Демонология по Волкову. Сноходцы

– Есть гостиница недалеко от Универмага. Сейчас прямо езжайте, на первом перекрестке налево сверните и метров через триста увидите вывеску.
Леон закрыл окно, снова выехал на дорогу. В зеркале заднего вида Алиса видела, как смотрели им вслед женщины, не рискуя идти дальше, пока машина не скроется из вида.
– Такое поведение тебя не красит, Леон, – не могла не заметить Алиса, когда они свернули на указанную дорогу.
  
– Я не стремлюсь к красоте, – последовал ответ.
– Стремиться к красоте и вести себя как мудак – разные вещи.
– У меня нет времени быть удобным и вежливым, – отрезал Леон. – Ты хочешь, чтобы я нашел демона или оставил после себя приятные воспоминания?
Алиса промолчала. Едва ли ему удастся оставить после себя приятные воспоминания. Не у нее так точно. А значит, он прав: ему незачем вести себя красиво.
А ведь ночь с ним еще долго будет твоим лучшим воспоминанием, несмотря ни на что. Потому что именно той ночью ты думала, что любима, и была счастлива.
И тем обиднее было сейчас то, что Леон отнял у нее право даже на те воспоминания. Они с самого начала были ложью. Это ведь не то предательство, когда можно оставить себе приятные моменты. Приятные моменты тоже оказались обычной фальшивкой.
Гостиницей назывался обычный одноэтажный дом. В маленьком холле никого не было, но у стены стоял стол с табличкой «Администрация». А снизу простой шариковой ручкой был приписан номер телефона, по которому с этой администрацией следовало связаться при ее отсутствии на рабочем месте. Алиса позвонила сама, помня, что Леон терпеть не может разговаривать по телефону и делает это лишь в крайних случаях. Администрация ответила мужским голосом и заверила, что будет через минуту. И действительно, вскоре в коридоре показался мужчина лет тридцати с мокрыми волосами, с которых еще капала вода. Должно быть, Алиса вытащила его прямо из душа.
– Простите, Бога ради, – заискивающе улыбаясь, проговорил мужчина, почти бегом залетая за стол. – Я тут один работаю, сменить некем…
– Ничего страшного, – перебила его Алиса, возвращая улыбку. – Нам нужно у вас переночевать.
– У нас как раз остался двухместный номер, – радостно заулыбался администратор.
– Один?
– Увы, – он развел руками. – Но там большая кровать, не переживайте.
Алиса закусила губу, удержавшись от взгляда в сторону Леона. Какая ей разница, что он думает?
– Не предполагал, что у вас может быть все занято, – послышался его холодный голос.
– У нас всего пять номеров, – принялся объяснить мужчина. – В одном я живу, поскольку не местный. С женой развелся, все ей и детям оставил. А сам просто по первому попавшемуся объявлению позвонил, где предлагали работу с проживанием. Еще два номера занимают девочки-учительницы. Они тоже не местные, им дома выделили, но там такие условия, что даже я бы жить не согласился. Куда уж им! Дрова носить, воду греть, туалет на улице. А они ж молодые! Вот начальство договорилось, что они тут жить будут. Кухни у нас нет, правда, зато кафе недорогое через дорогу. И чайник с микроволновкой в коридоре, что еще надо?
– А еще один номер? – уточнил Леон. – Вы сказали, что свободен один, но осталось два.
Мужчина покраснел.
– Там еще весной крыша протекать начала. Все мокрое сейчас, не успели починить.
Алиса проглотила вопрос, чем были заняты ремонтники все лето. Наверняка в этой гостинице никто никогда не останавливался, вот и не было нужды чинить крышу над вторым номером. Теперь это не имело значения. Номер был один, с единственной кроватью. С одной стороны, они не подростки в пубертате, вполне могут и на одной переночевать, с другой – меньше всего Алиса хотела сейчас спать рядом с Леоном.
– Хорошо, мы возьмем один, – решил за них обоих Леон.
Администратор радостно выложил на стойку ключ. Пока он переписывал в большую тетрадку данные их паспортов, Леон поинтересовался:
– Мы слышали, у вас тут в окрестностях есть развалины старой церкви…
