Двойняшки (не) для дракона (СИ)
— Это “случайный” ребёнок? — спросил доктор. Он сел на одну из скамей и скрестил пальцы. — Вы можете обратиться в компанию, которая организовала встречу с отцом детей и объяснить ситуацию. Они обеспечат вам встречу с ним. Здесь только переливание крови сможет помочь.
— А если их отец погиб? — спросила я осторожно.
— Папа не погиб, — дёрнула меня за юбку Лиз.
— Дети драконов чувствуют своего родителя, в таком возрасте — особенно хорошо. Но даже если нет доступа к отцу, у него должны быть какие-нибудь родственники. Любые. Данные обо всех драконах хранятся в общем реестре, компания обеспечит вам лечение, если оно вообще возможно.
— А если… — мой голос дрогнул, и я неловко прочистила горло. Потом села на застеленную полку, где ночевал прошлой ночью Ланс, и посадила Лиззи себе на колени. — Если я просто раздобуду кровь его отца?
Доктор, кажется, чуть не поперхнулся. Он кашлянул, моргнул, а потом покачал головой:
— Не знаю, как вы собираетесь выкачать из дракона нужное количество крови, но это не сработает. Необходимо прямое переливание, чтобы магическая сила не успела её покинуть. Это происходит быстро, буквально в течение пары минут. Если бы можно было её просто хранить, многие болезни драконов лечились бы гораздо проще.
— Значит, выбора нет, — тихо сказала я. — Нужно сообщать его отцу…
— И чем скорее, тем лучше.
* * *На следующий день к назначенному часу пришли почти все мужики деревни помогать отстраивать поместье. И хотя я ожидала подобного, всё равно была удивлена тем, насколько много с ними пришло жён. Они просто не могли оставить своих мужей без присмотра, когда на работе у них такой “прораб”. Задачей Марианны при этом было просто ходить вокруг со строгим видом и делать вид, что она что-то записывает в свой блокнот по поводу каждого рабочего.
Второй причиной появления женщин было то, что зимой в деревне не сильно много дел, и многие решили воспользоваться возможностью немного подзаработать, не сильно рассчитывая на собственных мужчин. Как объяснила матушка Олли, Такли из-за своей отдалённости давно находился в режиме самоуправления, в результате чего женщины обрели своего рода независимость и не стеснялись сами решать те или иные вопросы.
Сама ведьма пропала на весь день и вернулась только поздним вечером, чтобы оставить приобретённые вещички и заодно повертеть носом по поводу того, что салон требует уборки. Я не стала говорить, что ей бы порадоваться целостности помещения, ведь во многих комнатах первого этажа всё ещё были выбиты окна. В конце концов, пусть ворчит, лишь бы не начала настраивать людей против нас.
Тот факт, что Олли стала сотрудничать с нашей компанией стал решающим. Увидев, как она подписывает договор, люди начали шептаться, и скоро появились первые желающие принять наше предложение.
Всё пошло своим чередом. Гремальд с Лансом занимались поставками всего необходимого, включая продукты для местных, которые они потеряли из-за нашествия крыс. Хотя антидот, приготовленный доктором Керрилоном должен был защитить от дальнейших отравлений, многие продукты были попросту испорчены, а те, что остались целыми, многие отказывались употреблять в пищу из-за понятных опасений. Из Стендона в Такли ехали целые караваны саней с мебелью, постельным бельём, материалами для ремонта и даже стеклом для окон. Рабочие быстро разносили всё это добро по поместью, и изо дня в день оно становилось всё больше похоже на жилое помещение.
Через два дня мы все переместились в дом, где в отдельных спальнях уже можно было ночевать в тепле и не дышать при этом пылью. Марго и Майя контролировали всё, что касалось внешнего вида изнутри и снаружи, поэтому они часто пропадали в Стендоне вместе с Лансом, а когда возвращались, бегали по всему поместью и раздавали указания. Марианна при этом с умным видом стояла рядом.
На мне был общий контроль всего происходящего. Что бы где ни случилось, первым делом шли ко мне. Это было тяжело, особенно учитывая двух детей, которые почти постоянно были со мной, но у меня не было времени думать о том, скучно ли мне, трудно ли, да и двойняшки, судя по всему, были вполне довольны постоянными путешествиями через весь особняк.
