"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

Аталанта взглянула на меня понуро.
— Довлатов… Давай не сейчас. На душе и так тошно.
— НЕТ! — указываю рукой себе под ноги. — Мы решим здесь всё и сейчас. ТЫ…
Смотрю на Двухмерного, который поникшим взглядом смотрел себе под ноги.
— Задница «Двухмерная»! В глаза смотри, когда с тобой разговаривают, — прикладываю пальцы к своим вискам. — Сюда смотри. Не смей… Слышишь! Не смей ставить крест на себе и на Комитете! МЫ согласились провести этот эксперимент. МЫ ВСЕ в ответе. Думая, что подвёл всех живых и мёртвых членов Ордена Колохари, ты растаптываешь всё, во что они верили и верят! Наука не может двигаться дальше, если ТАКИЕ эксперименты не будут проводиться.
  
Каладрис кисло усмехнулся.
— Довлатов.
— Подожди, — «страшным» взглядом смотрю на Охотника. — С тобой я потом разберусь!
Перевожу взгляд на Колохари. Тот с ещё более поникшим взглядом, уставился на меня.
— Хорош уже, Двухмерный! — вскидываю руки. — У меня жена учёный. Так что я знаю «Отсутствие результата — это тоже результат». Мы пережили последствия активации «Сефирота», а значит, зашли дальше, чем кто-либо из наших предшественников, ставших на этот путь. Подумайте ВСЕ…
Обвожу взглядом напряжённые лица участников Комитета.
— … Сам факт того, что, опустившись на десятый слой астрала, мы упёрлись в Стену, говорит о том, что ранг полубога [10] без домена всё же возможен, но только за её пределами.
Дуротан недовольно фыркнул.
— Чви-ии… Скажи это той креветке [10], что едва всех нас не сожрала на дне морском.
— Реликт, — кивком указываю орку на Двухмерного. — Колохари предлагает называть таких существ реликтами. Вождь… Точнее, великий вождь… Эти существа жили в Унии, ещё до появления Стены. Древние, перекроив астрал под свои нужды, загнали их в подводный мир.
Услышав последнее, Дуротан остро глянул на меня.
— Откуда ты…
— Помнишь это? — создаю Святой Огонь над своей ладонью. — Я не могу лгать, Дуротан. Всё, что я сказал сейчас, это правда. Не спрашивай как… Я просто знаю, что сказал тебе Легидий.
— Р-р-р! — в глазах вождя снова плескалась ярость. — Довлатов-чви-и-и-и!
Кивком указываю на Святой Огонь, полыхающий над моей ладонью.
— Видишь, вождь? Я не солгал тебе. Ни сейчас, ни когда смог протащить тебя на ранг ишвар [9], хотя Великие Предки твердили в один голос: «Это невозможно». Поверь мне и сейчас! Ты сможешь стать полубогом [10], но не здесь. Не в Унии! Древние не позволят существовать полубогу-антимагу [10], тем более если тот будет из расы орков. Вы воинственны с рождения, а они хотят стабильного развития Унии.
Об этом Дуротану в лицо заявил Легидий — хранитель целостности Стены. Потому великий вождь и напал на Древнего, впав в ярость.
— Верю-чви, — Дуротан зло зыркнул на меня, а потом на остальных. — Чего уставились чви-ловеки! Давно на арену никто не вызывал? Так подходите! Я всегда рад хорошей драке.
Мой взгляд остановился на Каладрисе.
— Нет.
— Что нет? — Охотник усмехнулся. — Скажешь, что я не виноват в случившемся? Это ведь я искал и нашёл информацию по «Сефироту» в архивах Унии. Полмира облазил! Всех своих старых знакомых на уши поднял, ища утраченные рукописи и лабораторные журналы.
— В этом и смысл, — на моём лице появляется улыбка. — Ты попал ровно в ту ловушку, на которую рассчитывали Древние. Это как путь из хлебных крошек, ведущий к опасным знаниям.
Я видел! И я знаю правду. Законознатец и Тысячеглазый скорректировали память тем, кто участвовал в предыдущих экспериментах с «Сефиротом». Немногочисленным выжившим заткнули рты, примерно тем же способом, каким Прометей запретил Габриэлю рассказывать мне о Бездне. Каладрис нашёл след, который Древние специально оставили для любителей запретных знаний.
— Охотник, — качаю головой. — Ни ты, ни кто либо ещё не мог знать о ловушке Древних. Всё, что касается дел Ордена Колохари, это передовой край науки. МЫ… Подчёркиваю, именно МЫ на ощупь ищем путь на тропе, по которой до нас никто не проходил. А если таковые и были, Древние подтёрли за ними все следы.
