"Фантастика 2025-134". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

…
131 день, Восьмой Пояс
Михаил Довлатов
В качестве точек входа в Пояс Плоти скауты Союза Наций рассматривали три варианта. Первый путь — место, откуда наружу выдувается воздух. Оно же является самым большим. Диаметр прохода почти километр.
Второй проход — место, где из Пояса Плоти наружу выливается лимфа. Прорваться внутрь команде скаутов удавалось только путём преодоления весьма сильного течения.
  
Третий путь — через канализацию. В стене плоти есть сосуды, через которые лимфа втягивается обратно. Из плюсов — там эффект всасывания помогает быстро попасть внутрь Пояса Плоти. Главный недостаток в том, что почти все найденные сосуды ведут в тупик.
Наиболее исследованным путём оказался второй — выходной поток лимфы. Первую сотню километров скауты проходили с помощью «Скольжения», накладываемого поверх малых исследовательских судов. Возвращаясь обратно, они давали потоку лимфы вынести себя наружу. Для них вопрос стоял не в том, как попасть внутрь… А как выбраться!
Габриэль занял место на носу «Скорохода».
— Соратники! — архангел указал на катер. — Я буду держать «Круговой щит» и «Скольжение». Среди нас троих я выносливее всех. Внутри Пояса Плоти воздуха не будет. Запасы кислорода придётся пополнять за счёт плетений.
— Чур я за руль! — Монэ захлопала глазами. — Угрозу от монстров я почую первой. Астрал тут слабенький, но всё же есть.
— На мне питание двигателя маной, — сладко зеваю. — Руль высоты, поддержание скорости… Мисс Бланш! Рулите строго туда, куда я скажу. При необходимости могу ускорить нас за счёт «Постоянного вектора».
Едва Габриэль создал «Круговой щит» со «Скольжением», как я дал по газам. «Скороход» нырнул в лимфу и вскоре начал бороться со встречным потоком лимфы.
Бум-бум-бум…
По щиту архангела начали бить фрагменты плоти монстров, плавающие в прозрачной жидкости. Как и говорила Монэ, в Восьмом Поясе водится куча самых разных тварей.
Проход, в который влетел «Скороход», напоминал спуск в бездну. Круглое отверстие диаметром под пятьсот метров ежесекундно исторгало из себя миллиарды кубометров лимфы.
Габриэль прикрикнул с носа катера.
— Плотность магофона триста процентов. Если начнёт повышаться, значит, рядом монстры.
Избыток маны приводил к тому, что в проходе было светло, как днём. Псевдоплоть едва заметно светилась изнутри. Избыток маны приводил к тому, что «Скороход» разгонялся всё быстрее и быстрее, несмотря на возросшее на щит давление.
Двадцать километров… Сорок… Шестьдесят… Добравшись до отметки в восемьдесят километров, я снова сбросил скорость до шестидесяти. Монэ стала слишком часто врезаться в крупные фрагменты монстров, плавающих в лимфе.
«Скороход», словно пуля, метался по тоннелю, огибая стаи монстров-падальщиков.
На преодоление уже разведанной тысячи километров у нас ушло меньше суток. Я стал всё чаще подмечать признаки фрактальной структуры Пояса Плоти. Одни повороты сосуда лимфы походили на другие… И в то же время отдельные признаки изменений накапливались, создавая время от времени совершенно новый участок. Потому, когда «Скороход» выпрыгивал в очередной лимфоузел, я нисколько не удивлялся.
— Монэ, второй проход сверху, — указываю принцессе, куда плыть. — Тот, где вход в сосуд самый широкий.
— В смысле? — Монэ завертела головой. — О каком именно проходе идёт речь.
— Прямо над твоей головой. Падла, покажи ей.
Попугай подлетел к девушке и крылом указал, куда плыть. Среди всего экипажа «Скорохода» только Монэ не имела опыта жизни с крыльями и потому не очень хорошо ориентировалась в трёхмерном пространстве. Падла нас в такие моменты здорово выручал. Всё-таки я у двигателя сижу. Габриэль с носа судна не отходит. На него приходится наибольшая нагрузка.
