"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

— Не знаю, — она покачала головой. — Это было жутковато. Я думала, что у Фила хватит дури прорваться. Я могла бы побороться с ним, но не уверена, что вышло бы…
— Теперь он не угрожает тебе. Вообще никому не угрожает, — я хмыкнул.
— Откуда ты знаешь?
Она удивлённо посмотрела на меня. Да, она не могла видеть, как я переместился к Филу, она вообще ничего не знала про телепортацию. Да и незачем ей знать, что я сделал с Филом в действительности.
  
— Алан Туми принёс клятву роду Айонов, что больше никто из них не посмеет нам навредить. Фил Туми сильно пострадал и не в состоянии больше… Ходить, говорить.
Она прикрыла рот ладонью и покачала головой. Наверное, ей было тяжело принимать это всё — мир виделся ей куда более светлым и приятным местом, чем мне.
— Прости, что не поверила, — Адора вздохнула. — Я не привыкла к такому…
— Что маг может сойти с ума? Что он может стать убийцей? — я слегка наклонил голову.
— Не хотела думать об этом. Неро, ты не знаешь, что на самом деле думает отец по поводу Итона? Он пока не говорил со мной.
— Не вини его, ему непросто. Я скажу ему, что тебе нужен этот разговор. Они уже знакомы, они подталкивали дело Фила к рассмотрению.
— Правда? — в усталых глазах Адоры блеснул огонёк.
— Да. Правда, насчёт замужества, я не уверен. В этом решении я никак повлиять на отца не могу.
— Спасибо, братик, у меня камень с души упал, — она широко улыбнулась.
Вот и хорошо. Я немного сполз по спинке кресла и втянул полную грудь воздуха. Я сумел изменить это. Она не сойдёт с ума и не покончит с собой, сестра будет жить и, возможно, даже будет по-настоящему счастлива.
— Меня скоро ждёт отец, сыграй мне пока что-нибудь, — я откинул голову назад и прикрыл глаза.
— Хорошо.
Я слушал, как Адора встаёт с кровати, как подключает гитару к усилителю, как настраивает и регулирует звук. Полилась тихая мелодия и пение сестры — она пела о далёких землях и временах, когда маги только стали рождаться. О временах, когда ни один маг не был у власти, когда нас считали больными, бесноватыми, посланниками Тьмы и иного мира. Она пела, а я улыбался себе — так давно я не ощущал чего-то подобного. Спокойствие.
Мне пришлось перебрать несколько вариантов — от законного, до того, к которому я в итоге пришёл, но теперь у нас в руках был Алан и весь его род. В той жизни я убил Фила, как только узнал, что произошло с Адорой, я заставил Алана стать моим вассалом, когда вернул себе законное место. Я подчинил Туми тогда, и теперь добился того же. Похожим путём, но всё-таки иначе и намного, намного раньше. Чем это обернётся дальше — я не знал. Но нисколько не жалел.
Отец встретил меня напряжённым взглядом, сидя за столом, быстро набирая что-то с тихим стуком по клавиатуре. Я сел напротив и молчал. Мне не нужно было оправдываться.
— Объясни мне, Неро, — отец надел очки и поправил сбившийся с плеча плотный халат. — Что это было.
— Что? — я приподнял бровь. — Клятва была принесена, условия выполнены.
— Обманом, — он чуть повысил голос и интонации стали холоднее. — Это бесчестно, пообещать жизнь, а оставить тело…
— Оно живо, — вставил я. — Клятва была взамен на жизнь, я оставил «этому» жизнь.
— Это жестокий поступок. Я никогда не мог подумать, что ты способен на такое.
Я промолчал.
— Вместе с клятвой, я в том числе беру на себя обязанность сделать так, чтобы род Туми не угас.
— Не обязан. Клятва этого не предполагает, — я покачал головой.
— Моя честь не даст мне…
— Лучше поступить бесчестно, чем болтаться в петле.
Я резко замолчал, понимая, что сказал лишнее, но сейчас отец раздражал. Честь и честность, добродетель — основные его качества. Он посчитал унизительным обратиться к кому-либо из Тринадцати тогда и поплатился не только своей жизнью, но и судьбами всех родных и детей.
— Что ты сказал?
— Не важно, — я мотнул головой. — Так.
— Послушай. Ты не имел права ослушаться меня. Ты закрыл щитом от своего отца, от главы рода. Ты не имел права принимать такое решение, — он говорил холодно и чётко.
— Но я его принял. Я сделал то, что должно. Нельзя было поступить иначе.
— Мы же хотели, чтобы всё было по закону. Теперь мне придётся отзывать своё заявление.
— Он ворвался в наш дом. Этого было достаточно, — отрезал я.
Больше никогда, ни один сумасшедший, ни один маг, желающий Айонам зла не ступит дальше каменного забора.
— Неро. Ты ещё не получил права голоса и права решения. Ты даже не наследник, — отец нахмурился.
— Так дай мне это право, — я выпрямил спину. — Я официально прошу, отец, собрать совет старейшин. Накопилось много нерешённых вопросов. Я официально прошу признать моё право голоса.
Отец недоумённо смотрел на меня. Право голоса не даст мне полной независимости от рода, её я получу, как только мне будет позволена процедура эмансипации — в шестнадцать, но право принимать решения мне нужно уже сейчас.
Если мелкие вопросы вроде школы, тренировок и прочих прелестей юношеской жизни я мог слушать и проявлять терпение — это было отчасти приятно и даже полезно, то сейчас произошло то, что не терпело покорного ожидания.
— Ты действительно готов к этому? — отец посмотрел на меня поверх линз очков.
Я кивнул.
Он помолчал какое-то время. Наверное, размышлял о чём-то. В те мои пятнадцать я был просто парнем с амбициями, но никогда не стремился принимать решения, не стремился поскорей стать официальным наследником. Я знал, что Айоны меня защитят. Тогда я не знал, что всё, что скоро произойдёт уже запущено. Теперь знал.
— Я не могу пока объявить тебя наследником, — он покачал головой, — но…
— Это подождёт. Мне нужен совет старейшин не для статуса наследника, а для права голоса, — повторил я.
— Хорошо, — отец кивнул. — Сейчас ночь. Утром же я объявлю срочный сбор совета Старейшин.
  
