Паутина (СИ)

Я удивлённо посмотрела на него.
— Это я тебе сейчас не как руководитель Центра говорю, а как друг, - его голос был ровным, но в нём чувствовалось что-то личное, что-то важное. Он не опустил глаз, не позволил и мне отвернуться, словно знал, что я захочу уйти в себя, скрыться за привычной стеной отчуждения.
- Хорошо, - вырвалось у меня внезапное согласие, словно он что-то достал у меня внутри своими глазами.
  
- Хорошо, - повторил он за мной. И тут же стал более серьезным. Вздохнул, потирая пальцами ладонь. – Сейчас о тебе…. Лиана, я подписал тебе больничный на две недели, как просила мама….
Я вздрогнула всем телом.
- Не переживай, поставили тебе острую ангину, - одними губами улыбнулся он, но глаза оставались непроницаемыми.
Мне стало трудно дышать. Очень трудно.
До этой минуты мысли об университете я гнала от себя с особой тщательностью. Я не хотела возвращаться туда. Никогда.
— Ты… знаешь… кто это сделал с тобой? — тихо спросил Максимилиан.
Не осуждающе, не давя, но его голос вдруг стал почти безэмоциональным, ровным, врачебным.
Прямой, точный вопрос.
Я отрицательно покачала головой.
Резко, слишком резко.
Грудь сдавило от резкого движения, от того, как сильно я не хотела на это отвечать.
Как будто, если я скажунетдостаточно твёрдо, если откажусьзнать, оно перестанет быть реальным.
- Лиана, - Максимилиан был все так же спокоен до механизма, - возможно… это был кто-то кто тебя знал. Если это так – ты должна мне сказать.
- Я не видела лица, - глухо выдавила я, глядя только перед собой. – Не слышала голоса.
- Может, - тоже осторожно вмешалась в разговор Наталья, - кто-то странно вел себя по отношению к тебе? Проявлял повышенное внимание?
Меня снова замутило.
- Лиана, - Максимилиан облизал губы, - нападение не похоже на…. Случайность.
Я зажмурилась.
- Нет! Ничего не помню! Я не видела….Его!
- Ладно! – быстро поднял Макс ладони вверх. – Ладно. Все. Дыши, Лиана. Слушай мой счет и дыши глубоко. Раз… два… три…. Молодец, - он дышал вместе со мной.
От этого странного немного не ритмичного счета мне снова стало легче.
- Здесь безопасно, Лиана, - размеренно, продолжая поддерживать мое дыхание, сказал он. – Здесь нет врагов. Дыши….
Паника разжимала свои когти, медленно, но верно.
Наталья подала мне чай, заметив, что мои щеки чуть порозовели.
- Хорошо, - Максимилиан встал из-за стола и я машинально поднялась вместе с ним. – Разреши заехать завтра, завезти договор? – снова поймал мои глаза своими.
- Да, - страха перед этим человеком не было.
Внезапно на папином столе зазвонил мамин телефон.
Все наши взгляды мгновенно переместились на трубку.
- Возьми, Лиана, - велела Наталья, - вдруг бабушка звонит?
Я вздохнула и перевернула телефон экраном вверх. Высветившийся номер был мне не знаком. Внутри опять сжались когти ужаса.
Максимилиан глазами велел ответить, чуть нахмурив брови.
- Да, - ответила, едва сглотнув тяжелый ком в горле.
На секунду мне показалось, что на том конце никто не ответит, но я ошиблась.
- Лиана, - выдохнул телефон знакомым глубоким голосом Роменского. – Лиана, я…
Перед глазами все поплыло, я стала падать, чувствуя, как перехватывает меня за талию Максимилиан, услышав, как ударился телефон о деревянную поверхность пола.
  
