Специалист по нечисти (СИ)

Вот что будет, если не получится? Все-таки, ранение серьезное, да и по всем ощущениям, прошло достаточно времени. Много крови потеряла и все такое. К слову, кровь была нормальная, красная. Вот тебе и «мертвые девки», как выражался бес.
Я еще раз глубоко вдохнул, словно тяжелоатлет перед подходом и положил руки на раны. И сразу почувствовал чужой хист. Нечисть была молодая, всего с двумя рубцами. Больше того, промысла в ней осталось совсем чуть-чуть, буквально на донышке. Основную часть русалка, по всей видимости, тратила на то, чтобы удержать ускользающую жизнь.
Ладно, посмотрим, что и как. Я стал медленно наполнять русалку своим хистом, глядя, как неторопливо и неохотно затягивается рана. С чертом происходило примерно так же, хотя и тогда я был всего двухрубцовый. Но и тут ранение серьезнее, да времени сколько прошло.
Однако все получалось. Медленно, будто неохотно, но получалось. Прорехи пусть и худо, но удалось залатать, а тело русалки наполнялось хистом. Правда, я не собирался напитать ее промыслом до отказа. Пусть двухрубцовая нечисть и могла вместить его меньше, чем трехрубцовый рубежник. Однако зачем? Главное — устранить возможность ухудшения состояния. А ее вылечит время.
Я убрал руки, чувствуя, как тело налилось свинцовой тяжестью. А Катарина шумно вздохнула и открыла глаза. Грот вздрогнул от криков и смеха. Больше того, русалки стали аплодировать. Я человек не честолюбивый, но, честно говоря, на душу словно елей разлили, как сказал бы бес. Всегда приятно, когда результаты твоих трудов ценят.
— Рубежник, Матвей… — подплыла к самому берегу Вера.
— Замолчи! — прикрикнул на нее я, чем разрушил всеобщую атмосферу праздника.
Прочие русалки смотрели на нас с явным непониманием. Ну да, только что тут было хорошо и весело. Рубежник спас их подругу, а теперь чего-то ругается. Полный неадекват. А что вы думали, нормальный бы сюда поперся?
Но меньше всего мне хотелось «повыситься» на глазах всех этих девиц. С таким же успехом можно было встать перед Подворьем с транспарантом: «Качаю хист на ваших 'спасибо». Мне почему-то казалось, что русалки не отличаются умением хранить секреты. По крайней мере, я не видел ни один фильм, где русалка была бы шпионом или двойным агентом. А это о многом говорит.
— Отвези меня обратно, — уставшим голосом сказал я. — Потом поговорим.
Русалке хватило мудрости не обижаться и не задавать ненужные вопросы. Будь она чуть более живой, я бы даже рассмотрел ее в качестве моей супруги. Вера лишь помогла мне спуститься в воду и устроиться у нее на спине.
Объятия русалки после холодного грота можно было сравнить с горячей банькой, в которую ты врываешься из дождливой и промозглой действительности. Более того, мне искренне не хотелось расставаться с ней. Я с ужасом подумал, что было бы, поцелуй она меня тогда? Ответ — ничего хорошего.
Правда, такого сильного сексуального возбуждения, как по пути сюда я не испытывал. Если бы Вера спросила почему, я бы сказал, как есть. «Извини, дорогая, так вымотался на работе. Давай лучше уложим детей и просто фильм посмотрим».
Доставила меня русалка на то же самое место. Я, дрожжа, вылез на берег и торопливо стал одеваться. Вот же гадство, как холодно-то! И только потом запоздало обернулся к русалке. За самым главным.
— Говори, Вера, что хотела.
— Странный ты, Матвей, — серьезно посмотрела она на меня. Правда, тут же морщина на переносице разгладилась. — Но все равно благодарна я. Спасибо тебе. Катарина для меня, как…
Звуки смешались в один, а мое несчастное тело выдернуло к небесам. Почти к самой луне, которая продолжала ослепительно сверкать.
Только спустя какое-то время я запоздало ощутил боль в спине. И осознал, что лежу на голышах, а на меня с испугом и любопытством смотрит Вера. Которая все поняла.
— Вот ты какой рубежник! — наконец произнесла она. — Действительно странный. Таких диковинных еще не видела. Значит, на помощь твой хист завязан.
— Но ты никому не скажешь, — напомнил я. — Обещала.
— Не скажу. Мудро сделал, что уплыл из нашей обители. Подруги тебе обещания не давали и молчать бы не стали.
 
