Первое правило волшебника
– Нам нужна комната. – Ричард понизил голос. – Там, на улице, остались двое наших друзей. Они ранены.
Толстяк перекатил во рту щепку и сложил руки на груди.
– Мне не нужны неприятности.
– Мне тоже, – с нескрываемой угрозой произнес Ричард.
Лысый окинул Ричарда критическим взглядом, задержавшись на мгновение на мече. Он посмотрел Ричарду в глаза:
– Сколько вам надо комнат? Трактир переполнен.
– Хватит и одной.
Из-за стола, стоявшего посреди зала, поднялся здоровенный детина. Из-под копны сальных рыжих волос смотрели желтые, близко посаженные глаза. Пышная борода насквозь пропиталась элем. Через плечо у него была перекинута волчья шкура. Ладонь покоилась на рукояти ножа.
– Дорогую же шлюху ты сюда притащил, приятель, – сказал рыжий. – Надеюсь, ты не станешь возражать, если мы придем к тебе в гости и пустим ее по кругу?
Ричард смерил рыжего взглядом. Он понял, что вызов может закончиться только дракой. Не сводя с рыжеволосого глаз, он медленно, очень медленно потянулся к мечу. Не успел он дотронуться до рукояти, как в нем вскипела ярость.
Сегодня он убьет человека.
И не одного.
Ричард мертвой хваткой сжал отделанный филигранью эфес. Пальцы побелели от напряжения. Кэлен настойчиво потянула его за рукав. Она тихо произнесла его имя, слегка повысив тон на конце слова. Так обычно говорила мать, когда хотела предупредить его о чем-то. Ричард бросил на нее быстрый взгляд. Кэлен одарила рыжеволосого приторной улыбкой.
– Ребятки, вы ошиблись, – хрипло сказала она. – Видите ли, у меня сегодня выходной. Я сама сняла его на ночь. – Она хлопнула Ричарда по заду. Сильно. Он был так ошеломлен, что застыл на месте. Не сводя с рыжеволосого глаз, она провела языком по губам. – Но если он не отработает заплаченных денег, тогда ты будешь первым, кого я кликну вместо него. – Она многообещающе улыбнулась.
Наступила томительная тишина. Ричард изо всех сил сдерживал желание обнажить меч. Затаив дыхание, он ждал реакции на слова Кэлен. Та все улыбалась рыжему такой улыбкой, которая только еще больше бесила Ричарда.
В глазах рыжеволосого решался вопрос: жизнь и смерть. Все замерли. По лицу верзилы расползлась широкая улыбка. Трактир наполнился смехом, свистом и одобрительными выкриками. Рыжий опустился на скамью. Возобновились прерванные разговоры. На Ричарда и Кэлен больше не обращали внимания. Ричард облегченно выдохнул. Трактирщик отвел их в сторону. Он с уважением посмотрел на Кэлен.
– Спасибо, сударыня. Я рад, что голова у вас быстрее, чем рука вашего друга. Может, это и не ахти какое заведение, но оно мое, и мне хотелось бы сохранить его в целости.
– Не за что, – ответила Кэлен. – У вас найдется для нас комната?
Трактирщик снова перекатил языком щепку.
– Наверху, справа по коридору, в самом конце, есть комната с засовом.
– Снаружи остались двое наших друзей, – сказал Ричард. – Мне понадобится помощь, чтобы отнести их наверх.
Трактирщик кивнул в сторону сидящего за столами сброда:
– Лучше, чтобы эти ребята не видели, что вы связаны ранеными товарищами. Поднимайтесь-ка лучше в комнату. Они все от вас этого ждут. Мой сын сейчас на кухне. Мы принесем ваших друзей по черной лестнице. Никто ничего не узнает. – Ричарду это предложение пришлось явно не по душе. – Придется тебе, приятель, мне довериться, – тихо добавил трактирщик, – иначе твои друзья могут пострадать. Кстати, меня зовут Билл.
Ричард взглянул на Кэлен. Ее лицо было непроницаемо. Он встретился глазами с трактирщиком. Этот человек казался суровым и упрямым, но он не выглядел хитрецом. И все же на карту поставлена жизнь его друзей. Ричард постарался убрать угрожающие нотки.
– Ладно, Билл. Мы сделаем, как ты предлагаешь.
Билл слегка улыбнулся и кивнул, перекатив щепку в другой угол рта.
