Первое правило волшебника
Зедд знал, что необычайно сложные узоры должны быть выполнены в надлежащем порядке и без единой ошибки. Каждая линия – в должное время. Магическую фигуру нельзя ни подправить, ни стереть, ни начать заново. Любая оплошность означает смерть.
Зедд знавал волшебников, которые годами изучали тайные символы, но так и не отваживались начертать их на магическом песке. Рал, казалось, не испытывал никакой тревоги. Рука его была тверда, движения точны. Зедд еще никогда не встречал волшебника, обладавшего таким даром. «По крайней мере, – с горечью подумал старик, – нас победил наилучший». Он не мог не восхищаться Даркеном Ралом. Никогда прежде Зедд не был свидетелем подобного совершенства.
Книга Сочтенных Теней утверждала, что претендент может открыть шкатулку в любой момент. Но для того чтобы определить нужную шкатулку, требуется безошибочно начертать сложнейшее переплетение магических фигур. Тот, кто вступил в игру, должен проявить все свои таланты. Зедд прочел много тайных книг и знал, что такова мера предосторожности против случайного невежды. Не будь этого, любой, прочитав Книгу Сочтенных Теней, смог бы без особого труда сделаться властелином мира. И тогда судьба всех живущих оказалась бы куда печальнее. Лишь посвященному дозволено управлять людьми. Сам Зедд, долгие годы посвятивший изучению магического искусства, не обладал должными познаниями. Очевидно, Даркен Рал всю жизнь ждал этого мгновения и готовился к нему. Сначала под руководством отца, а после – своими силами. Зедд пожалел было, что волшебный огонь, уничтоживший Паниза, не спалил заодно и наследника Дома Ралов, но по размышлении счел подобную мысль недостойной.
Всю долгую зимнюю ночь Даркен Рал провел за работой. К рассвету весь песок был покрыт таинственными знаками. Пришла пора положить туда шкатулки, каждую – в надлежащее место, дабы они вместили в себя великую мощь древней магии. Настал второй день зимы. С первыми лучами солнца Рал вновь перенес шкатулки Одена на алтарь. Старый волшебник с изумлением отметил, что теперь они отбрасывают тени совсем в другом количестве. Свойства шкатулок изменились. «Еще одна мера предосторожности», – понял Зедд. Следуя указаниям тайной Книги, Даркен Рал первой слева поставил шкатулку с одной тенью, второй – с двумя тенями, и последней – с тремя.
– Продолжай, – приказал он, пожирая взглядом непроницаемо черные поверхности.
Не колеблясь ни минуты, Ричард произнес следующий абзац:
– «Если ты должным образом следовал каждому слову сей Книги Тайн и верно исполнил все указания, ты достоин награды. Магия Одена готова покориться победителю. Итак, распоряжайся ею, как сочтешь нужным. Помни: одной тени недостаточно, дабы поддержать жизнь играющего, три тени – больше, нежели могут вынести все живущие. Равновесие – посредине: одна тень – за тебя и одна – за мир, которым ты будешь править властью Одена. Две тени означают единый мир под единой властью. Открыв должную шкатулку, ты обретешь награду».
Даркен Рал медленно повернулся к Ричарду:
– Дальше.
Тот растерянно мигнул:
– «Правь по своему выбору».Это конец.
– Должно быть что-то еще.
– Нет, магистр Рал. «Правь по своему выбору».Это конец, последние слова.
Рал схватил Ричарда за горло.
– Ты выучил ее всю? Всю Книгу?
– Да, магистр Рал.
Рал побагровел.
– Ты лжешь! Шкатулка с двумя тенями несет смерть проигравшему! Я предупреждал тебя, что по крайней мере это мне известно!
– Я не лгу. Каждое слово, произнесенное мною, – правда. До последней буквы!
Даркен Рал разжал руки.
– Я не верю тебе. – Он кинул взгляд на Майкла: – Перережь ей горло!
Ричард упал на колени.
– Пожалуйста! Ты обещал! Ты сказал: если я сделаю, как ты велишь, ты не причинишь ей зла! Пожалуйста! Я сказал правду!
Не сводя испытующего взора с лица Ричарда, Рал остановил Майкла небрежным взмахом руки.
– Я тебе не верю. Если ты немедленно не скажешь все как есть, я убью твою госпожу.
– Нет! – испуганно вскричал Ричард. – Я сказал правду! Я не могу ничего изменить, это будет обман!
– Последний шанс, Ричард. Выбирай: или ты скажешь правду, или она умрет.
