Семь возрастов смерти. Путешествие судмедэксперта по жизни

Обнаженная, она выглядела еще младше: маленькая грудь, узкая талия, почти без волос на теле. По ее худенькому детскому телу уже пошло трупное окоченение, но кожа еще сохранила розовый оттенок дешевой куклы или жертвы отравления угарным газом. Когда я провел вскрытие, внутри она оказалась не менее розовой. Не было никаких сомнений, что уровень насыщения крови угарным газом окажется высоким — даже взятый мной на токсикологический анализ образец крови был не типичного темно-красного цвета, а неестественного ярко-розового.
  
Чтобы убедиться в отсутствии каких-либо скрытых проблем, я тщательно исследовал, как обычно, все системы ее организма и внутренние органы. Взяв образец мочи из мочевого пузыря, я осмотрел ее матку.
Инспектор наклонился вперед. Он рассчитывал на беременность, которая, как он считал — не совсем понятно, почему, — еще больше подкрепила бы его теорию по поводу этих двух смертей.
 
У матки серебристо-коричневый цвет — прямо как у двустворчатых моллюсков, которыми облеплены прибрежные скалы.
 
Она гораздо компактнее такого моллюска — я мог бы обхватить ее большим и указательным пальцами, сложенными в кольцо, — и треугольной формой напоминает их раковину. На этом, правда, аналогия заканчивается, поскольку по твердости матка ничего общего с моллюсками не имеет, хоть и плотная. Плотнее, чем все мышцы ног, даже у самых больших любителей бега.
Вытянутый треугольник матки в организме перевернут. Его вершина, смотрящая вниз, — шейка матки. У рожавшей женщины ее длина может достигать трех сантиметров. Она связывает матку с влагалищем.
На первый взгляд полость внутри матки выглядит как узкая щель. Кажется, будто она окружена стенками из плотных мышц, но на самом деле выстлана слоем очень специфических клеток — эндометрием. Эти клетки растут и утолщаются в течение первой части менструального цикла, образуя мягкое мясистое ложе, пронизанное кровеносными сосудами, на случай, если там приземлится оплодотворенная яйцеклетка. Если же этого не произойдет, уровень гормонов упадет, оболочка разрушится, и наступит менструация.
Мышцы стенки матки играют очевидную роль во время родов, но на протяжении предшествующих девяти месяцев им приходится растягиваться и расслабляться. Это позволяет увеличивать размер полости, чтобы в ней помещался растущий плод, который в итоге превратится в младенца. Как же маленькая раковина может так легко стать баскетбольным мячом? А затем, после родов, вернуться, пусть и не совсем к прежнему размеру, но уж точно стать не больше теннисного мяча? Это лишь одно из многочисленных чудес беременности.
Другое чудо состоит в том, что организм матери допускает вторжение растущего эмбриона — по сути, инородное тело. В любых других обстоятельствах, если вы просто пересадите ткань от одного человека другому, иммунная система организма атакует и уничтожает ее. Вот почему хирургическая пересадка органов оказывается успешна лишь благодаря искусственному подавлению иммунитета путем приема специальных препаратов. Мне кажется удивительным, что организм матери почти никогда не отвергает эмбрион. Правда, к сожалению, бывают и исключения.
В верхней части матки фаллопиевы трубы выходят из центральной полости и устремляются к яичникам, но не по прямой линии, а по изящной кривой, словно повторяющей плавные изгибы скрипки. Эти трубки на самом деле не соединяются с яичниками. На их конце расположено множество маленьких отростков — окружая, они нависают над яичниками и, едва касаясь, словно поглаживают их. Изнутри фаллопиевы трубы и их отростки покрыты крошечными ресничками, которые перемещают яйцеклетку, высвобожденную яичниками, в фаллопиевы трубы. Вся эта система может показаться не особо надежной, но количество рождаемых ежегодно детей указывает на то, что чаще всего она успешно справляется со своей задачей. Впрочем, не всегда. Высвобожденные яйцеклетки могут так и не попасть в фаллопиеву трубу и угодить в брюшную полость, где они, подобно неиспользованным сперматозоидом, усваиваются и перерабатываются организмом.
