Первое правило волшебника

Девушка спокойно выдержала его взгляд.
– Продолжать путь.
Ричард молча смотрел на нее, не зная, что ответить. Завывания слышались все ближе и ближе. Лицо Кэлен оставалось столь же бесстрастным.
– Ричард, Чейз занимается этим всю жизнь. С ним все будет в порядке, – обнадеживающе сказал Зедд. – Я не удивлюсь, если узнаю, что подобные приключения даже забавляют его. Будет потом что порассказать. Ты же знаешь Чейза. Кое-что в его байках может даже оказаться правдой.
Ричард был зол и на них, и на себя. Он пришпорил коня и вырвался вперед, не желая продолжать бесполезный разговор. Друзья не стали останавливать его. Ричард целиком погрузился в свои мысли. Его бесило, что Кэлен могла подумать, будто, угрожай ей опасность, он смог бы бросить ее. Она не страж границы. Ему не нравилось, что кто-то мог заплатить за их спасение собственной жизнью. Это не имеет смысла. По крайней мере ему не хотелось, чтобы это имело смысл.
Он старался не обращать внимания на вой и визг, доносившиеся из чащи. Вопли начали удаляться и вскоре остались далеко позади. Лес казался полностью вымершим: ни птицы, ни зайца, ни даже мыши. Только корявые деревья, кусты ежевики и неясные тени. Ричард постоянно прислушивался к стуку копыт, проверяя, не отстали ли Зедд и Кэлен. Не хотелось оглядываться, не хотелось видеть их лица. Внезапно он осознал, что крики стихли. Что бы это могло значить? К добру ли это?
Ричарду захотелось сказать друзьям, что он виноват, что он просто беспокоился за Чейза, но он не мог этого сделать и чувствовал себя совсем беспомощным. «С Чейзом все будет в порядке, – твердо сказал он себе. – Чейз – главный страж границы, не дурак и не станет связываться с тем, с чем ему не справиться». Интересно, существует ли в мире что-нибудь такое, с чем Чейзу не справиться? И как он, Ричард, посмотрит Эмме в глаза, если с ее мужем все же что-то случится?
Не вовремя он дал волю своему воображению. С Чейзом все в порядке. Да он просто в ярость придет, если узнает, что Ричард мог такое о нем подумать, что он, хотя бы на мгновение, позволил себе усомниться в друге.
Интересно, вернется Чейз до заката или нет, и как быть, если он все же не появится? Останавливаться на ночлег? Нет. Чейз не велел останавливаться. Если понадобится, они будут скакать всю ночь, пока Чейз не догонит их. Ричарду казалось, что горы угрожающе нависли над ними, готовые в любой момент обрушиться. Ему никогда раньше не случалось подходить так близко к границе.
Пока мысли его были заняты Чейзом, Ричард немного успокоился. Гнев остыл. Он обернулся к Кэлен. Та приветливо улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ. Теперь он чувствовал себя лучше. Ричард попытался представить, как выглядели эти леса раньше, пока змеиная лоза не погубила столько деревьев. Наверное, это было прекрасное место: уютное, зеленое, безопасное. Может быть, здесь проезжал отец, возвращаясь из Срединных Земель. Скакал по этой самой тропе, а к седлу у него была приторочена Книга.
Интересно, что творилось возле второй границы перед тем, как она пала? Тоже гибли деревья? Может, лучше всего попросту дождаться, пока падет и эта, и спокойно перейти на другую сторону? Стоит ли отклоняться так далеко к югу? Но почему он думает, что дорога на юг – это крюк в сторону? Ведь он не знает, в какой части Срединных Земель укрыта последняя шкатулка Одена. А шкатулка с таким же успехом может оказаться как на севере, так и на юге.
Лес становился все мрачнее. Последние два часа Ричард сквозь густые кроны не видел солнца, но оно, вне всяких сомнений, уже клонилось к горизонту. Ему вовсе не улыбалось путешествовать в темноте по этому гиблому лесу, но останавливаться здесь на ночлег хотелось еще меньше. Ричард поехал помедленнее, не желая сильно отрываться от друзей.
В предвечерней тишине послышалось едва различимое журчание воды. Вскоре путники подъехали к небольшой речушке, через которую был перекинут деревянный мост. Ричард остановился. Вид моста вызывал странное ощущение: казалось, он таит в себе непонятную угрозу. Осторожность не повредит. Он направил коня к воде и заглянул под мост. Балки крепились к гранитным опорам железными кольцами. Штыри, на которых висели кольца, исчезли.
