Просто Маша (СИ)

Увы, в ближайшее время нам всем стало не до раздумий — мистер Принц начал какой-то жутко замудреный ритуал под названием «Большое Очищение» — и даже спать приходилось по очереди. Конечно, он проводил его самолично, но и тем, кто на подхвате, тоже дел хватало. Зато улучшения у Тоби были налицо, день за днем. Сначала он начал самостоятельно дышать — ну и сердце билось ровнее, естественнее, так что можно было обходиться без чар Стазиса, но наш пациент все еще был «на краю».
  
Надо было вводить зелья, выводить палочкой сложные узоры на теле — оказывается, руны такие бывают, вот уж не видела. Пришлось срочно учить — страшно же ошибиться. Эйлин, двоечница, несколько раз заполучила «стереоотповедь» от меня и от папочки, но ничуть не обиделась. Слава всему, что она наконец контакт с отцом нашла, и хоть их отношениям я еще не могла особо порадоваться — они оставались деловыми, тепла в них не было ни на грош, но все же мистер Принц наконец принял дочь как взрослую девочку, способную худо-бедно жить самостоятельно.
Вот только это худо-бедно нас теперь не устраивало. И это тоже было хорошо.
Зато Северус вообще, кажется, хватал на лету все подряд — еще бы, впервые попасть в место, где можно магичить без проблем хоть круглосуточно — и никаких тебе магглов. Отрывался наш книжный мальчик.
Дед, глядя на него, кажется, светился собственным светом. Значит, одно замечательное дело у меня уже сделано, главное, чтоб наш дедуля раньше времени не загнулся и продолжал всячески поддерживать внука.
К тому времени, когда Тобиас смог говорить и соображать (судя по тому, что я наблюдала, именно в такой последовательности), а потом шевелить не только языком, но и всем собой, прошла целая неделя. Нет, спохватилась-то я через три дня, забрала у папы-Принца портал и отправила юного прогульщика в школу. Порталом же он возвращался из дома в Паучьем обратно — десятилетний волшебник, оказывается, тоже уже кое на что способен, а учитывая, что он приходился Тоби сыном, то его присутствие часто было достаточно важным.
Память к Тобиасу вернулась — тут можно было праздновать, если бы не было так грустно. Магия — нет. И колбасило его от этого будьте-нате. Утрата магии вообще очень плохо сказывается на личности волшебника, так что в конце концов Тоби попросил «вернуть все обратно».
Вот это было ударом, по крайней мере для нас с Эйлин. Она-то точно совсем о другом мечтала. Да и я рассчитывала на лучшее. Нельзя сказать, что мы Тоби не понимали — примеров, когда волшебник вообще погибал, лишившись магии, было не так и мало, а еще больше — когда он «шел вразнос» — не оттуда ли уши торчат неприятия Снейпом-старшим магии как таковой? Мистер Принц подтвердил — да, скорее всего, именно оттуда. Но если Тобиас еще и помнить будет все — ему будет много, много хуже.
Так что мы быстро выяснили, что к чему, поняли, что виноват действительно Том Реддл, и вообще Тоби едва не стал жертвой, когда услышал за стеной василиска и пошел его искать — Миртл Уоррен случилась как нельзя кстати — или некстати, для кого как, конечно. Свидетели Тому были не нужны, так что ей в любом случае ничего хорошего не светило.
После того как Тобиас «потерял» магию, разумеется, его отчислили. А Том, подождав годик, прокачав связи, озаботился удалением его имени из учеников Хогвартса, да и вообще… поднаторев в ментальной магии, изрядно поупражнялся — понятно, в каком направлении.
Конечно, всем память не затрешь, но Том был очень умным мальчиком — тех, кто способен что-то сказать или возмутиться, — достаточно мало, хорошо если один из сотни. А уж с этими-то возмутителями спокойствия и излишне памятливыми личностями он справился. В конце концов, надо же было как следует отточить навык.
Очень скоро помнящих о Тобиасе Снейпе, сыне сквибов по линии Сейр, в магической Британии не осталось. А кто остался, тот сам предпочел никогда об этом не вспоминать — мало ли что. Да и сам-то мальчишка ничего из себя не представлял особенного — подросток и подросток. И не стоял за ним никто — потомки Гормлайт сквибов за людей не считали, за океан письма тот не писал — Том и это проверил, прежде чем пускаться в авантюру «я — единственный наследник Слизерина».
