Первое правило волшебника
– Границы – часть подземного мира. Владения смерти. Магия впустила их в наш мир, чтобы разделить три страны. Это нечто вроде завесы. Щель в мире живых.
– Ты хочешь сказать, что, когда заходишь за границу, ты как бы проваливаешься в другой мир? В царство мертвых?
– Нет! – Кэлен отрицательно покачала головой. – Нет. Мир живых и мир мертвых существуют там одновременно. Чтобы миновать границу, нужно приблизительно два дня пути. Но когда идешь там, то проходишь и через подземный мир. Это пустыня. Когда живой идет сквозь царство мертвых, он касается смерти. Поэтому никто не в состоянии пересечь границу. Нельзя вернуться из смерти в жизнь.
– А как же ты?
Она неотрывно глядела на пляшущие язычки пламени.
– С помощью магии. Когда-то с ее помощью воздвигли границу, и волшебники, поразмыслив, решили, что смогут переправить меня с помощью чар. Это оказалось для них тяжелой задачей. Они столкнулись с вещами, им не вполне понятными, с опасными вещами. Не они наколдовали границу, и потому нельзя было с уверенностью полагаться на их заклинания. Никто из нас не знал, чего ожидать. – Ее голос ослаб и звучал как будто издалека. – Я прошла через границу, но, боюсь, мне от нее никогда не уйти.
Ричард завороженно внимал каждому слову. Страшно представить, с чем ей довелось встретиться, когда она шла сквозь владения смерти. Пусть даже ее вела магия, все равно. В ее глазах застыли страдание и страх. Того, что ей довелось увидеть, не видел никто из живущих.
– Кэлен, расскажи мне, что там было, – прошептал он.
Она снова перевела взгляд на огонь. Лицо ее обрело пепельно-серый оттенок, нижняя губа задрожала, и глаза наполнились слезами, отражавшими неровные отблески пламени. Но она уже не видела ничего перед собой.
– Сначала, – сказала она откуда-то издалека, – я шла через слои холодного огня. Такие полосы мерцают морозными ночами на северном небе. – Она тяжело дышала. – Внутри – непроглядная тьма… Нет, хуже, чем тьма. – Ее зрачки расширились. – Там… кто-то есть, – простонала Кэлен.
Она повернулась к Ричарду в полной растерянности, не понимая, где находится. В ее глазах застыла боль, и боль эту вызвал он, Ричард, своими настойчивыми расспросами. Ему стало страшно. Кэлен поднесла руки к лицу, не в силах сдержать рыданий. Она закрыла глаза и жалобно вскрикнула.
У Ричарда мурашки пробежали по коже.
– Мама… мамочка, – всхлипывала она, – я так давно не видела ее… И… моя дорогая сестра… Денни!.. Денни!.. Мне так страшно… так одиноко… – Кэлен начала задыхаться.
Ричард понял, что теряет ее. Могущественные духи подземного мира не хотели ее отпускать, тянули назад, топили в воспоминаниях. Вне себя от ужаса он обнял ее за плечи и развернул лицом к себе.
– Посмотри на меня, Кэлен! Посмотри на меня!
– Денни… – Она попыталась освободиться.
– Кэлен!
– Мне так одиноко… и страшно…
– Кэлен! Я здесь! Я с тобой! Ну посмотри же на меня!
Кэлен всю трясло, дыхание становилось все более прерывистым. Она открыла глаза, но смотрела сквозь Ричарда куда-то в пространство.
– Ты не одинока, Кэлен! Я с тобой, я не оставлю тебя!
– Я так одинока, – испуганно повторяла она.
Ричард встряхнул ее в тщетной попытке вернуть к жизни. Кэлен уходила от него. Кожа ее стала совсем бледной, руки холодели. Она с трудом дышала.
– Я рядом! Ты не одна! – Он отчаянно встряхнул ее еще раз, но напрасно. Ричард чувствовал, что теряет ее, и его обуяла паника. Осталось испробовать самое последнее средство. Еще в детстве Ричард научился управлять собой при столкновении с опасностью. Он должен сделать это сейчас. Может быть, ему удастся передать ей немного своей энергии. Ричард закрыл глаза и постарался загнать страх за перегородку, перекрыть дорогу панике и найти в себе спокойствие. Он не отдаст Кэлен духам подземного мира.
– Кэлен, – ровным голосом позвал он, – позволь мне помочь тебе. Ты не одинока. Я здесь. Я с тобой. Позволь мне помочь тебе. Возьми и прими мою силу.
Он крепко сдавил ее плечи. Кэлен сотрясалась в рыданиях. Ричард мысленно направил ей свою силу. Он отчетливо представил себе, как эта сила течет по его рукам, доходит до плеч Кэлен, вливается в нее, поднимается к голове и тянет ее назад, прочь от непроглядной тьмы. Он ощущал себя искрой света в черной ночи, путеводной звездой, указывающей дорогу назад, к миру живых.
