"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

За окном уже ничего не шумело и выглянув в него, Дима увидел зону в обычном её виде: туман да и только. Вдруг он на втором этаже услышал шум и чьи то голоса, и отойдя от окна ринулся по лестнице наверх. На втором этаже он увидел сидящих на полу двух стариков. Один сидел спиной к Диме, другой наоборот, своим наполненным морщинами лицом вглядывался в пустоту. Рядом со вторым уютно улеглась чёрная кошка. Они о чём-то неразборчиво болтали, но когда Дима подошёл ближе, ему стало всё понятно.
  
— Вот ведь ходят слухи про управление зоной… Совершенно ошибочные, между прочим. Да и нельзя тут отрицать с полной уверенностью… Мне кажется, здесь вообще нельзя ничего говорить с полной уверенностью. Колония мифов и легенд. Управление зоной конечно золотой миф. Взять бы например веру в саму зону как разумное существо…
Дима подошёл вплотную к старикам, и первый сообщил второму:
— Там кто-то есть.
— Конечно, — закивал второй.
— Можешь присесть с нами, — сказал первый, обращаясь к Диме, но не поворачивая к нему головы. — Всё равно дальше сейчас нельзя.
— Почему? — забеспокоился Дима. — Там что, что-то есть на улице?
— Разумеется, никого, — терпеливо пояснил тот. — Кто туда сунется? Туда ведь сейчас нельзя, я же говорю. Так что садись.
— Спасибо, — Дима сделал несмелый шаг и опустился на пол напротив стены.
Им было уже за пятьдесят. Один седеющий в круглых тёмных очках, второй — светловолосый, худой, с небольшой бородкой. Одеты были оба в ватники, подозрительно не соответствовавшие их лицам. Они пили из бутылки спиртного, аромат которого кружил голову.
— Как зовут? — поинтересовался светлый.
— Дима, — механически отозвался парень, занятый изучением этих странных людей.
— Дима его зовут, — передал светлый второму.
— Ну, это-то понятно, — откликнулся тот.
— Я Александр Сансеевич. А это Ярослав Алексеевич, — сказал светловолосый.
— Может, не надо так официально? — засмущался Ярослав Андреевич.
— Нет, Ярик, раз уж мы с тобой до такого возраста дожили, надо пользоваться, — возразил Александр. — Статус там, и всё такое…
— Ну, и что дальше? — спросил тогда Ярослав у Димы.
Вопрос прозвучал странно, словно требовал продолжения, хотя никакого начала не было, и это Диму очень озадачило.
— Дима и Дима, но это ещё ничего не значит. Где живёшь, куда идёшь, во что веришь, не веришь, кто виноват и что делать? — объяснил мысль Ярослава светловолосый.
— Как это тогда, помнишь? — сказал вдруг непонятно к чему Александр.
— Да-да! — засмеялся Ярослав.
— В Новосибирске живу… Жил раньше, во всяком случае, — нехотя начал Дима.
— Как это… Кто положил сапог на пульт? — усмехнулся Александр.
— Да! Нет больше никакой Америки! — ухмыльнулся светловолосый, снимая очки и разглядывая в них свет.
Дима опасливо посмотрел на них ещё раз. Может, лучше просто уйти отсюда, пока не поздно? Но то, о чём они говорили, прежде чем заметили его, удержало его в доме.
— А что там с зоной? Вы простите, я подслушал немного, — признался он.
— Хочешь приобщиться к главной легенде? — улыбнулся Ярослав. — Что именно тебя беспокоит?
— Вы про какое то управление говорили, и про разумное существо…
— Ну, вообще, управление зоной, действительно сложный процесс… — уставился в потолок и попивая спиртное, не спеша начал Александр. — Легенды гласят, что по бывая единожды в так называемом центре зоны, ты становишься… Как бы сказать… Избранным. Вот, и тебе будто открываются настройки зоны, и ты можешь делать с ней что хочешь, хоть уничтожь. Но, если бы это было так просто… Ведь центры зоны навсегда заперты, и получить такую прекрасную возможность теперь не получится. Но, — он поднял палец вверх. — Не смотря на то что центры зоны закрыты, это не значит что тебе туда путь заказан. Ведь можно саму зону попросить об этом… Она ведь, вокруг нас теперь, везде. И эти два места, такие разные, но такие близкие, то что за центром и что внутри, они такие неразделимые, что каждая улица это кровеносный сосуд, ведущий к сердцу, зона как единый организм. И ты чувствуешь, как она за тобой пристально следит. Следит, чтобы ты не наделал лишнего, а просто наслаждался новой жизнью. Это и есть вера в разумное существо.
