Ее дикие звери (ЛП)

— Приближаются пять дьяволов.
Пять жаждущих чёрных сердец.
Пятеро, что поют мрачную и одинокую песню, призывая свою королеву.
Лев, акула, дракон, волк и…тень.
Мой желудок подкатывает к горлу.
— Пять суженых? — хриплю я. — Вы уверены?
Она открывает глаза, и они вспыхивают какой-то бессмертной силой, уникальной для ее ордена. Рука феникса сжимает мою, как тиски.
  
— Поздравляю, Аурелия, ты Регина для пяти анимусов, — ее глаза впиваются в мои, и голос становится легким от удивления. — Дорогая девочка, я желаю тебе удачи. Двое уже в тюрьме… Но почему-то это должно беспокоить тебя в меньшей степени.
Я выхожу из ее кабинета, чувствуя себя выброшенной в открытое море, мой желудок переворачивается, ноги дрожат, я хватаюсь за живот, словно могу приказать ему не выворачиваться наизнанку.
— Что она сказала? — резко спрашивает отец, и я понимаю, что никогда не привыкну к этому новому, холодному тону.
— П-пять? — что я вообще несу? Но я знаю, что расслышала ее правильно, потому что это пророчество врезалось в мои барабанные перепонки. Выжжено в моей душе. — Она сказала, что ко мне взывают пять черных сердец.
Его глаза опасно вспыхивают, и мне становится ясно, что оракула ждут неприятности. Отец резко разворачивается на каблуках и врывается в ее кабинет.
— Я хочу знать их имена! — рычит он. — Всех до единого!
Ее ответ спокоен и хладнокровен:
— Я не могу выдать их вам, Ваше Величество.
Отец пинком захлопывает дверь кабинета, и я больше ничего не слышу.
Меня сотрясает тревожная дрожь, и я прикасаюсь к шее, где моя брачная метка согревает кожу так, что это должно успокаивать и вселять радужную надежду.
Регина для пяти суженых из разных орденов. Дорогая богиня, это раскроет мой новый секрет. В миллионный раз я жалею, что моей матери нет в мире живых. Она бы знала, что делать.
Вместо этого у меня есть только мой отец, который возвращается в ярости, опасный и неспособный говорить.
Я надеюсь, что Леди Феникс все еще цела.
Когда мы добираемся до дома, горничные снимают с меня бриллиантовые серьги и ожерелье и убирают их в шкатулку, которая мне не принадлежит.
Розалина шепчет мне, ее зрачки превращаются в щелочки и снова становятся круглыми от силы ее эмоций:
— Ты больше не принцесса Змеиного Двора, милое дитя. Ты больше не член семьи Нага. Ты проживешь остаток своей жизни орлом, как твоя мать до тебя.
— Но другие семьи держат в своих домах детей различных орденов! — Восклицаю я. — Почему нельзя…
— Мы не другие семьи, — шипит она, указывая на фамильный герб над моим камином. Две вздыбленные кобры на черном поле, между ними корона, прямо над прописной буквой «Н». Я знаю, что она имеет в виду. Мой отец — сторонник чистоты змеиной расы, все остальные звери ниже его. А теперь и я ниже его.
Розалина протягивает мне пыльную черную спортивную сумку.
— Мне так жаль, милая.
Я узнаю о том, что мой отец казнил ее, только много лет спустя. И ее, и всю прислугу, которые были там в тот момент, когда была раскрыта моя анима.
В тот же день отец и его свита отвозят меня в дом тети Шарлотты, шикарный двухэтажный особняк в аккуратном змеином районе.
Но они не везут меня в ее дом. Вместо этого они объезжают территорию и двигаются дальше, вглубь комплекса, где под высокими чахлыми деревьями стоит крошечный домик, похожий на обветшалую жабу в темноте.
— Теперь это твой дом, — говорит отец.
Я таращусь на облупившуюся краску, жестяную крышу, разбитые стекла в окнах.
— Отец, я не понимаю, почему я должна оставаться здесь. Ни в чем из этого нет моей вины.
— Ваше Величество, — огрызается одна из его гадюк. — Ты будешь обращаться к нему подобающим образом, дворняга.
Ее слова обжигают, как клеймо.
Я вздергиваю подбородок, и отец нависает надо мной, как гора, некогда защищающая и безопасная. Но выражение его глаз говорит мне, что сейчас всё по-другому.
