"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

Сегодня в кузне будет жарко, потому что у дворфа нет права на ошибку.
Я зря волновался. Едва мы ступили в кузню, я понял, что Зинас готов к любому развитию событий. Кузнец подготовил сразу несколько рукоятей из разных материалов. Вся кузня была завалена различными склянками, точильными камнями, полировочными тряпками и ремнями. У мастера будет около десяти часов для того, чтобы закончить работу, на которую у хорошего кузнеца уходит минимум несколько дней. Поэтому дворф был готов к чему угодно.
  
Солнце стало клониться к закату, и гном положил прокованную и почти готовую саблю в горн — дать металлу раскалиться в последний раз.
— Работа шла ладно, — пробормотал осунувшийся от усталости Зинас. — Я чувствовал, как сами духи направляют удары моего молота, Владыка.
— Это хорошие новости, мастер, — ответил я кузнецу. — Значит, духи верят в то, что эта сабля достойна их силы.
— Угу, — согласился дворф, который все это время не сводил глаз с недр горна. — Я раньше думал, что мастера приукрашивают, но честно скажу, Владыка, это будет мой шедевр, если духи позволят мне закончить работу.
— Конечно, позволят, — кивнул я. — И я не забываю о нашем уговоре, уважаемый мастер Зинас. Запятнавших честь вашего цеха уже ищут. И с каждым днем людей, делающих это, будет все больше и больше.
— Отрадно слышать, — ответил гном, поглаживая бороду, — эти подлецы просто недостойны состоять в одной гильдии с мастером, который может выковать такую саблю.
Впрочем, какого ответа можно было ожидать от склочного дворфа? Но тут я был согласен с Зинасом. Находясь на другом конце континента от родных гор и обиталища духов, выковать саблю-на-крови — показатель огромного мастерства и силы. Если гном когда-нибудь вернется в родные края, он сможет стать легендарным мастером, последнее изделие которого займет достойное место в сокровищнице подгорного короля.
— Духи говорят, что вы можете сделать подарок, Владыка, — внезапно просипел Зинас. — Я не знаю, можно ли, но… Я точно чувствую, что они предлагают сделать подношение.
Я с удивлением посмотрел на кузнеца, потом — на узкую ванну, в которой уже было замешано масло и кровь эльфийки. Лиан, которая тихо стояла за моей спиной и точно так же гипнотизировала горн, как и Зинас, вовсе не поняла, что происходит.
— Какой подарок? — спросила девочка.
— Давайте попробуем, — проигнорировав вопрос темной, ответил я мастеру. — Но это все равно должна быть сабля Лиан.
— Тогда не больше пары капель, — ответил гном.
Я аккуратно подошел к ванне для закалки и потянул ладонь в сторону девушки.
— Дай свой нож, — сказал я Лиан.
Эльфийка подчинилась. Я аккуратно чиркнул по тому же пальцу, которым оставил отметину на лбу Ирнара сегодня утром, после чего уронил три капли крови по всей длине ванны. Хватит. Зинас прав, если духи благосклонны, надо воспользоваться этим шансом. Между мной и девочкой была связь, она моя воспитанница. Пусть ее оружие получит не только науку, которую я вложил в руки владелицы сабли, но и силу моей крови. Совсем чуть-чуть, это сделает клинок эффективнее в магическом плане.
Без какого-либо сигнала — мы даже не видели неба, а двери в кузню были плотно закрыты, чтобы случайный сквозняк не поддувал угли — Зинас схватился за щипцы и вытащил раскаленный клинок. Аккуратно, словно заготовка была сделана из хрусталя, мастер подошел к ванне, приноровился, и одним резким движением опустил клинок в смесь. Масло, замешанное с кровью, моментально зашипело, кое-где вскипело, но клинок остудило. Секунда, вторая, третья. Я, как и Зинас, как и Лиан, замер над ванной, ожидая результата. Слишком долго держать саблю в масле не имело смысла — она уже закалилась. Осталось узнать, все ли прошло хорошо.
Дворф наконец-то вытащил клинок из масла, перехватил горячий металл рукой в перчатке и стал проверять кривизну клинка, прищурив один глаз. Лезвие, обух, рукоять. Он внимательно осмотрел всю саблю, после чего довольно выдохнул:
