Хозяйка дома с секретом (СИ)
Доркен поскреб щеку с однодневной рыжей щетиной и сказал:
- Ну ты давай, говори, чего надо? У меня переговоры с делегацией водных драконов на востоке. Надо лететь, а они пунктуальные, аж воротит. Надо бы через час отправляться.
- Успеешь, - проговорил Кинариэль. – Надо обсудить вопрос.
Оборотень и дракон переглянулись, повисла секундная пауза, а потом оба грянула хохотом.
- Ты отделал девчонку? – прогоготал Доркен.
- Быстрый, какой, - поддакнул смеясь Руд. – Наперерез нам обоим кинулся.
Кинариэль мрачнел все больше, его глаза темнели, он молчал. И чем дольше он молчал, тем неуверенней становился смех друзей. Когда спустя минуту эльф так и не улыбнулся, они оба неловко замолчали.
- Кин, ты чего? – спросил Доркен. – Чего такое?
Уши эльфа дернулись, он выдержал небольшую паузу и в опустившейся тишине произнес равномерно спокойно:
- Друзья мои, я занимаюсь очень важной задачей, как вы помните. Ищу способ, как возродить магию в источнике на месте замка Эмрох.
- Не только ты этим занят, - заметил Руд. – Мы все в этом участвуем.
Кинариэль кивнул.
- Верно. Но ваши задачи больше касаются внешних вопросов. Я же непосредственно озадачен магическими задачами. В конце концов, у меня есть доступ к древним эльфийским библиотекам. При всем уважении, ни один из вас туда не пройдет.
Доркен сполз с подлокотника в кресло и сложил руки на груди.
- Так. И к чему ты ведешь?
- Мне попался в руки один манускрипт, - сказал Кинариэль. – Язык слишком древний, понимать его сложно. Но то, что я смог прочесть, очень впечатляет. Если я все правильно понял, то есть шанс, что возродить место мощи получится.
Доркен и Руд даже подались вперед, у оборотня загорелись глаза, а у дракона пламенно засияли волосы.
- Так чего ты молчал? – рыкнул Руд. – Рассказывай, что делать надо.
- Пока не могу сказать ничего определенного, - качая головой, отозвался Кинариэль. – Но очень прошу не мешать мне в процессе.
Руд оправдательно развел руками и сказал:
- Так мы разве мешаем? Мы же только «за». Давай, занимайся своей эльфийской магией, читай манускрипты, применяй. Мы только помочь. Да ведь, Доркен?
Оборотень посмотрел на дракона, тот охотно закивал.
- Естественно, - сообщил тот.
- Тогда не трогайте управляющую, - произнес эльф. – Это важно. Мне необходимо сконцентрироваться, а я не могу все время думать о том, как бы защитить ее от ваших безудержных стволов в штанах. У нас полно горничных, а в деревнях женщины только рады оказаться с вами в постели. Одна только просьба, не мешать работать Джослин и не мешать работать мне. Это выполнимая просьба?
Оборотень и дракон посмотрели друг на друга. Оба в мрачном недоумении. Не трудно догадаться, что каждый уже прикинул, сколько раз и в какой позе будет наслаждаться этой сладкой блондинкой, которая по необъяснимым причинам пахнет так одуряюще, что сносит крышу. А тут вдруг эльф заявляет, что трогать ее нельзя. И не просто нельзя, а нельзя в самом деле.
- Ты влюбился что ли? – вдруг спросил Руд. – Если влюбился, так и скажи. Чего городишь тут?
Лицо Кинариэля осталось невозмутимым и бесстрастным, Доркен пробормотал:
- Ну вот, теперь он «запустил эльфа». Не поймешь, что он там себе думает. Гляди на эту непроницаемую физиономию.
Кинариэль не повел и бровью, продолжая смотреть ровно и спокойно.
- Хоть ненадолго перестаньте думать, как звери. Я понимаю, это непросто. Ведь в каждом из вас зверь – это вторая натура. Но сейчас важно думать человечьей ипостасью. Мы ведь не просто так затеяли поиск магии в этом замке. У нас есть высшая цель. Надеюсь, все о ней помнят.
- Да помним мы, - рявкнул оборотень. – Чего ты нас как щенков отчитываешь.