Ричард и Кэлен поднялись в комнату и стали ждать. Из-за низкого потолка комната казалась очень неуютной. Стол, кровать, заплеванные стены, чадящая лампа. Ни одного окна. Отвратительная вонь. Кэлен опустилась на кровать. Ричард принялся мерить комнату шагами. Глядя на него, Кэлен почувствовала себя неуютно. Наконец Ричард подошел к ней.
– Я не могу поверить в то, что ты это сделала.
Она поднялась и посмотрела ему в глаза:
– Главное – результат, Ричард. Если бы я не вмешалась, ты подверг бы себя опасности. Из-за пустяка.
– Но эти люди подумают…
– Тебя беспокоит, что они подумают?
– Нет… но… – Он почувствовал, что краснеет.
– Я поклялась отдать жизнь в защиту Искателя. И я пойду на все, чтобы защитить тебя. – Она многозначительно посмотрела на него, приподняв бровь. – На все.
Совершенно растерянный, он искал способ высказать возмущение. Но в то же время ему не хотелось, чтобы это выглядело так, будто он на нее злится. Ричард стоял на краю пропасти. Одно неверное слово, и он шагнет через край. И было мучительно трудно вернуться. Он все еще чувствовал, как кровь стучит в висках, призывая к насилию. Трудно было понять, каким образом ярость затмила ему разум, еще труднее было объяснить это Кэлен. И все же, глядя в ее зеленые глаза, он почувствовал, как гнев стихает.
– Ричард, ты должен помнить о том, что надлежит.
– Не понял?
– Даркен Рал. Вот что должно тебя беспокоить. Те люди, внизу, нас не касаются. Мы должны просто пройти мимо них. Не более того. Не заботься о них. Не стоит. Направь все силы на наше дело.
Он глубоко вздохнул и кивнул:
– Ты права. Прости меня. Ты совершила смелый поступок, хотя мне это и не понравилось.
Она обняла Ричарда и положила голову ему на грудь. В дверь тихонько постучали. Убедившись, что это Билл, Ричард отодвинул засов. Трактирщик с сыном внесли Чейза и бережно опустили его на пол. Когда сын, долговязый юнец, увидел Кэлен, он вдруг почувствовал, что безнадежно влюбился. Хоть Ричард и понимал его, он все же не мог этого одобрить.
– Это мой сын, Рэнди. – Билл ткнул в него пальцем.
Рэнди как завороженный уставился на Кэлен. Билл повернулся к Ричарду, отирая лысину той самой грязной тряпкой, которая болталась у него на плече. Изо рта трактирщика все еще торчала щепка.
– Ты не сказал, что твой друг – Делл Брендстон.
– В чем проблема? – К Ричарду вернулась былая подозрительность.
Билл улыбнулся:
– Не во мне. У нас со стражем границы были кое-какие разногласия, но он честный человек. Он не доставляет мне неприятностей. Иногда останавливается здесь, когда приезжает по делу. Но если те парни, внизу, узнают, что он здесь, то разорвут его в клочья.
– Попробуют разорвать… – поправил Ричард.
Билл хмыкнул:
– Мы принесем второго.
Как только они вышли, Ричард протянул Кэлен две серебряные монеты.
– Когда они вернутся, дай одну мальчишке и попроси его отвести наших лошадей на конюшню и как следует за ними присмотреть. Скажи, что если ночью он их постережет, а к рассвету приготовит в путь, ты прибавишь еще одну.
– А почему ты думаешь, что он согласится?
Ричард усмехнулся:
– Не волнуйся, если ты попросишь – согласится. Просто улыбнись.
Вернулся Билл, неся в могучих руках Зедда. Рэнди шел следом, волоча дорожные мешки. Билл осторожно опустил старика на пол рядом с Чейзом. Он глянул на Ричарда из-под косматых бровей и повернулся к сыну:
– Рэнди, принеси даме таз и кувшин с водой. Да полотенце. Чистое полотенце. Она, должно быть, хочет умыться.
Рэнди попятился, улыбаясь и путаясь в собственных ногах. Билл посмотрел ему вслед и повернулся к Ричарду. Он долго разглядывал гостя, даже вынул изо рта щепку.
– Эти двое очень плохи. Не стану спрашивать, что с ними приключилось, парень с головой не стал бы рассказывать, а ты, я думаю, парень с головой. У нас тут нет лекаря, но поблизости есть кое-кто, кто сможет помочь. Это Эди. Ее прозвали костяной женщиной. Многие ее боятся. Те, внизу, и близко бы к ней не подошли.
Ричард вспомнил, что Чейз назвал Эди другом. Он нахмурился:
– Почему?