Нерея улыбаясь подняла руку.
— Можно я скажу, — взгляд любимой остановился на Каладрисе. — В науке есть базовый принцип. Он звучит так: «Любое действие лучше бездействия». Не проведи мы эксперимент, не раскрыли бы тайну феномена Красного Дождя. Теперь можно смело сказать, что мы узнали об одном из «цивилизационных фильтров», через который земляне прошли лишь чудом. То же касается и болезни Харры.
Каладрис усмехнулся и глянул на меня, как бы намекая: «потом поговорим».
Перевожу взгляд на Аталанту. У воительницы растерянный взгляд, но настрой всё ещё боевой. Тёща не знает, как сообщить дочерям и мне о том, о чём Древние запретили говорить.
— Можно я скажу? — киваю тёще, ловя её взгляд. — Можете не отвечать, леди Силла. Просто слушайте и кивайте, если сочтёте нужным. Древние вам сказали: «За нарушение законов… бла-бла-бла… Разрушение мира Артегон… бла-бла-бла… Все присутствующие члены Комитета Силлы, а также вообще ВСЕ ЗЕМЛЯНЕ… бла-бла-бла… Должны УЙТИ за Стену через ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА. Кто останется, будет стёрт Тысячеглазым со страниц истории Унии. Мы сами откроем вам условно-безопасный путь в Бездну… бла-бла-бла… Вам запрещено об этом рассказывать напрямую».
Сначала, хмурясь, кивнула Аталанта. Потом стали кивать другие участники Комитета. Под конец я развёл руками, смотря на Высших.
— … Вот ведь незадача! СОЮЗНИКИ, я откуда-то всё это знаю, и на меня это ограничение не распространяется. Мы живы, и сами Древние помогут нам отправиться в путешествие за Стену.
Каладрис нахмурился ещё сильнее.
— Довлатов, откуда ты…
— Бинго! — щёлкаю пальцами. — Откуда я знаю, что нынешняя Великая Жатва отличается от предыдущих? Или то, что у Мигрирующего Флота в этот раз двадцать пять тысяч кораблей и ещё пять тысяч строится прямо сейчас? Да-да, Каладрис. Ты не ослышался. У иллитидов ВТРОЕ больше городов-астероидов, чем было пятьсот лет назад во время первой Великой Жатвы. Ради достижения своей цели они угробили тысячи миров в Диком Поясе, куда разведчики Унии редко попадают. Древние об этом знают! А вот Союз Трёх Колец ни слухом ни духом о том, почему это Мигрирующий Флот так активно наседает. Древние, как обычно, молчат под предлогом «Нельзя вмешиваться в развитие молодых рас». Но и готовящийся блицкриг Мигрирующего флота через четыре месяца они проигнорировать не могут.
На лице Каладриса читалось: «Я не об этом хотел спросить».
Затем: «Какие ещё тридцать тысяч кораблей».
И наконец: «Тогда какие у Унии вообще есть шансы на победу?»
С улыбкой Джоконды смотрю на Колохари и Аталанту. Если кто-то и разглядел второе дно в раскрытой мной информации, то это они.
— Погодите, коллеги! — Двухмерный зло сжал кулаки. — Это что же получается… Древние не остановили наш эксперимент с «Сефиротом». Затем помогли спастись Комитету, подсказав отправить в мир Артегон само плетение и последовавший за ним Красный Дождь. А потом сказали никому ничего не говорить, и мол… « Через четыре месяца покиньте Унию. Мы сами скажем „где, когда и как“. Прихватите с собой всех землян, если не желаете их смерти».
Аталанта кивнула, мрачнея прямо на глазах.
— Нас собираются использовать втёмную.
— ЧВИ-И! — Дуротан заорал, глядя на Колохари и воительницу. — Говорите на понятном языке, умники! Кто посмел использовать орков втёмную?
Каладрис понимающе переглянулся с Аталантой и Двухмерным. Затем повернулся к великому вождю.
— Красный Дождь видел? Тот феномен в Артегоне, когда странное нечто из-за Стены сожрало целый мир.
  
— Что? — у Дуротана от гнева стали раздуваться ноздри. — Конечно, видел-чви! Я же с вами был⁈ Или скажешь, что орки такие незаметные…
— Погоди, вождь, — Каладрис поднял руку. — Представь тот же самый феномен, только в масштабах гораздо… ПодчЁркиваю! ГОРАЗДО больше. Скажем, если мы попытаемся пропихнуть за Стену целый мир Земли. Планету, понимаешь? А с той стороны внутрь Стены хлынет такое же количество Красного Дождя. Подумай, КАК Древние могут использовать эту рукотворную катастрофу в своих интересах?