Ведьмак в теле Маркиза 2 (СИ)

— Аларик Рэйвен. Маркиз, — сухо ответил я.
Мне не понадобилось духовное зрение, чтобы понять, чья это кровь — это была кровь её мага, который служил ей столь преданно.
— Приятно познакомиться, Аларик Рэйвен, — улыбнулась она, и её глаза сверкнули в лунном свете. — Что-то очень знакомое… — задумчиво произнесла она.
Моё обоняние подтвердило мои худшие опасения. Она питалась им, тем магом, которого обратила накануне. Я нахмурился, осознавая правду.
— Что? — Виктория весело подняла брови, заметив выражение моего лица. — Ты ведь не думал, что я буду голодать всю дорогу?
Меня передёрнуло от осознания того, зачем она взяла его с собой. Питаться на корабле, вдали от любого риска обнаружения — умно, но отвратительно. Она не просто взяла себе подданного, она сделала из него личный резервуар крови. Кстати, еще один увлекательный факт про вервульфов в мою копилку знаний…
— Я люблю воду, — неожиданно сказала она, глядя на тёмную гладь моря. — Она такая…
— Настоящая? — предположил я.
Герцогиня выглядела слишком уж расслабленной.
— Именно! — её улыбка стала шире. — Вода всегда жива, она не подчиняется никому, кроме самой себя.
Когда Виктория заговорила о воде, я, не теряя времени, незаметно подготовил пузырёк с её кровью, который всегда держал при себе. Осторожно открыл его и, не привлекая внимания, коснулся холодной жидкости самыми кончиками пальцев. Мои губы начали шептать заклинание, а элемент и магия влились в кровь, скрытую во флаконе. Я сосредоточился, стараясь контролировать каждое движение энергии, и мир вокруг словно замер.
Сначала ничего не происходило. Виктория всё так же стояла у борта, её глаза блестели в лунном свете, как и прежде. Но через несколько секунд что-то изменилось. Она пошатнулась, потеряв равновесие, вдруг наклонилась, и на ее лице отразилась боль. Кожа начала стремительно бледнеть, губы сжались в тонкую полоску, а рука рванулась к груди, крепко сжав ткань ночнушки. Она шипела сквозь зубы, едва слышно произнося какие-то слова, но я не мог разобрать, какие именно.
Моё духовное зрение ясно показало, что магический источник внутри неё резко замер, а кровь начала бурлить, как вулкан, готовый вот-вот взорваться. Виктория как-то мгновенно ослабла. Она рванула ночнушку, и ткань поддалась, обнажив её декольте. Это был мой шанс.
Без промедления клинок выскользнул из ножен. Я уже активировал его магией и элементом. Взмах — и холодное стальное лезвие рвануло вперёд, прямо в её сердце. Время тянулось очень медленно. Лезвие неспешно пронзало вдруг ставший очень густым воздух, оставались считанные сантиметры до её плоти. Я готовился к последнему удару, после которого планировал отрубить ей голову.
А затем всё произошло очень быстро. Я почувствовал резкую, жгучую боль в груди, словно холодные когти вонзились в мою плоть. Опустив глаза, я увидел, что её рука пробила моё тело. Виктория смотрела прямо мне в глаза, её дыхание сбивалось, но на губах играла довольная, опасная улыбка.
— Ох… — выдохнула она, не убирая руку. — Хорош… Умница. Ещё чуть-чуть, и ты бы меня убил. Давно никто не был так близок к этому. Аларик, если дернешься, то я просто вырву тебе сердце. Умрём как двое влюблённых. Если понял меня, кивни.
Я замер, мой мозг медленно переваривал происходящее. Дыхание перехватило, в груди горела острая, разрывающая боль. Казалось, каждый удар сердца отзывается огненной вспышкой. Виктория, не теряя ни капли спокойствия, продолжала говорить, как будто мы просто обсуждали банальные вещи.
— Ты добился больших успехов, — её голос был полон странного уважения, почти восхищения. — Я бы даже сказала — выдающихся… Ты меня удивил, маркиз, и что ещё важнее — заинтересовал. С твоими новыми умениями тебе должно быть куда проще на Плавающих островах.
Я попытался надавить клинком, отступить, найти выход из этой смертельной ловушки. Но её рука продолжала крепко держаться за мою грудь, не давая мне возможности двигаться.
— Прости, но у меня дела, — Виктория говорила все с тем же ледяным спокойствием. — Ты мне испортил одежду, почти обнажил. И знаешь, мы с тобой даже на свидании не были. Не хорошо как-то для моего статуса, не находишь? Может, в следующий раз сходим? Познакомимся поближе. Вдруг понравимся друг другу?
  