Мы проплыли первый лимфатический узел. Затем второй, третий и даже десятый. Из-за признаков фрактальности я стал без труда угадывать, куда именно надо плыть, чтобы не попасть в тупик. Иногда это приводило к тому, что стрелка с заданием отклонялась, но, главное, мы продолжали двигаться вперёд. Позади остались уже сотни развилок и тысячи стай монстров, не поспевающих за нашим юрким катером.
На третий день мы вдруг очутились в месте, которое чем-то походило на внутреннее море. На ближайшие два десятка километров было видно только дно, усеянное проходами. «Усиленным зрением» удалось разглядеть, что обнаруженная полость внутри Пояса Плоти имеет круглую форму… И при этом вытянутую, словно шланг. Конец терялся где-то вдали.
Сложив в уме всё, что видел по пути сюда, я произнёс.
— Мы в позвоночнике.
— Чего? — Монэ хмуро глянула на меня.
— Это не лимфа! — указываю на жидкость за круговым щитом. — Видите? Тут цвет другой. Это спинномозговая жидкость. Принцесса, плыви вперёд. Если моя догадка верна, мы только что преодолели половину пути.
…
На седьмой день пути «Скороход» вылетел из потока Пояса Плоти и тут же влетел в барьер Девятого Пояса. Это было хоть и ожидаемо, но всё равно внезапно. Все эти дни мы не спали. Потому отреагировали несколько заторможенно.
Едва мы очутились по другую сторону барьера, как ощутил знакомый взгляд в спину. Он чувствовался так отчётливо, будто его обладатель стоит прямо у меня за спиной… По ощущениям, Дух Фронтира о****ал от того, что нам удалось пробраться сквозь Пояс Плоти. Что интересно, прошло секунд десять, а чувство взгляда никуда не делось. Дух Фронтира продолжал за мной наблюдать, а не исчез, как было много раз до этого.
— Где это мы? — Монэ завертела головой. — Тут же ничего нет. Только этот серый кисель.
Габриэль щёлкнул пальцами.
— Ни живых существ, ни камня, ни воды, ни следов разума. Плотность магофона пятьсот процентов.
Прислушавшись к собственным ощущениям, я вдруг понял, что пространство вокруг нас сильно искажено. Расслоено, спрессовано, закручено.
— «Нас невозможно сбить с пути», — на ум пришла поговорка. — «Нам пофигу куда идти». Господа… И дама! Вокруг нас пространственный лабиринт. Если кто-то из вас сейчас покинет «Скороход», боюсь, назад вы уже не вернётесь. Если вам кажется, будто нечто в шаге от вас, оно может находиться в сотне километров. И наоборот. До далеко расположенного объекта можно дотянуться рукой. Предлагаю для начала довериться путеводной стрелочке с заданием.
«Скороход» не спеша развернулся куда-то «влево» и полетел «чуток вверх». Десять минут, пара поворотов и вдруг…
*Блык*
«Скороход» на полном ходу прошёл сквозь барьер в Десятый Пояс. В этот раз вокруг нас царила абсолютная, ничем не разгоняемая темнота. Плотность маны поднялась сразу до тысячи процентов. Падла тяжело задышал, захлопал крыльями… Птице-ветерану [2] стало плохо от столь агрессивной внешней среды.
Ничего.
В смысле…
НИ-ЧЕ-ГО.
Все органы чувств молчали, говоря, будто за пределами «Кругового щита» мира вообще не существует. Молчало даже чувство пространства.
— Может, назовём это место Пояс Пустоты? — Монэ нахмурилась. — Ну же, мальчики! Скажите хоть что-нибудь! Меня угнетает эта тишина. Я произношу слова, а эха от них не слышу. Не могу даже понять… Мы стоим на месте или движемся? Или, может, вообще падаем? Тут даже гравитации нет. У меня вестибулярный аппарат с ума сходит.
— Соратник! — Габриэль хмуро глянул на меня. — Куда указывает твоя стрелка?
Не тороплюсь с ответом. На душе вдруг стало неспокойно. Впервые за весь период моего нахождения во Фронтире чувство взгляда совпадало с тем, куда указывает стрелка от задания.
— Вперёд, — кивком указываю направление. — Кажется, мы вот-вот встретимся с Духом Фронтира.
    
Глава 9
 
Другой путь
 
19 февраля
Седьмой этаж Стены
Полубог Велес, находясь в своём домене, следил за тактическими сводками. Перед ним висели десятки экранов. Геополитическая ситуация по странам, сводки аналитиков, планы штаба обороны, отчёты разведки.