Выяснилась и еще одна прекрасная вещь: Принц-старший (да, Северус тоже стал Принцем как единственный наследник) готов мне помогать с переселением. Эйлин тоже была всецело «за» — с папой теперь ей было не страшно оставаться, хотя и привыкли мы друг к дружке. Однако засада была еще та: помогать-то мистер Принц был готов, но пускать меня к себе категорически отказался. А тренироваться-то как?
Свою кандидатуру предложил было Тобиас, но когда я спросила, как мы будем с личной жизнью разбираться, быстро скис. Северус был тоже не прочь, но тут уже я уперлась, а потом и Эйлин: ребенок еще не сформировался окончательно — вдруг влияние постороннего разума будет неблагоприятным? Или еще что-то случится?
Дедушка Принц нашу точку зрения принял без доказательств — рисковать Северусом он тоже не хотел. Шебутной мальчишка и ему влез в самое сердце. Хотя шебутным он особо не выглядел, скорей из тех, о ком поговорка «в тихом омуте черти водятся». Только фамильное упрямство проявлялось будь здоров. Но и то с оглядкой — все же первые десять лет несладкой жизни были тяжелой школой. Короче говоря, истинный слизеринец с небольшими примесями от характеров других факультетов.
Лето, которое мы почти целиком провели в доме Принца, промелькнуло, словно не было. Для меня так точно — от того, чтобы поработать учителем еще годик, я отказываться не собиралась, как папаня ни фыркал, — и даже Эйлин на этот раз решила меня поддержать. Северус тоже был не против, бедняга, это он еще не знал, каково учиться в школе детям учителей. Ну да ладно, один год потерпит — бывало у него и похуже. Тест я, естественно, сдала, свидетельство получила — все же в семидесятые годы и в Великобритании не были так сильно зарегламентированы любые телодвижения ее граждан. И да, папа-Принц тоже получил документы и теперь являлся подданным короны.
Учеба, учеба, учеба… И кажется, меня все же сочли частью семейства Принц — когда мистер Принц окончательно понял, что выгнать меня из Эйлин не получится, ну и в целом я иногда оказывалась очень полезной, особенно когда они начинали ссориться с дочерью. Сначала он терпел меня, потом начал интересоваться все больше, и в конце концов стал учить меня ментальной магии. Подозреваю, в надежде, что когда-нибудь я сама дотумкаю, как можно свалить. Но ничего плохого я от него больше не видела.
После ежедневных бдений в фамильной библиотеке голова шла когда кругом, когда квадратом, а когда вовсе тыковкой резонировала. Но знания понемногу откладывались, вот только с практикой было бедновато. В начале учебного года нас с мистером Принцем осенило: Тобиаса можно попробовать «взять под крыло», и если он согласится на фамилию Принц, возможно, проклятье на его магии спадет. Другой вопрос, сможет ли он тогда быть супругом Эйлин и как это повлияет на детей, которые у них еще могут появиться, остался непонятным, и счастливый папа-дедушка уселся разбираться и просчитывать варианты, гороскопы и что там у него еще.
А у нас с Северусом начались трудовые будни. В целом ничего необычного — школа как школа. Ребенок у нас, правда, расцвел, но про динозавров, к большому огорчению однокашников, почти позабыл — немудрено, когда ему дед стал разрешать не только участвовать в варке зелий, но и понемногу колдовать — настолько проникся способностями внука в беспалочковой магии.
  
Пришлось нам снова посетить музей — тогда-то ребенок и выдал гипотезу по поводу драконов как сохранившихся с тех времен рептилий, только волшебных. Ну… Может, съездить в питомник какой — где там ближайший, в Румынии?
Да, я коварна, пообещала это ребенку только при условии, что он будет хорошо учиться и не будет задираться, по крайней мере с учителями. А то этот товарищ слово «авторитет» вообще не признавал. Да, это тоже было так называемой тренировкой — в Хогвартсе нужно будет уметь мимикрировать и изображать понимание и сочувствие, даже если этих чувств близко нет.