Её голос звучал тихо и насмешливо. Я чувствовал, как всё вокруг постепенно тускнеет, огонь в груди пульсировал и выжигал последние силы. Виктория повернулась и пошла прочь, словно ничего особенного только что не произошло. Я видел, как она идёт в сторону палубных лестниц. У выхода она оглянулась, бросила мне воздушный поцелуй, её глаза сверкнули в лунном свете.
Последнее, что я помню — это боль, пульсирующая во всём теле, и резкий холод, когда я, теряя сознание, рухнул на влажные доски палубы.
* * *
Я медленно открыл глаза, и резкий приступ боли отозвался глухой пульсацией по всему телу. Я зажмурился, ожидая, когда волна неприятных ощущений спадет. Пальцы невольно сжали простыню,, и я почувствовал какая она сырая. Голова так и плыла, но постепенно все же обретала ясность.
Вокруг слышались привычные звуки — приглушенные удары мечей, шаги, шепот. Глаза наконец сфокусировались, и я увидел Рурика и Цаплю, занятых отработкой ударов в углу каюты. А рядом, на полу, поникнув, сидела Лилия. Она склонилась, положив голову на край моей кровати, словно не отходила от меня ни на шаг уже долгое время, без сна и покая. На полу стояли тазики с водой, тряпки аккуратно висели на бортиках.
Перед глазами у меня вспыхнули последние воспоминания. Виктория… Моя неудавшаяся попытка убить ее. Я был так близок к этому… мне почти удалось, но в последний момент она вырвалась, заставив меня заплатить за свою оплошность.
Проклятье… В груди что-то болезненно заныло, но я рефлекторно заглянул внутрь себя, проверяя своё состояние. Источники были полны, каналы крепки, но теперь я носил в себе новый трофей — огромный шрам на груди, как напоминание о том, насколько близок я был тогда к гибели.
Стоило мне пошевелиться, как Лилия тут же подняла голову. Её глаза радостно вспыхнули, когда она заметила, что я наконец очнулся.
— Милорд, Аларик… — её голос был чуть осипшим от долгого молчания, но в нём было столько облегчения и тепла, что я невольно улыбнулся.
— Ага… — кивнул ей в ответ, чувствуя, как с каждым мгновением возвращается сознание. И перевёл взгляд на Рурика с Цаплей, которые мгновенно замерли, увидев, что я пришёл в себя. Вид у них был такой, будто они не могли поверить собственным глазам.
Старик тут же оказался рядом, его лицо выражало смесь облегчения и волнения.
— Господин, что с вами случилось⁈ — спросил он.
— Поскользнулся, — выдавил я из себя с кривой улыбкой. Не было смысла рассказывать, что я почти потерял жизнь в схватке с оборотнем. Не сейчас.
— Сколько я был… без сознания? — спросил я, попытавшись подняться. Но сразу почувствовал, как тело мое протестует. Мышцы словно окостенели от длительного бездействия.
— Почти неделю, милорд, — тихо сказал Цапля, почтительно поклонившись. — Мы очень беспокоились за вас. Мы с Руриком по очереди дежурили у вашей постели… — голос пацана заметно дрожал.
— Спасибо, ребята, — кивнул я.
Я осторожно опустил ноги на пол, и боль прошла новой волной по всему телу. Будто все мышцы одновременно свело судорогой, а суставы заныли, напоминая о том, как долго я лежал без движения. Лилия тут же подала мне кружку с водой, и я жадно выпил все до дна, чувствуя, как освежающая жидкость смывает сухость из горла.
Как только я привёл себя в порядок и начал расспрашивать Рурика о последних событиях, корабль внезапно огласили крики.. Сначала один голос, потом другой и, наконец, вся палуба наполнилась единым радостным возгласом, который эхом разнесся по всему судну.
— Земля!
— Земля! Мы прибыли!
— Вот они, Плавающие острова!
  
Глава 12
 
Опираясь на плечи Рурика и Цапли, я с трудом поднялся на ноги. Голова слегка кружилась, но я заставил себя сосредоточиться, направив элемент по всему телу. Почти полностью опустошил внутренний источник. Мне нужно было вернуть контроль над своими силами, и как можно быстрее. Я чувствовал, как магия, заполняющая моё тело, уже расщепляется, становясь элементом, который оживлял меня, проникая в каждую мышцу, каждый нерв…