– А?.. – Администратор удивленно поднял голову. – Какой церкви?
– Старой, – повторил Леон. – Мы, собственно, тут из-за нее. По работе.
– Вы историки?
– Типа того, – хмыкнула Алиса.
– Не, я не знаю ни про какую старую церковь, – покачал головой мужчина, снова возвращаясь к тетради. – В городе есть две, но обе довольно новые, действующие. Но я не местный, я ж говорил. Вы лучше у Петровича спросите. – Он неопределенно махнул рукой в сторону двери. – У хозяина кафе. Оно до полуночи открыто. Заодно и поужинаете. Он местный, причем в третьем или четвертом поколении. Если кто и знает что про вашу церковь, то наверняка он.
Поблагодарив администратора и забрав паспорта, Леон подтолкнул Алису к выходу, и та почувствовала, что на самом деле проголодалась.
***
Кафе располагалось напротив гостиницы и выглядело атмосферно уже начиная со двора. Оно было сделано под модную нынче старину то ли из настоящего сруба, то ли из хорошей имитации. В небольшом дворе перед кафе росли елочки, сейчас украшенные и сверкающие разноцветными огнями, издалека заметными в темноте. Бетонированная площадка перед ними была пуста, но наверняка летом тут стояли столики и стулья. Над входом висела резная деревянная табличка с аккуратно выжженным названием «Петрович угощает».
Внутри вдоль окон, защищенных кружевными занавесками, стояли цветочные горшки с геранью. В кафе пахло древесной смолой и свежими пирогами. Весь интерьер тоже был выполнен из дерева: от блестящих массивных столов и скамеек до брусков на потолке, поддерживающих кованые светильники в виде свечей. На стенах висели старинные предметы деревенского быта: лопаты для хлеба, сито, часы с маятником. В одном углу возвышалась старая печь, на которой стояли медные чайники и керамические чашки.
На подоконнике в плетеной клетке сидела ярко-желтая канарейка. Она иногда прерывала общее спокойствие мелодичным пением, от которого помещение наполнялось каким-то особым теплом. Посетителей оказалось немного, поэтому Леону и Алисе без труда удалось найти местечко у окна, выходящего на внутренний двор. Если бы еще лежал снег, место казалось бы по-настоящему волшебным, но скользкая коричневая грязь портила вид, поэтому в окно Алиса предпочла не смотреть, занялась изучением меню.
Вскоре к ним подошла девушка лет двадцати, в длинном коричневом платье, вышитом передничке и даже с чепцом на голове. Как выяснилось, дочь хозяина, работающая в семейном заведении официанткой. Разговорить ее ничего не стоило, особенно когда она узнала Леона. И уже через пять минут Алиса и Леон не только выяснили, что на ужин сегодня лучше всего взять грибной суп из сушеных боровиков, которые отец сам насобирал осенью, и кулебяку с капустой, которая матери особенно удалась, но и стали обладателями бесплатного кувшина хлебного кваса в качестве комплемента от заведения. А вот о церкви девушка с подходящим атмосфере именем Алена ничего не знала.
– Я на самом деле в другом городе учусь, – поведала она, тщательно записывая на листик заказ, хотя Леон и Алиса взяли лишь то, что она сама же и советовала. – Сейчас каникулы просто, поэтому родителям помогаю.
– Может, отец ваш сможет нам что-то рассказать? – поинтересовался Леон, поскольку сама Алена предложить такой вариант не догадалась.
На гладком белом лбу появилась морщинка, а потом девушка кивнула.
– Я спрошу. Людей уже мало, основной поток поужинал и ушел, у нас до восьми вечера скидка. Как у других бизнес-ланч, так у нас бизнес-ужин. Так что, думаю, сможет оторваться.
Грибной суп Алисе не очень понравился, а вот кулебяка оказалась выше всяких похвал. Пожалуй, даже пироги Тамары Ильиничны ей уступали.
  
– Только ей об этом не говори, – хмыкнул Леон. – Обидится.
– Едва ли у меня еще будет возможность ей что-то сказать, – заметила Алиса. – Ты же ее уволил.
– Не убил же, – пожал плечами Леон. – Это я скоро умру, а вы вполне можете продолжать общаться.
Ну и какого хрена ты это сделал?