Мечтательница, или Отомсти мне, если сможешь (СИ)

— Знаешь, мне даже немного жаль, что мы начали общаться лишь сейчас. Словно потеряли очень много времени. Представляешь, как все могло сложиться, если бы мы не враждовали? — произнесла я, когда мы покинули кафе и шагали по направлению к какому-то особенному местечку, о котором уже говорил Саша. Навстречу к закатам во время рассвета… Рассвета наших новых дружеских отношений.
— М-м-м, — задумчиво протянул парень. — Возможно, все стало бы в разы хуже. Я мог признаться, что ты мне нравилась, мы бы рискнули “повстречаться”, - жестами добавил кавычки к этому слову Алекс, — а после совершенно некрасиво разошлись. Потому что было бы рано, и никто из нас не сумел бы правильно все сделать. Ну, и, наверное, общение продолжалось бы сквозь призму обиды и неловкости. А так развлекались! — усмехнулся он.
Я же даже остановилась от удивления.
— Я? Нравилась? Тебе? — не сдержалась и озвучила шокирующие меня вопросы.
— Ну да. А ты так и не поняла? — вскинул бровь Андреев, хватая меня за руку и вынуждая продолжить движение. У него такая большая рука по сравнению с моей… Моя в его помещается полностью, и, надо признать, чувствует себя в ней уютно и комфортно. Поэтому, как самая правильная девочка, следующим делом я выдернула свою руку под дружный вздох и бабочек, и тараканов. Вот от последних не ожидала такой подставы! Сговорились они там, что ли?!
— А должна была? По каким признакам? Твое поведение демонстрировало, что ты меня просто ненавидишь и со свету сжить намереваешься! — фыркнула в ответ.
— Неправильная ты, Линка. Никакого анализа информации! — заумно сказал Саша. — Все же знают, что если мальчик дергает девочку за косички, то она ему нравится. И вообще, не стоило на мальчика того смотреть. Как его звали вообще?
— Тимофей. Он в девятом классе в нашу школу перевелся. Учились вместе. И вот в десять лет мальчик выглядел в разы милее!
— Заба-а-авно… Вернемся к началу темы. Мне нравилось наше соревнование. И без него было бы скучнее. Интересно, можно ли его как-то в дружеской форме проводить, а?
Вместо ответа я с укором на него посмотрела. Мои нервные клетки этого не выдержат!
— Лин, — обратился Алекс, а у меня внутри все замерло от того, как он произнес мое имя. В его устах оно настолько странно и непривычно звучало… Красиво, гордо, божественно. Впервые мне хотелось, чтобы кто-то называл меня по имени. — А можно попросить тебя об одной услуге? Доверься мне на пару минут, пожалуйста.
И так серьезно и искренне он попросил, глядя мне прямо в глаза, от чего я забыла, как же, собственно, вообще людям дышать-то положено, а, главное, зачем. И я никак не смогла отказать:
— Ну… Да, наверное. А для чего?
— Просто закрой глаза. Это ненадолго.
Моментально насторожившись, все же выполнила просьбу, и те две секунды ожидания любого подвоха в неведении стали настоящей пыткой. Тараканы даже испуганно предположили, что он хочет меня поцеловать, но тут на удивление скептично откликнулись бабочки, послав усатиков подальше, ибо нельзя же так дразниться.
Саша же и впрямь наклонился ближе. Но не поцеловал, а нагло подхватил под коленки и на руках куда-то понес.
— Андреев!!! — закричала я, сразу разомкнув веки. — Ты просто! Просто монстр!!! Чудовище! — рассерженно вопила, пока меня быстро-быстро перемещали в направлении мостика. А прохожие с улыбкой смотрели на нас…
— Глаза закрой! И не мешай дурачиться. Должно же в жизни без твоих проказ быть хоть что-то интересное!
И я покорилась, продолжив лишь насупленным ежиком сопеть. Впрочем, у него на руках классно. Надежно… Однако, как Алекс и обещал, это продлилось не долго, и на ноги меня поставили уже через полминуты, скомандовав:
— Смотри!
А посмотреть было на что. Мы очутились на деревянном мостике посреди пруда, а прямо перед глазами простирался потрясающей красоты закат, разрисовывая небо во все оттенки розового. По воде медленно проплывали лодки с семьями и парочками, вверху игриво летали птицы, гоняясь друг за другом и наслаждаясь летом и теплом. Рядом тоже были любовавшиеся на пейзаж люди, но для меня сейчас они отступили на второй план, потому что я посмотрела на внимательно следившего за моей реакцией Андреева и абсолютно завороженно прошептала:
 