Отдельным вопросом для нас с Эриданом была организация досуга гостей. Весь замысел проекта “Выше Звёзд” опирался на то, что вдали от цивилизации посетителям будет не только уютно и спокойно, но и интересно — если, конечно, они сами захотят этого. Мы много разговаривали с местными, составляли карты туристических маршрутов для разных времён года, ходили осматривать местные достопримечательности: места с особенно хорошими видами на обе стороны Амаранта, древние пещеры, вершины ближайших гор.
Ланс нашёл в одном из сараев большие санки, на которые легко было усадить обоих детей, и при каждой вылазке, если не с кем было оставить Лиззи и Раиля, я усаживала их на санки, а Эридан катил их вперёд, пока мы пробирались по маршрутам на широких деревянных снегоступах, чтобы проверить каждый из них лично.
Я невольно ловила себя на мысли, что дракон чувствует родственную связь, и потому ведет себя с детьми, как отец. И всё же боялась рассказать ему обо всём, как есть. Знала, что нет другого выхода. Что всё равно придётся. Но ждала чего-то.
Наверное, того, чтобы всё как-нибудь разрешилось само собой.
Рен всё больше где-то пропадал. С самого начала он вызвался поехать с нами, чтобы помочь с детьми, но после приключений с крысами я почти перестала его видеть. Я никогда не просила от него многого, и не рассчитывала, что он будет рядом постоянно, но в этот раз меня больно кольнуло то, что он сделал.
Всё началось с того, что утром третьего дня, после переезда в особняк, мы решили, что надо бы устроить банный день. Я велела заготовить дров и пошла в баню, чтобы проверить, что внутри не осталось ничего из личных вещей. Когда вошла, в бане было тепло, а внутри оказались Рен с Марианной. Та вскочила с полки, заматываясь в простыню, и последнее, что я успела увидеть — это испуг в глазах Рена.
После этого случая он просто собрал вещи и, ничего не говоря, покинул Такли, оставив и меня, и детей. В этом не было ничего особенного. Он имел на это право. Рен вообще был рядом только по собственной инициативе, и в первые дни действительно очень помог, за что я ему была благодарна. Но всё же…
В тот момент, наверное, для меня всё стало окончательно ясно. Сколько бы он ни предлагал мне выйти за него, оправдывая это предложение своей заботой о детях, в глубине души я надеялась, что он действительно хочет этого. И ждала момента, когда почувствую, что готова подпустить его ближе.
Но он не ждал. Конечно, это ведь было так очевидно! Он постоянно был в разъездах, постоянно давал концерты, был на виду и привлекал к себе внимание. Глупо было ожидать, что его слова о любви и преданности будут искренними.
И как бы я ни настраивала себя, что он ни в чём не виноват, мне было одновременно больно от всего, что случилось, и легче от того, что он покинул Такли.
— Мы должны поговорить, — сказала Марианна, после того как я разрешила ей войти в мою комнату. Это был тот же вечер, когда Рен отбыл в Стендон, и я не до конца успела прийти в себя. Чтобы отвлечься, полностью погрузилась в работу.
— Тише, — попросила я, кивнув в сторону кровати с зашторенным балдахином. — Дети спят.
— Да, прости, — прошептала Марго. Она тихо прикрыла за собой дверь и села на пустующий стул рядом со столом, за которым я вела записи о проделанной за день работе. — Всё ещё работаешь?
— Да, есть ещё пара дел, — ответила я, устало откладывая перо в сторону. Потёрла глаза. В тусклом свете свечи, что стояла на столе и плакала расплавленным воском, всё перед моим взором немного расплывалось. — Если ты хочешь поговорить, можем выйти куда-нибудь в другую комнату.
— Нет, здесь… в самый раз, — ответила Марианна. — По крайней мере, ты точно не будешь на меня кричать.
Я немного подобралась от этого замечания. Почему я должна на неё кричать? Обычно я решала проблемы без крика. Например, объявлением строгого выговора, за которым могло следовать и увольнение в случае злостного нарушения. Но пока что за Марианной не было замечено ничего подобного.