— В жизни есть одна вещь, которую ты должна усвоить, Аурелия Аквинат, — его голос, называющий меня официальной фамилией моей матери, звучит опасным шипением, которое заставляет меня замереть. — Мы не всегда получаем то, что хотим.
В его интонацию проскальзывает глубокая печаль, чувство невосполнимой утраты. Я была его мечтой, и теперь эта мечта мертва. Принцессы-змеи больше нет.
— Ты всегда будешь поддерживать свои щиты, — продолжает он. — Ты не позволишь им найти тебя. Если ты это сделаешь, то поплатишься жизнью. Каждый жаждущий власти зверь в стране придет за тобой. Посадит на цепь. Будет разводить тебя, пока ты не умрешь. Ты понимаешь?
Его слова — жестокий удар под дых, и я склоняю голову, хотя бы для того, чтобы скрыть слезы стыда, которые теперь льются сами собой. Мои суженые никогда не смогут быть моими.
Ничто уже не будет прежним.
Глава 1
Аурелия
Сегодняшний день
За мной охотятся по меньшей мере три психопата-убийцы, а я могу думать только о еде.
У меня официально потёк чердак. Прямо как «Доктор, заприте меня в палате с мягкими стенами для потекших чердаком!». Я знала, что у меня надвигается психический срыв, и потребовалось всего лишь обвинить меня в убийстве моего новоиспеченного мужа и вынудить сбежать посреди ночи, чтобы окончательно лишить меня рассудка.
Я ненормальная.
Все это ненормально.
Мои нынешние ноги — жалкие палочки, но они справляются со своей задачей, медленно приближая меня к группе пожилых дам в модном кафе для завтрака.
Им только что принесли обеды.
Это туристический городок на побережье, и летние каникулы подходят к концу, поэтому все наслаждаются прогулками, пока могут. Знаю, что я должна была работать в этом кафе. Жить своей жизнью, свободная и беззаботная. В безопасности. Счастливая. Вместо этого я ростом около пятнадцати сантиметров и крадусь по земле, как преступник, которым я и являюсь.
Но сейчас мне на это наплевать, потому что я. Вижу. Их. Еду.
У одной — салат «Цезарь» с курицей, у второй — булочка с сыром и зеленым луком, а у третьей — самый аппетитный, сочный куриный бургер со всеми обычными начинками.
Динь, динь, динь. Победитель — я.
Дорогая Дикая богиня и все святые вместе взятые. Этот бургер мой.
Знаю, как это звучит, но на самом деле я не ела уже пять дней. Когда я покинула свое любимое бунгало посреди ночи на машине, под моим специальным восьмым щитом невидимости, у меня были наличные, телефон и потрепанная спортивная сумка с моими скудными пожитками.
Но меня нашли в первом же мотеле, в котором я остановилась. Не три психа, кое-кто похуже. И я даже не представляла, что кто-то может быть ещё хуже.
Это был заместитель директора Академии Анимус, которого власти, без сомнения, послали выследить бешеного преступника (меня). Обычно они посылают специальную группу захвата для охоты на бешеных или одичавших зверей, чтобы защитить человеческое сообщество, но, полагаю, Совет решил, что я особый случай и что им нужно прислать лучшего льва в штате. Специалиста, так сказать.
Лайла Пардалия.
Неподдельное изумление, отразившееся на его ангельском лице, когда я разбила вдребезги его планы, навсегда запечатлелось в моей памяти. Конечно, я была благодарна ему за то, что он расправился с подлой командой ищеек моего отца. Но вот, что я скажу: никто не может выступить против Королевской Кобры и выжить, чтобы бахвалиться после. Но когда я указала Лайлу на данный нюанс, он лишь усмехнулся и ответил, что у него с этим проблем не будет. Вот такой вот смертельно опасный охотник. Поэтому единственное, что я могла сделать, чтобы убежать от него — перекинуться и улететь, но это означало, что я должна была оставить все свои вещи на стоянке того мотеля.
  
У меня и так было мало денег, поэтому потеря всех сбережений стала настоящим ударом.