– Кэлен, я здесь, я не оставлю тебя. Ты не одинока. Я твой друг. Доверься мне, Кэлен. Вернись ко мне. Пожалуйста.
Он представил себе ярко-белый сноп света в надежде, что это ей поможет.
– Добрые духи, прошу вас, помогите мне, – молил он. – Пусть она увидит свет. Пусть он ей поможет. Пусть она возьмет мою силу.
– Ричард? – позвала она откуда-то издалека.
Он вновь стиснул ее плечи.
– Я здесь. Я не оставлю тебя. Вернись, Кэлен, вернись ко мне.
Кэлен глубоко вздохнула. Взор ее сделался осмысленным. Она увидела Ричарда и расплакалась. Но это уже были не отчаянные, судорожные всхлипывания. Самые обыкновенные слезы уносили с собой остатки кошмара. Кэлен крепко сжала его руку и не отпускала ее. Так тонущий цепляется за неподвижную скалу посреди бурлящего потока. Ричард ласково прижимал ее к себе и повторял, что все хорошо, все в порядке, он здесь, рядом, и никогда ее не покинет. Он уже не чаял вызволить Кэлен из царства смерти и теперь не мог нарадоваться ее возвращению.
Ричард приподнял упавшее одеяло и укутал в него Кэлен. Она начала понемногу согреваться – еще один признак того, что опасность миновала. Но Ричарда беспокоило, насколько быстро затянул ее подземный мир. Что-то тут не так. Он не знал, как ему удалось вернуть Кэлен к жизни, но одно несомненно – это произошло очень не скоро.
Наступившую тишину нарушало только мирное потрескивание хвороста. Костер освещал все мягким красноватым светом, и сосновый шатер казался тихой безопасной гаванью. «Иллюзия», – подумал Ричард. Он нежно гладил густые волосы Кэлен, успокаивал и баюкал ее, как ребенка. Кэлен доверчиво прильнула к нему, и внезапно он понял, что ее давно уже никто не утешал.
Ричард ничего не знал о волшебниках и волшебстве, но он не сомневался, что никто не рискнул бы отправить Кэлен в Вестландию через подземный мир, не будь на то очень веской причины. «Что же это за причина?» – гадал Ричард.
Кэлен вытерла слезы и смущенно отстранилась от него.
– Прости, пожалуйста. Мне не следовало бросаться тебе на шею. Я…
– Не беспокойся, Кэлен, все нормально. Друзья на то и существуют, чтобы подставить плечо, на котором можно выплакаться.
Она кивнула, не поднимая глаз. Ричард вернулся к обязанностям хозяина. Он снял котелок с огня и отставил в сторону – остудить. Все время, пока Ричард возился с супом, он чувствовал на себе ее взгляд. Он подбросил в огонь еще одну деревяшку, и сноп искр поднялся в воздух.
– Как ты это делаешь? – тихо спросила она.
– Что делаю? – не понял Ричард.
– Как тебе удается задавать вопросы, которые вызывают в мозгу картинки? Вопросы, на которые я не могу не ответить, даже если это не входит в мои намерения?
Ричард озадаченно пожал плечами.
– Вот и Зедд меня всегда о том же спрашивает. Не знаю. Думаю, это у меня от рождения. Временами мне кажется, что это проклятие. – Он оторвал взгляд от огня и посмотрел на Кэлен: – Извини, что задал тебе этот вопрос. Ну, о том, что там творилось. Это было глупо с моей стороны. Знаешь, я не всегда могу сдержать любопытство. Прости меня, Кэлен. Я причинил тебе боль. Тебя потянуло обратно, в царство мертвых? Но ведь этого не должно было случиться?
– Нет, не должно. Странное впечатление: меня там будто кто-то поджидал, чтобы затащить обратно. Если бы не ты, я бы заблудилась и не смогла вернуться в мир живых. Но я увидела свет в темноте. Ты что-то сделал и вывел меня из лабиринта.
Ричард задумчиво потянулся за ложкой.
– Не знаю, может, я просто был с тобой.
– Может, и так, – пожала плечами Кэлен.
– Ложка одна. Придется нам есть по очереди. – Ричард зачерпнул суп и подул, чтобы не обжечься. – Не лучшее, что я мог состряпать, но лучше, чем ничего. – Кэлен улыбнулась. Он протянул ей ложку. – Кэлен, если тебе понадобится помощь в схватке со следующим кводом, я всегда к твоим услугам. Только вот, чтобы выжить, мне нужны ответы. Боюсь, у нас не так много времени.