"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)
О, я прекрасно понимал, о чем говорил темный эльф. Я был Владыкой Демонов, и пусть я служил Нильф, меня крайне легко обвинить в том, что произошло в городе. Мой статус все усложнял, но и дальше скрываться я просто не могу — слишком многие этой ночью стали свидетелями моей силы. Даже сейчас, двигаясь по городским улицам, я ощущал опасливые взгляды, а людской страх растекался под моими ногами, словно липкая патока. Да и не время скрываться. Мибензит или склонится передо мной, или падет окончательно. Я не стану оставлять крупный город Мордоку, неизвестно, сколько еще магов служат самозванному королю. Сжечь тут все дотла и отойти в Пелоф. Тем более судьба Мибензита в таком случае послужит весомым аргументом в пользу того, чтобы подчиниться моей воле.
О Гирдоте я вообще не беспокоился. Этот город и так был по факту моим. Ни у одного горожанина в здравом уме даже не возникнет мысли противиться моим приказам, слишком долго этот город прожил в тени моей башни.
Были в этом регионе и другие города. Халсин, Улсин, Галахалмин и Тиранбезит. Все они, как и Пелоф, находились по правому берегу Гарлоры, что впадает в западное море. Но только через Мибензит и Пелоф шел торговый маршрут на восток и юг, а эти четыре городка больше были похожи на крупные села, чем на полноценные города. В совокупности их население составляет хорошо, если половину от того числа, что проживает сейчас внутри стен Мибензита, да и расположение их не дает никаких стратегических преимуществ. Обычные провинциальные городки, которые живут за счет ремесел и местной торговли, в основном друг с другом, живут тихо и спокойно, даже по меркам Западных Земель.
Если смотреть на регион с точки зрения не только торговли, но и военной науки, Мибензит был ключом ко всему региону южнее и восточнее своего местоположения, а если его уничтожить, таковым становился Пелоф. Многочисленные войны с Бримом опустошили эту часть Западных Земель и на всем расстоянии от южных границ Н’аэлора и до самых южных гор, оставались только Пелоф, Мибензит и Гирдот. Однако последний не мог служить достаточно надежной базой для войск. Он находился слишком далеко от пути на юг и слишком близко к границе центрального королевства, а Мордок с его опытом войны на севере должен быть склонен к созданию надежных тылов.
Вот так и получалось, что моя поездка за саблей для Лиан обернулась тем, что сейчас я шел захватывать целый город, который при первой же возможности я планировал сбросить на плечи королевы Ирен. Впрочем, учитывая то, что за все будет платить торговый дом Н’аэлора в лице Эрегора, так уже и происходит.
В управе нам были не рады. На входе стояла вооруженная охрана из дюжины человек, и едва мы показались на крыльце, в нашу сторону направили копья и алебарды.
— Стоять! Ходу нет! — гаркнул десятник.
— С дороги! — ответил я, поднимая ладонь
— Колдун! Я сказал, ходу нет! Приказ бургоми… — начал стражник.
По короткой команде Эрегора эльфы бросились вперед. Наемники, которые пошли с нами, тоже не растерялись и встали во вторую линию, принимать поверженных противников и быстро вырубать тех, кто еще был в сознании. В итоге пятерка темных в считанные секунды разоружила и обездвижила всю дюжину городской стражи. Били почти нежно — хоть и мечами и саблями, но строго плашмя, не нанося серьезных травм и увечий. Все же, мы с Эрегором надеялись решить все без лишней крови.
Оставив наемников и одного темного на улице, стеречь горе-охрану, заметно уменьшившийся отряд зашел в здание управы.
— Что такое⁈ Нельзя!!! — заверещал старик-писарь, однако из-за своей стойки не выбежал. Наоборот, вжался в угол и уже через мгновение сделал вид, что его тут нет.