— Это волшебно…
А дальше все вокруг исчезло, оставив лишь меня и Сашу. Такого замечательного Сашу, такого красивого, хорошего и доброго…
Взгляд медленно опустился от его глаз вниз, на четко очерченные губы, а в носу сам собой появился запах ментола… И вдруг так захотелось, чтобы он меня поцеловал… Потому что целуется он отменно, и это можно понять даже в столь грубом поцелуе, что у нас был…
Алекс сделал шаг вперед, став еще ближе, и поправил мне прядь волос, заправив ее за ухо. Только руку убирать не стал…
Я прикрыла глаза и потянулась к нему, как вдруг…
— Лина! — громко окликнул меня мужской голос где-то в другой вселенной. — Лина, это же ты! — повторили, подтвердив тем самым, что ни разу не послышалось, а все на самом деле.
Я обернулась под разочарованный стон бабочек, который в тот же миг сменился зачарованным вздохом. Ко мне навстречу спешил второй идеал в моей жизни!
  
Глава 8
 
/Элина Кравцова/
Бабочки бились в припадке. Слишком много красивых мужчин вокруг! Их сердечки не выдерживают! Мое, к слову, тоже.
А брюнет с потрясающим телосложением и чуть ли не аристократическими чертами лица, словно сошедший с обложек журналов, становился все ближе и ближе, пока не очутился рядом и так искренне и радостно воскликнул:
— Точно ты! — убедительно кивнул. Ну да, вроде я… — Ты меня не помнишь, да? Или не узнаешь?
Идеал оказался сообразительным. В целом да, незнакомец все еще был мне не знаком.
— Я Тим. Мы учились вместе. Тимофей Орловский, — с улыбкой до ушей произнес красавчик.
Мои глаза готовы были сбежать из орбит, а мозг в упор отказывался принимать, что мальчик в очках, брекетах, с прыщами и непропорциональным телосложением — вот этот бог, стоящий рядом. Нет, ну ранее у него, конечно, был потенциал, но не настолько же!..
— О… — только и смогла выговорить я. И после опомнилась: — Очень неожиданная встреча. А это Алекс, — представила хмурого и не в самом доброжелательном настроении парня. — Брат Янины. Вы с ним летом лет десять назад встречались.
Не знаю, для чего сказала столько уточнений, но в голове просто была неразбериха. Понимание того, как из гадкого утенка можно превратиться в столь шикарного лебедя все еще не приходило.
— Здравствуй, — сдержанно поздоровался Саша и пожал руку. Когда две мускулистые и сильные мужские руки соприкоснулись в крепком рукопожатии, из-за чего отчетливо стали видны вены под кожей, я готова была “съесть” эту картинку. И вдруг появилось невероятное желание ее нарисовать: это сильное, внушающее мощь и уважение соприкосновение ладоней прекраснейших представителей выглядело сногсшибательно. Идеально.
— Ты совсем не изменилась, — вернул все свое внимание ко мне Тим, вновь улыбнувшись во все тридцать два. — Все такая же красивая! Я тебя по профилю узнал.
— Вот это да! — удивилась я. — Неужто настолько примечательный? — лукаво улыбнулась, про себя поражаясь тому, что меня узнали.
— И да, и нет. Просто я его отлично знаю. Я же увлекаюсь фотографией, — сейчас, правда, уже ею зарабатываю, — а в школе любил делать твои снимки. Ты очень фотогенична. Кстати, у меня они до сих пор остались.
Мои? Меня фотографировали, находя симпатичной?
 
— Неожиданно, — усмехнулась я. — Хотела бы я их как-нибудь увидеть, — сказала из чистого любопытства, без потаенного смысла, но в ответ последовало:
— Я могу скинуть. Только скажи куда, — предложили мне, а я же решила, что ничего такого в этом нет и дала свой номер, посоветовав написать в мессенджере.
Алекс молчал, не влезая в наш продолжающийся разговор. Хотя, если быть откровенной, это был не разговор, а монолог Тимофея, потому что я лишь изредка задавала ничего не значащие вопросы, а на его отвечала одним предложением. Обменявшись еще парой фраз, Тимофей, который гулял здесь со своей сестрой, что была младше и училась еще в школе (мне это любезно рассказали в течение беседы), брюнет покинул нас и вернулся к ней.