Глава 7
 
В эту ночь я плохо спал и встал, как варёный овощ. Разговор с отцом мне не понравился. Что-то явно было не так, но это неуловимое нечто я не мог распознать. Дело не в его Потоке или желаниях — он говорил со мной даже слишком спокойно. Мне стало казаться, что всё происходило не просто из-за изменений в пространстве-времени — на это была ещё какая-то причина и, возможно, не одна.
Отец не отличался излишней жёсткостью, но я готовился к более жёстким мерам с его стороны. Очевидно, что он решил, что Совет разберётся во всей ситуации. Я не верил, что он вот так просто согласился бы дать мне право голоса. Вообще с отцом что-то происходило.
Случалось ли это и в той жизни, я не знал наверняка, но если всё было также, то тогда понятно, почему он не смог удержать род от краха.
В поместье съехались не только старейшины, но и все, у кого уже было право голоса, выдернули даже Юстаса. Я наблюдал из окна, как их встречают и провожают по гостевым комнатам.
Я не готовил речь, вообще старался не думать о Совете, хотя понимал, что мы будем на нём обсуждать. Сняв перчатку, я осмотрел кисть — невнятная стигма телепортации стала похожа на два отражённых друг от друга полумесяца. Значит, телепорт — это только умение, Потоку известно, что это такое, а значит, я не первый. Что за видения у меня были и почему в той кафешке мне показалось, что время замедлилось?
Ответа я пока не находил. Меня волновал ещё один непростой вопрос — почему я не убил Фила сразу? В конце концов, я мог это сделать, когда Оскар выследил его. Мне практически ничто не мешало настигнуть Туми на одной из явок и просто убрать. Но стоило Филу явиться в поместье, как сомнений не осталось.
  
Камердинер крыла пригласил меня в зал для совещаний.
Я поправил волосы, натянул перчатки и последовал за ним.
Я был рад видеть Мартина — он точно знал всё, как есть. Я принял решение не сообщать всему Совету о своём перемещении, по крайней мере, пока. Где-то глубоко внутри шевелился червь сомнения — мне казалось, что случай с Тоддом на Дне Империи вовсе не был случайностью. Не доверять роду — плохо, но в данный момент я предпочитал перестраховаться.