Красивый. Наглый. Бессердечный - 2 (СИ)

- Да брось, нормально он к этому относится. Только, когда они не голосят советскую эстраду после бани на всю деревню.
Кир смеётся.
- Это точно, они отлично спелись. Ничего, скоро у нас будет ребёнок — и мама даже вспоминать не будут про дачу и баню. Будет только к нам приезжать.
- Ты уверен, что ты этого хочешь? - поднимаю бровь. - Она же будет учить нас, как правильно пеленать, кормить и воспитывать.
  
- Пусть учит. Я всё равно буду делать по-своему.
Я улыбаюсь. Да, он именно такой.
- Я скоро освобожусь. Хочешь, заеду за тобой?
- Хочу.
- Тогда жди.
- Жду.
Кладу трубку и смотрю на свои картины. На ту, что висит прямо передо мной — наш дом. Тот самый, который остался нам от Станислава Эдуардовича. Где началась наша с Киром история.
Дом с большими окнами и террасой, где мы будем пить кофе по утрам. Где будет бегать наш ребёнок. Где Кир будет рассказывать мне что-то важное, а я буду слушать, улыбаясь.
Я закрываю глаза, и передо мной встаёт картина предстоящего ужина с мужем. В этот момент приходит осознание — моя жизнь сложилась абсолютно, безусловно удачно.
Мой путь к этому счастью напоминал горную тропу: где-то приходилось карабкаться по острым камням, где-то — останавливаться, чтобы перевести дыхание. Были крутые подъёмы и неожиданные спуски. Но теперь, оглядываясь назад, я понимаю — мои раны, царапины и усталость того стоили. 4 года спустя
- Савва, ну куда ты?! — смеюсь, пытаясь поймать маленькое торнадо в синем комбинезоне с изображением динозаврика на спине. Честное слово, от настоящего трицератопса здесь было бы меньше разрушений.
Сын с визгом носится по кухне, размахивая деревянной ложкой, как мечом. Его тёмные кудри взъерошены, щёки розовые от восторга, а глаза — точь-в-точь как у Кира, с тем же озорным блеском.
- Ма-ма! - кричит он, подбегая и хватаясь за мою ногу. - Па-па!
- Папа скоро придёт, - глажу его по голове, но Савва уже срывается с места, увлечённый новой «миссией» - добраться до кошачьей миски и вылить воду на пол.
Я ловлю его за капюшон в последний момент, поднимаю на руки и целую в макушку. Он пахнет детским шампунем, печеньем и беззаботностью.
- Давай лучше папу встречать, — предлагаю, и Савва тут же забывает про кота, энергично кивая.
Из окна видно, как во двор заезжает знакомая машина. Кир выходит, слегка уставший, но улыбающийся. Он задерживается у калитки, что-то пишет в телефоне - наверное, рабочие сообщения. «ФармФьюжн» давно переросла стартап и превратилась в серьёзную компанию, но Кир по-прежнему вникает во все детали.
- Па-а-ап! — Савва вырывается из моих рук и мчится к двери.
Я не успеваю его остановить. Малыш распахивает дверь и с разбегу врезается в отцовские ноги. Кир наклоняется, подхватывает его под мышки и подбрасывает вверх, отчего Савва визжит от восторга.
- Ну что, бандит, маму сегодня терроризировал? — спрашивает Кир, заходя в дом.
- Терроризировал, — вздыхаю я, но не могу сдержать улыбки. - Устроил гонки по кухне, пытался накормить кота моим омлетом и чуть не разбил вазу.
- Настоящий Рейгис, — Кир целует меня в щёку, одной рукой удерживая Савву, который уже тянется к его сумке — проверить, нет ли там чего вкусного. - Как ты?
- Всё отлично, - глажу округлившийся живот. - Ещё месяц - и в роддом.
Кир ставит Савву на пол, и тот тут же мчится к игрушкам, а муж обнимает меня, осторожно, будто боится повредить.
- Ты думаешь, что будет девочка? — шепчет он.
- Мог не стесняться и спросить у врача, раз так хочешь дочку.
- В нашей семье сюрпризы – норма, так что не надо призывать меня к серой обыденности. – Шутливо зарывается лицом в мои волосы.
Савва возвращается с машинкой и требует внимания, так что мы садимся на пол, разбирая его «парковку». Кир рассказывает, как прошло совещание, а я делюсь новостями агентства — Таня справляется блестяще, хотя и жалуется, что её трёхлетний сын унаследовал её энергичность.
- Кстати, — вспоминаю, — Зоя Михайловна звонила. Говорит, что Вахтанг хочет поставить спектакль про жизнь сотрудника лаборатории. Он что-то там изобретает, вирусы выбираются наружу...
- О нет, — Кир подкатывает глаза. — Только не это. Где он это будет ставить? В своём ТЮЗе?
- Не знаю, но Глеб Германович уже написал ему сценарий.
- Тогда это катастрофа.
Мы смеёмся, а Савва, не понимая шутки, серьёзно повторяет:
- Ка-та-стро-фа!
Кир хватает его в охапку, щекочет, и кухня наполняется смехом.
Я смотрю на них и чувствую, как внутри что-то тёплое и светлое разливается по всему телу.
Жизнь — удивительная штука.
Мы не всегда сразу видим, зачем нам даются испытания. Но потом оглядываешься назад и понимаешь: если бы не тот провал, не та боль, не тот нелепый поворот — ничего бы не сложилось так, как нужно.
Главное — не сдаваться, даже когда кажется, что выхода нет.
Мы прошли через недопонимание, обиды, страх, ревность. Но сейчас, в этом доме, среди детского смеха, среди привычного хаоса и бесконечных «катастроф», я опять понимаю — именно таким и должен быть путь. Сложным. Чтобы научиться ценить то, что есть.
 Послесловие 
 Дорогие читатели
Спасибо, что купили и дочитали эту сложную историю.
Очень надеюсь, что вы не пожалели потраченных времени и денег. И, как минимум, порадовались за героев в эпилоге. А, если они заставили вас улыбнуться или заплакать - это замечательно!
Если история вам не зашла, простите. Чтож , так тоже бывает. Но я очень старалась подарить вам светлые эмоции.
Отдельная благодарность за ваши наградки и комментарии. Я все вижу, но не всегда отвечаю. Иногда пропускаю комментарии за несколько дней и потом боюсь не ответить кому-то и обидеть.
Приходите ко мне в соцсети, там я вижу всех и всегда рада общению. Особенно охотно я общаюсь в Телеграм.
В соцсетях вас уже ждёт вас эпилог от Кира, спустя 4 года