– Я не могу больше ничего сказать, – рыдал Ричард. – Это будет ложью! Клянусь, магистр Рал, я говорил правду, и только правду!
Зедд поднялся на ноги. Он медленно оторвал взгляд от стального клинка, приставленного к горлу Кэлен, от широко раскрытых зеленых глаз Матери-Исповедницы и посмотрел на Даркена Рала. Очевидно, тот почерпнул какие-то обрывочные сведения из другого источника тайных знаний. Сведения, противоречившие тому, о чем говорилось в Книге Сочтенных Теней. С подобными несовпадениями рано или поздно приходилось сталкиваться любому волшебнику, и того, кто познал искусство магии, этим не удивишь. Согласно неписаному закону, предпочтение в таких случаях оказывалось Книге, посвященной данному вопросу. Попытки поступить иначе всегда влекли за собой роковой исход. В душе Зедда пробудилась безумная надежда. Что, если Рал не осведомлен на этот счет, и невежество погубит его?
На лице Даркена Рала снова появилась улыбка. Он лизнул кончики пальцев и провел ими по бровям.
– Ладно, Ричард. Довольно. Я просто должен был убедиться, что ты не солгал.
– Нет, магистр Рал! Клянусь жизнью госпожи Кэлен, каждое сказанное мной слово – правда.
Даркен Рал кивнул и сделал знак Майклу. Тот послушно опустил нож. Кэлен бессильно закрыла глаза. По щекам ее бежали слезы. Рал повернулся к шкатулкам и вздохнул, глубоко и удовлетворенно.
– Наконец-то, – прошептал он. – Магия Одена – моя.
Зедд не мог ничего разглядеть за спиной Рала, но знал, что тот поднял крышку на средней шкатулке. Старый волшебник мог судить об этом по заигравшим вокруг ярким бликам. Золотистый свет, казавшийся густым и неимоверно тяжелым, нехотя поднялся из шкатулки, завис над магистром Ралом и окутал его золотым сиянием. Рал повернулся. На лице его играла блаженная улыбка. Он слегка приподнялся над землей, распростер руки и величаво поплыл к центру песчаного круга. Мерцающее облако следовало за ним, повторяя каждое движение нового властелина мира. Когда Рал остановился, облако стало медленно вращаться вокруг него.
– Благодарю тебя, сын мой, – торжественно произнес Даркен Рал, обращаясь к Ричарду. – Благодарю за то, что вернулся и помог отцу Ралу. Ты получишь награду: я умею держать слово. Сегодня, сынок, ты вручил мне ключи от мира. Отныне он мой. Я чувствую эту власть всем своим существом. О, Ричард, ты и представить себе не можешь, насколько это чудесно!
Ричард никак не отреагировал на благодарственную речь. Взгляд его казался пустым и бессмысленным. Зедд опустился на землю. Все кончено. Неужели Ричард не понимает, что натворил? Как мог Искатель Истины отдать магию Одена Даркену Ралу? Позволить ему править миром? А вот как: Ричарда коснулась Исповедница. Тут нет его вины. Он утратил волю, а Кэлен была лишена возможности приказать ему. Злость прошла. Старый волшебник простил Ричарда.
Если бы у Зедда сохранилась магическая сила, он не колеблясь вдохнул бы свою жизнь в волшебный огонь. Но здесь, во владениях Даркена Рала, он был беспомощен. На него навалилась безмерная усталость. Сейчас, как никогда прежде, Зедд чувствовал себя немощным и старым. Он знал, что уже не успеет сильнее состариться. Но не из-за себя горевал волшебник. Душа его болела за всех невинных.
Омытый золотым сиянием Рал плавно поднялся еще на несколько футов. По лицу его блуждала счастливая улыбка, в глазах светилось торжество. Он в экстазе опустил веки и запрокинул голову. Искрящееся золотое облако медленно вращалось вокруг властелина мира.
Между тем магический песок менял окраску. Сделавшись золотистым, он продолжал темнеть, пока не обрел цвет жженого сахара. Сияние, окружавшее Даркена Рала, приняло янтарный оттенок. Рал открыл глаза. Улыбка его увяла.
Песок покрылся черной рябью. Земля задрожала.
Ричард с победным видом направился к Мечу Истины. Он прошел несколько шагов и подобрал волшебное оружие. Таившийся в клинке гнев магии мощным потоком устремился ему в жилы, зажегся в глазах. Зедд поднялся. Облако, окутавшее Рала, стало безобразно коричневым. Голубые глаза магистра изумленно раскрылись.