Дорогу в кабинет Гинника нашли быстро — я тут уже бывал, а Эрегор и вовсе заходил по делам торгового дома с завидным постоянством. А через пару минут, как мы вошли к бургомистру, окруженному несколькими клерками и купцами, я в очередной раз сам для себя решил, что поступаю совершенно правильно. Едва Гинник понял, что пахнет жареным, то тут же сдался. Он буквально отдал нам город, вместе с печатью и управляющим ярлыком, который давал владельцу право приказывать городскому ополчению и доступ к городской казне. И ведь точно так же этот человек поступил бы, едва на его пороге показались бы бойцы Мордока. Другие градоуправители в лице клерков вовсе ничего не сказали, а купцы поспешили уйти, дабы разнести весть о новой власти среди своего окружения.
Мы не стали их останавливать. Все равно слухов и кривотолков разведут столько, что икаться мне будет до самой зимы.
— А теперь, господин Гинник, берите перо и пишите, — сказал Эрегор, пододвигая к мужчине чернильницу. Глаз опального советника сейчас пылал красным и этот пристальный взгляд не сулил мужчине в случае непослушания ничего хорошего.
— Что писать? — побледнел чиновник.
— Указы. Вашей рукой. Первый, о роспуске городской стражи и ополчения и освобождения городской цитадели, — начал перечислять Эрегор вкрадчивым тоном. — Второй, об особом положении и строгом комендантском часе после заката. Третий, о внеочередном городском вече, которое надо провести не позже конца сезона жатвы и до начала осенней торговли, и на котором будет выбран новый бургомистр по причине вашего отказа от поста. И последнее. Вы напишите письмо, в котором изложите все, что знали о боях в пещере и Владыке Харла, а знали вы многое.
— Вздор! Я ничего не знал! — взвился Гинник, похожий сейчас больше на взъерошенную крысу.
— Знали. И нам нужен документ, — ответил Эрегор.
— Меня за такое вздернут на первом же столбе горожане! Я все равно буду все отрицать! Вам никто не поверит!
Мужчину трясла мелкая дрожь. Одно дело — потерять пост бургомистра, а совсем другое — само право жить в Мибензите. Тут было имущество, лавки, связи. Если простые горожане прознают, как развлекался бургомистр и его друзья, всем им резко станет в этом городе крайне неуютно, да и в ближайшем Пелофе тоже теплого приема ожидать не стоит. А это, фактически, в лучшем случае изгнание.
— Пишите, — сказал я бургомистру. — Пишите, а поверят ли нам, уже наша проблема, не так ли?
Бургомистр хмыкнул, но за перо взялся.
Эрегор бросил на меня короткий взгляд. Каким бы трусом не был Гинник, он был местным. И если бургомистр начнет все упорно отрицать, неизвестно, как отреагируют горожане.
Через полчаса, когда составление трех указов было завершено, а письмо с прегрешениями Гинника составлено, бургомистр уже успел успокоиться и все обдумать.
— Эта грамота вам ничего не даст, господин Эрегор, господин Фиас. Если вы хотите Мибензит, то вам нужен я. Вы не можете меня убить, вы не можете меня сместить. Я позволю вам сейчас уйти, но едва вы выйдите за дверь, я позабочусь о том, чтобы самый последний пьяница в этом городе не подал вам руки! Я не просто часть Мибензита! Моя семья и есть Мибензит!!! Мы! Гинники! Построили этот город! — с каждым словом бургомистр распалялся все сильнее и сильнее, даже чуть привстал со своего места, упершись ладонями в стол. Он на самом деле многое успел обдумать и сейчас перешел в контратаку.
— Эрегор, все подписано? — спросил я, игнорируя вопли бургомистра.
— Да, все в порядке, — кивнул эльф, уже начиная разогревать сургуч, чтобы своей рукой поставить печати.
— Вы двое, — кивнул я эльфам, стоящим у стены, на бургомистра, — держите его.
Гинник как раз набирал в легкие побольше воздуха, чтобы продолжить сыпать угрозами, но тут он осекся.
Пара темных подскочила к бургомистру. Один заломал ему руки за спину, второй — вжал лицом в стол, лишая всякой подвижности.
— Руку, — опять скомандовал я, подходя к бургомистру и вытаскивая из-за пояса кинжал. Один из эльфов правильно понял мою команду и положил ладонь мужчины на столешницу, крепко прижав ее к столу.
— Что вы собираетесь делать⁈ — заверещал Гинник. — Что⁈ Уберите нож! Уберите! Я все написал! Я все подписал! Я буду молчать!