- Я не отчитываю, - сообщил эльф. – Делать мне больше не чего. Я лишь объясняю ситуацию и довожу до сведения, что именно на данный момент необходимо для достижения этой самой высшей цели. По-моему, защита от орков с помощью магии источника, не такая плохая цель.
Доркен кивнул и проговорил:
- Кин, слушай, если то, что ты говоришь, действительно может помочь – не вопрос. Ну… как не вопрос. Конечно, вопрос, Руд прав, Джослин действительно пахнет так, что у меня член колом моментально встает, и не говори, что на тебя это не действует. Другой вопрос, что ты, из-за эльфийской породы можешь умело скрывать эмоции. Но если нужно, мы потерпим. Главное, ищи, что ты там нащупал.
- Я постараюсь, - проговорил Кинариэль. – Главное, не мешайте мне.
Когда она покинул кабинет, его лицо оставалось все таким же невозмутимым и спокойным, хотя внутри клокотал настоящий котел. Доркен и Руд правы, тысячу раз правы. Джослин обладает восхитительным запахом, манящим, соблазнительным, возбуждающим настолько, что теряется логика. Не удивительно, что энергопиявки в лету слетелись на нее, как пчелы на мед. Ему не надо было объяснять, что чувствовали его друзья. Он сам прекрасно это все испытал на себе.
Но оборотню и дракону сложней. Животное начало в них очень сильно и противиться естественному зову – почти непосильная задача. Ведь не просто так они подгребают под себя всех девушек, попадающихся на глаза.
А Джослин… Да, Джослин особенно лакомый кусочек, она так притягивает. Скольких усилий ему стоила сегодня ночью просто лежать рядом с ней, обнимать это мягкое, упругое тело, держать ее в руках, чувствовать сводящий с ума сладкий запах и… Ничего не делать. Он был вынужден собрать волю в кулак и держать член в штанах. Естественно, он встал, причем таким колом, что пришлось потом в ванной его пару раз разрядить. Искать девушек было некогда, да и все горничные уже по нескольку раз побывали под Доркеном и Рудом. Не то что бы Кинариэль брезговал, но иногда у него бывали дела поважнее. Легче быстро справиться самому, чем тратить кучу времени на простой «перепих».
В носу все еще стоял ее дразнящий запах. Это прекрасно. Если он все правильно понял, то Джослин крайне поможет ему с этим магическим замком.
Часть 17
Утром Джослин лежала на спине и пялилась в потолок над кроватью. Она никак не могла понять, что произошло, потому что прекрасно помнила, как засыпала вместе с эльфом, а проснулась уже одна. Постель была все еще теплой, но кроме нее в ней больше никого. И вот вопрос – эльф не пытался к ней приставать, потому что она ему не нравится? Или потому, что она распутная девка, которая целуется со всеми подряд, а потом сама вешается на шею? Или он вообще не собирался ничего такого делать?
Но тогда почему он с ней так нежен? Может она и не сильна в науках, да и в общении опыта у нее маловато. Но такие прикосновения трудно не понять. Он касался ее очень чувственно, очень мягко и бережно.
Нет, тут что-то другое. Но что?
После всего, что делали Руд и Доркен, Джослин даже немного терялась.
Хотя, кто знает, может для них это все норма вещей? В любом случае, ей пора выбираться из постели, потому что солнце уже встало и сегодня у нее целый день работы. Ведь Кинариэль позволил ей заняться свечным цехом. А это совсем не шутки. Да и вообще – дел в замке не переделать.
Приведя себя в порядок и совершив утренний туалет, она самостоятельно оделась (удивительно, что Пэгги сегодня не явилась ее будить) и спустилась в кухню. То, что гостиная сейчас не используется Джослин прекрасно помнила. И это один и пунктов, над которыми она собиралась потрудиться.
В кухне обнаружилась Пэгги. Она помогала кухарке с чисткой яблок.
- О, мисс Джослин, - обрадовалась горничная, - простите, что не помогла вам одеться. Тут привезли яблоки, надо срочно варить варенье, а у кухарок рук не хватает. Вот, помогаю. С пяти утра чистим. Знаете, если варить без кожуры, оно получается нежным, как пудинг.
- Знаю, - согласилась Джослин. Она сама прекрасно разбиралась в варке варенья. Сама каждое лето заготавливала по нескольку десятков крынок. – У нас есть пряности?