18
 
Зачем он звонил? Что ему было нужно?
Этот вопрос никак не давал мне покоя, сверлил мою голову до состояния постоянной боли. Тело предало меня в тот момент, страх тараном ударил в живот, вызывая животное ощущение паники. И только перехватившие за талию сильные руки Максимилиана, отреагировавшего моментально, не дали свалиться на пол. Нет, сознание я не теряла, напротив оно было как никогда ясным, я просто утратила контроль над своим телом. Словно сам голос Роменского подавлял любое мое сопротивление.
Максимилиан легко поднял меня на руки и отнес на кровать. Его голос звучал ровно, его дыхание было размеренным – и он заставил меня синхронизироваться с ним. Вдох. Выдох. Ещё раз. Дыши. Снова. Медленно, но верно он возвращал меня к себе, к контролю над телом, над разумом.
Наталья, нахмурившись, без лишних вопросов отключила мой телефон, полностью обрывая любую возможность Роменскому снова связаться со мной. Их с Максом молчаливый взгляд говорил больше, чем любые слова. Они понимали, но не спрашивали. Дали мне возможность самой справиться с этим, не давя, не требуя объяснений.
Я успокоилась не сразу. Только когда паника окончательно улеглась, а дыхание стало ровным, Максимилиан наконец позволил себе уйти. Перед этим, не смотря на собственную усталость, он ещё раз внимательно посмотрел на меня, оценивая состояние, словно проверяя – выдержу ли я ночь одна. Я кивнула. Он ушел.
Одно мне точно показал этот звонок – я панически, почти до животного состояния боялась Роменского, сколько бы раз не убеждала себя, что не видела лица насильника, что не слышала его голос. Моя психика играла со мной, прочно связывая запах и человека. И что мне делать с этим страхом – я понятия не имела.
Чтобы хоть немного отвлечься, я украдкой начала искать информацию о Центре Максимилиана и Натальи. Впрочем, прятаться было бессмысленно – сведений о нем оказалось более чем достаточно.
Центр открылся всего восемь лет назад. Большое белое здание в престижном районе города, пусть и на его окраине, выглядело внушительно. Гугл мгновенно выдал десятки ссылок, сотни снимков – летние и зимние пейзажи, дневные и ночные виды, фасад, окруженный аккуратным садом, просторный внутренний двор.
Когда-то это место служило военным госпиталем. Потом, переданное в муниципалитет, пришло в упадок, обветшало, едва держась на грани забвения. Но после того как Владимиров выкупил его, здание получило вторую жизнь. Оно стало не просто восстановленным объектом архитектуры, а убежищем для тех, чьи раны не видны глазу. Центром психологической помощи, где лечили души.
Не солгал Макс и в том, что его Центр имел все государственные лицензии и разрешения на врачебную практику, размещённые на официальном сайте центра. Там же были и финансовые отчеты и отчеты о деятельности. А множественные ссылки на сторонние ресурсы выдали массу отзывов: положительных, восторженных, сдержанно-деловых, но всегда несущих один посыл – помогли. Судя по всему, в этот центр приезжали не только люди из нашего города, но и из других частей страны.
Рассматривая фотографии я не могла не улыбнуться: как территория Центра, раскинувшаяся на опушке соснового леса, так и внутренние помещения поражали чистотой и уютом. Центр предлагал не только психологическую помощь. Среди направлений значились гинекология и акушерство, что само по себе казалось необычным. В списке отделений были также альтернативная медицина, сомнология, диетология, реабилитация, неврология. Казалось, будто здесь стремились охватить человека целиком, «очистить» его, восстановить не только психику, но и тело.
Но вот что по-настоящему неприятно царапнуло меня, это то, что предоставленный мне Максимилианом прайс сильно отличался от официального предложения на сайте. Раза в три, примерно.
Закусила губу и посмотрела в окно, отлично понимая, что это был его подарок мне, потому что, если бы цена была той, которую выставляли через сайт – я не была уверенна, что потянула бы лечение мамы.
Тихо звякнул мамин телефон, заставив меня вздрогнуть всем телом. Но звонила всего лишь Лена. Досчитав до пяти, я медленно нажала значок приема.
- Лиана, ну слава богу! - выдохнула подруга и в ее интонации я услышала едва сдерживаемые слезы. – Мы тебя потеряли! Думали ехать к тебе сегодня вечером!
  
Я едва не рассмеялась на ее слова. Всего четыре дня прошло с того страшного вечера…. Целых четыре дня… А они только сейчас решили приехать.
- Я жива, - ответила ровно и безэмоционально. – Не надо ко мне ездить….