родине такого насмотрелся, что меня от воспоминаний о Петербурге аж трясёт от злости.