Если сперматозоид окажется особенно шустрым или яйцеклетка задержится, ее оплодотворение может случиться еще до того, как она попадет в фаллопиеву трубу. В таком случае она просто продолжит свой путь и в итоге попадет на гостеприимную стенку матки. Иногда она может заблудиться, и тогда оплодотворенная яйцеклетка чаще всего все так же растворяется посреди брюшной полости. В очень редком же случае оплодотворенная яйцеклетка может вызвать достаточно сильную стимуляцию слизистой оболочки брюшины, яичника или даже кишечника, чтобы там образовались кровеносные сосуды, способные обеспечить ее необходимым количеством кислорода и питательных веществ. Беременность, таким образом, продолжается, хотя обычно и недолго, в крайне негостеприимном месте для растущего плода, угрожая жизни матери.
Чуть чаще оплодотворенная яйцеклетка застревает в самой фаллопиевой трубе, начиная там деление. Когда развитие плода происходит за пределами матки, такие беременности называют внематочными, и они очень быстро рискуют превратиться в серьезную проблему для матери. К счастью, в развитых странах их теперь довольно быстро диагностируют и устраняют, но во многих уголках мира подобная ошибка природы до сих пор может привести к смерти матери от кровопотери.
Яичники расположены слева и справа от верхней части матки, прямо на границе брюшной полости. Слово «полость» может вызвать ассоциацию с обширным пустым пространством, на самом же деле это совсем не так — она больше похожа на чемодан, под завязку забитый органами, мышцами, нервами и кровеносными сосудами. Ну и, конечно, десять метров кишечника тоже нужно куда-то уместить. Не считая пятнадцати сантиметров сверху и снизу, он весь располагается здесь. Один из существенных недостатков того, что яичники находятся внутри этого набитого чемодана, заключается в том, что рак яичников, этот тихий убийца пожилых женщин, способен, оставаясь незамеченным, разрастаться, беспрепятственно распространяясь по всей брюшной полости, откуда уже может быстро разойтись и по всему организму.
Подобно тому, как яичники хранят в себе яйцеклетки, яички служат хранилищем сперматозоидов. Они даже называются почти одинаково, правда, на этом сходство заканчивается. Женщина не способна вырабатывать новые яйцеклетки — она рождается с их пожизненным запасом, который постепенно скудеет. У плода женского пола количество яйцеклеток может достигать шести-семи миллионов, но к моменту рождения их остается всего миллион. Когда заканчивается половое созревание, их количество сокращается еще до четверти миллиона. И они могут ждать сорок, а порой и больше лет, прежде чем будут высвобождены. В то время как яички продолжают вырабатывать сперматозоиды на протяжении всей долгой репродуктивной жизни мужчины.
Каждая оставшаяся после полового созревания яйцеклетка окружена оболочкой, вместе с которой образует расположенный в яичнике фолликул. Вплоть до наступления менопаузы в ответ на колебания гормональных уровней примерно каждые 28 дней ровно в одном фолликуле созревает яйцеклетка. Когда она окончательно созревает, фолликул разрывается, высвобождая ее, чтобы она, даст бог, угодила в фаллопиеву трубу.
Яичники, в которых расположены эти драгоценные яйцеклетки, более красного цвета, чем матка, и размером они примерно с фундук. По мере старения женщины их поверхность становится все менее ровной. С каждым лопнувшим фолликулом они становится все более изрытыми шрамами — что, безусловно, совершенно не касалось относительно гладких, округлых яичников Амелии.
  
Судя по тому, как выглядела ее матка снаружи, она вряд ли была беременна.
У детективов вытянулись лица.
— Ну она не увеличена. А когда женщина беременна, ее матка становится как бы мягкой. В ней появляется много сосудов… Но давайте заглянем внутрь, — сказал я.
Я вскрыл матку. Невооруженным глазом точно не было видно плода. А в месте разреза, где он мог бы быть, отсутствовала типичная для беременности толстая сосудистая оболочка.