— Женщины есть женщины, — согласился я.
— Но все же мы теперь не враги тебе. Кто к нам с добром, к тому и мы. Помощь твою не забудем. И вот еще.
Русалка скрылась в воде, но вскоре показалась на поверхности и подплыла к берегу, протягивая что-то в руке.
— Возьми. Будет нужда, позови.
И передала мне крохотную ракушку наутилус. С виду, самую обычную.
— А какая нужда? — пожал плечами я. — Ты извини, но едва ли у рубежника и нечисти что получится.
— Не получится, — игриво ответила Вера, словно сбрасывая с себя оковы серьезности. И вновь становясь прежней русалкой, которая почти соблазнила меня. — Ты мне и тогда не понравился. Ради шутки подплыла. Некрасивый ты, Матвей. Я же себе в женихи ищу с лица приятного. До встречи, рубежник, еще свидимся.
И уплыла, мелькая на поверхности воды серебристым хвостом. А мы вместе с луной восхищенно глядели на нее.
Оттого я не сразу сообразил, что хотел спросить. Сбила она меня своим «некрасивый» и «не понравился». Вот умела русалка преподносить комплименты — кушайте, не обляпайтесь.
— А чего с ракушкой-то делать?
Ответом мне был лишь шум воды.
Я оделся, сунув подарок в карман. И на всякий случай проверив телефон, обнаружив пропущенные от Митьки. Вот, очухалась нечисть. Блин, расскажу им — черт с бесом ругаться начнут. Да и как не рассказать — если четвертый рубец получил? К слову, никакого озноба я больше не чувствовал. Напротив, ощущение было, как после длительной пробежки. Тело горело огнем. Хотелось что-нибудь своротить. Или наворотить. Еле себя сдерживал.
Я вернулся к заваленной пещере и толкнул камень. Тот поддался, но всего на пару сантиметров. Да кто ты такой, Федор Васильевич?
Вот только даже эта неудача не испортила настроение. Что может перевернуть с ног на голову плохой день? Например, очередной рубец.
Домой я не шел, бежал, предвкушая, что буду делать завтра.
  
Глава 19
 
Хорошо устроенный быт — половина жизненного счастья. Вот приходишь ты усталый домой, а на столе приготовленный и еще теплый ужин, во дворе натопленная банька, а у дверей тебя ожидают в поклоне отпрыски. Мол, тятя, челом бьем и искренне рады, что ты почтил нас своим присутствием.
Ну ладно, я немного приукрасил, но разве что чуть-чуть. Но баня и ужин были. А Митька даже оторвался от телефона, чтобы узнать, все ли со мной в порядке. Это равносильно тому, что бес прекратил пить во время кутежа. К слову, стопку он и правда отставил, когда почувствовал четвертый рубец.
Вся разница между моей нечистью и послушными отпрысками, что последние не называли бы своего отца «остолопом», «глупым человеком» и «любителем ловить рыбу в мутной воде». К слову, поговорка очень подходила к описанию приключения с русалками. С другой стороны, кто тут с четырьмя рубцами? То-то же. Победителей, как известно, не судят.
Ведь что я мог сделать после того, как стал рубежником? Сидеть тихо дома, не отсвечивать и взять ни одного нового рубца. К слову, с Митькой бы не познакомился, с лешим, да еще с многими интересными личностями.
Правда, услужливости моих приживал хватило на один вечер. К утру следующего дня, я увидел привычную картину — черт в наушниках, бес разминается беленькой после «тяжелой ночи». Григорию даже хватило наглости спросить, что там у нас по поводу завтрака?
— Так, всем внимание! — объявил я. — Теперь каждое утро у нас начинается с зарядки.
— Хозяин, бога-то не гневи! — воспротивился Гриша. — В моем возрасте, зарядка — это прямой путь к дохтуру.
— Ага, именно к дохтуру. Не обсуждается. Все во двор, на свежий воздух.
У меня желание было горы свернуть. Все-таки последний шажочек до ведуна делал свое дело. Хотелось куда-то свою силу применить. Да и этим двум пьяницам точно будет полезно немного размять кости.