— Идеально, Владыка. Даже шлифовать лишнего не придется, только отполировать, поставить спуски и заточить, — выдал свое заключение дворф.
Всю ночь мастер работал над саблей Лиан. Сначала эльфийка внимательно следила за каждым движением дворфа, но уже ближе к утру усталость взяла свое и девушка просто уснула на небольшом топчане в углу кузни, упершись спиной в стену. Я же наблюдал за работой Зинаса, даже подавал некоторые инструменты, но в целом — только наблюдал. Наше присутствие было обязательно, иначе духи Гор могли бы оскорбиться безразличием заказчиков и отказать в завершении ковки.
— Странно… — пробормотал кузнец.
— Что не так? — спросил я, подходя к дворфу.
Кузнец протянул мне уже отполированный и заточенный клинок, на который кузнец готовился насадить рукоять. Правая сторона сабли была выведена в зеркало и блестела красным отблеском, как и должна блестеть кровавая сталь, на левой же стали проступать какие-то темные пятна, похожие на три расплывшиеся кляксы, каждая с полтора-два дюйма размером.
— Трещины? — с разочарованием спросил я кузнеца.
— В том и дело, что нет, — ответил дворф. — Я думаю, это ваша кровь, Владыка. Я опускал саблю в масло именно этой стороной. Смотрите, три точки, по всей длине.
Я еще раз посмотрел на странные отметины, которые с каждой минутой на воздухе становились все темнее и темнее, после чего провел над ними ладонью, взывая к силе печатей.
Клинок моментально отозвался на мой зов. Пятна вспыхнули алым огнем, и будто стали пульсировать изнутри, в такт моему сердцебиению. Чтобы добиться такого от моего меча, мне бы пришлось вкачивать и вкачивать его силу и кровь, а тут…
— Вы сотворили поистине удивительное оружие, мастер Зинас… — протянул я, глядя на меч. — У вас есть горная вода?
— Кислота? Конечно есть! Это же гномья кузня!
— Я бы хотел вытравить кое-какой рисунок на второй, чистой стороне сабли, — сказал я. — Если у нас есть время.
— Времени хватает, — ответил мастер. — Но только если вы будете действовать быстро.
— Само собой.
Пока гном готовил кислоту для травления, я развел в небольшой чаше глину, в которую добавил масла для закалки с кровью Лиан. После чего аккуратно, с помощью просто палочки, воспроизвел на правой стороне клинка часть рисунка печати со спины девушки. Я так много и так часто в свое время рисовал ее, что этот проклятый узор буквально въелся в мою память, так что никакого труда воспроизвести основной мотив у меня не возникло.
— Так значит, они что-то значат? Эти отметины? — спросил мастер, глядя на узор из влажной глины и показывая пальцами на свои шею и плечи, там, где у Лиан из-под одежды выступали края проклятой печати.
— Даже больше, чем вы можете себе представить, мастер, — ответил я, заканчивая промазывать глиной оборотную сторону клинка, чтобы уберечь ее от воздействия горной воды. — Готовы?
Мастер молча принял из моих рук клинок, повернулся к подготовленной ванне и, перехватив саблю щипцами, опустил ее в разбавленную кислоту. Тут важно не передержать — главное добиться потемнения отполированного металла, а не повредить сталь. Но Зинас свое дело знал. Под только ему понятный счет, который кузнец вел одними губами, дворф вытащил клинок из кислоты. После чего он аккуратно промыл саблю чистой водой, смывая остатки раствора и вымывая глину, которая защищала части, которых горная вода не должна была коснуться. Я же залил в ванну заранее приготовленные пару ведер воды, разбавляя кислоту еще сильнее, чтобы она не стала разъедать стенки. После Зинас сам опорожнит емкость.
Перед самым рассветом я разбудил Лиан. Девушка, не понимая, где находится, едва не зарядила мне кулаком в глаз, за что моментально получила бодрящую оплеуху.
  
— Будешь лезть драться, буду будить ведром холодной воды, — сказал я, протягивая эльфийке руку.
Смущенная и пристыженная — обычно просыпалась Лиан быстро и без проблем — эльфийка схватила меня за ладонь и поднялась с топчана.
— Пойдем. Скоро рассвет, — сказал я, кивая головой в сторону выхода из кузни.