Кошка, свернувшаяся клубочком рядом со светловолосым, подняла голову и открыв громадные лучисто-зелёные глаза, посмотрела на Диму неожиданно ясно и осмысленно. Но стоило кошке зевнуть, вытянув свой розовый острый язычок, и уткнувшись мордочкой в бок Александра, погрузиться в дремоту, как наваждение рассеялось.
— Но почему она хочет чтобы человек жил в ней, попутно сходя с ума от её проделок?.. — Дима вспомнил разговоры о том как люди безвольно сходят с ума из за воздействия зоны на психику.
— На это есть две причины. Во-первых, как раз таки для того чтобы человек ничего не наделал плохого для неё, она его лишает рассудка и практически подчиняет себе. Во вторых, разве это не прекрасно? Никого нет, ясная по нашим меркам погода, гуляй где хочешь, делай что хочешь…
Было видно, как этим старикам нравится жить в зоне, и Дима никак не разделял их радость, хоть и проникся такими аргументами.
— А вы откуда? — придумал он спустя минуту тишины.
— Я раньше жил на Гурзуфской улице, отсюда минут пять ходьбы, ответил Александр. — Мы там пиво иногда покупали, — продолжил он, и Дима понял что речь идёт о том древнем времени, о том что было еще до.
— Да… А я вот, тоже недалеко отсюда жил, на Куйбышева, в высотке, — сказал Ярослав. — Кто-то мне говорил года три назад, а ему рассказывал знакомый сталкер, что от этих высоток только труха и осталась…
— А как вам тогда жилось? — поинтересовался Дима.
Хоть он и сам хорошо помнил свои беззаботные времена, ему всегда было интересно, как другие люди в одно и тоже время с ним жили, и потом слушать, как они бросив все дела с улыбкой и удовольствием вспоминали те времена. Их глаза затягивались мечтательной поволокой, голос начал звучать совсем по другому, а лица будто молодели лет на десять.
— Ну, видишь ли, было очень хорошо. Мы тогда… Ээ… Зажигали, — ответил Александр.
— Веселились, отлично проводили время, — прервал раздумья Ярослав.
— Да… Да, именно это я и имел в виду. Веселились, зажигали, — подтвердил Александр. — У меня тогда была десятка, я на него всю зарплату истратил, ну, музыку там сделать, масло поменять. Однажды сдуру за тонировал стекла и поставил закись азота, — он явно перенёсся душой в те сладкие времена, когда можно было запросто взять и поставить закись азота, и на лице его появилось то самое мечтательное выражение, которое Дима любил. Жаль только, из сказанного было малопонятно что.
— Ты вот лучше скажи, зачем тебе такой огромный рюкзак? — вдруг сменил тему Ярослав, кивнув на макулатуру возле Димы. — Странствиями занимаешься?
— Да это временно! — отрезал Дима. — Да и опять же, где минусы?
— Минусов нет, — ответил Александр. — Это даже хорошо, планету познаёшь…
— Даже не то что планету… Хотя хотелось бы, — улыбнулся Дима. — Пока только эту страну.
— Ну, ты видишь в каком она состоянии… — словно читая его мысли задумался Ярослав.
— Это правда ужасно, — согласился Дима вспоминая свои походы. — Даже кажется что в самой зоне и вправду лучше.
— А я говорил! — похлопал ладонями и посмеялся Александр.
— Я вот знаете, много книг разных прочитал, — сказал Дима. — И меня всегда удивляло, что там не всё как в жизни. Ну, понимаете, события выстраиваются друг за другом, образовывая логичную цепочку, которая приводит в итоге к концу, если он есть конечно. Но ведь всё по-другому! Жизнь просто наполнена бессвязными событиями, и не бывает такого, чтобы всё шло в логической последовательности. Даже если и цепочка та придёт к концу, то ничего не закончится.
  
— Ты имеешь в виду, что жизнь не имеет сюжета? — помог ему сформулировать Ярослав.
Дима задумался на минуту и кивнул.
— А в смысл жизни ты веришь? — склонив голову на бок и изучающе оглядывая Диму, спросил Ярослав, а Александр заинтересованно обернулся.