– Кто-то здесь хорошо поработал. Человека мост еще выдержит, но коня – нет. Боюсь, нам придется помокнуть.
– Что-то мне не хочется мокнуть, – капризно сказал Зедд.
– У тебя есть другие предложения? – поинтересовался Ричард.
Зедд провел пальцами по щекам.
– Да, – объявил он. – Вы перейдете, а я подержу мост.
Ричард посмотрел на волшебника, как на умалишенного.
– Идите, все будет в порядке.
Зедд выпрямился в седле, простер руки ладонями кверху, запрокинул голову, глубоко вздохнул и закрыл глаза. Нехотя, с опаской Ричард и Кэлен ступили на деревянный настил. Спустившись на другой берег, они развернули коней и оглянулись. Конь волшебника сам пошел вперед. Всадник все так же прямо сидел в седле, распростерши руки, запрокинув голову, сомкнув веки. Поравнявшись со своими спутниками, он опустил руки и раскрыл глаза. Те изумленно воззрились на волшебника.
– Может, я ошибся, – пробормотал наконец Ричард. – Может, мост бы и выдержал.
– Может, и ошибся, – улыбнулся Зедд и, не оглядываясь, щелкнул пальцами. Мост с треском рухнул в воду. Бревна жалобно заскрипели, уносимые течением.
– А может, и нет. Во всяком случае, оставлять его в таком виде опасно. Еще провалится кто-нибудь.
Ричард покачал головой.
– Когда-нибудь, друг мой, мы сядем и обо всем поговорим.
Он развернул коня и тронулся в путь. Зедд, взглянув на Кэлен, молча пожал плечами. Та улыбнулась волшебнику, повернулась и последовала за Ричардом.
Они скакали по Сокольничьей тропе, зорко всматриваясь в глухие дебри. Ричард гадал, на что еще способен старый волшебник. Он предоставил лошади самой выбирать дорогу в темноте. Порой ему начинало казаться, что они едут уже целую вечность. Интересно, настанет ли когда-нибудь конец этому гиблому лесу? С приходом ночи в чаще пробудилась жизнь. Все вокруг наполнилось неясными шорохами и звуками. Конь под Ричардом испуганно всхрапнул. Всадник успокаивающе потрепал его по холке и взглянул наверх, ожидая увидеть гаров. Бесполезно. Густые кроны деревьев полностью заслоняли небо. Но если гары все-таки вздумают напасть, им придется немало потрудиться, чтобы застигнуть путешественников врасплох: мертвые стволы и сухие ветви помешают приблизиться бесшумно. Хотя, может статься, в ветвях затаились твари и пострашнее гаров. Ричард ничего не знал об обитателях приграничных лесов, но не испытывал особого желания познакомиться с ними поближе. Сердце бешено стучало у него в груди.
Так прошел еще час. Внезапно слева от тропы послышался треск. Кто-то продирался сквозь заросли, ломая на ходу кустарник. Ричард пустил коня в галоп и оглянулся на друзей. Зедд и Кэлен скакали за ним. Кто бы это ни был, зверь или человек, но он не отставал. Оторваться от погони не удавалось. Таинственный преследователь двинулся наперерез. «Может, это Чейз, – подумал Ричард. – А может, и нет».
Он выхватил из ножен Меч Истины, весь подобрался, подался вперед и пришпорил коня, оставив своих спутников далеко позади. Впрочем, сейчас Ричард о них не думал. Он прилагал все усилия, чтобы разглядеть в густой темноте того, кто преградил им дорогу. Конь стрелой летел по темной тропе. Ярость Искателя сменилась пылким нетерпением. Выставив подбородок, он мчался вперед, готовый биться не на жизнь, а на смерть. Стук копыт заглушал лесные шорохи, но Ричард знал, что неизвестный все еще там, что он приближается.
Наконец он заметил ярдах в десяти от себя черный силуэт, скользящий на фоне едва различимых деревьев. Искатель поднял меч и кинулся на врага, весь в ожидании грядущей схватки. Неизвестный застыл на месте.
В последний миг Ричард успел разглядеть, что перед ним Чейз. Страж границы предостерегающе поднял тяжелую булаву.
– Рад убедиться, что ты настороже, – вместо приветствия сказал Чейз.