Правила волшебной кухни 4 (СИ)

И вот как таким весельчакам отказать?
— Конечно, — улыбнулся я. — Проходите, присаживайтесь.
Синьоры спецназовцы начали рассредотачиваться по углам. А двое из них завели в зал человека с застёгнутыми за спиной наручниками — предположительно Сопливого Аурелио. Уж не знаю, что такого натворил этот бедолага, что на его задержание выехала целая группа, но знаю одно — мне его надо будет накормить особенно вкусно. Ведь не исключено, что нормальную еду он теперь увидит только в глубокой старости.
  
Итак! Шумно, гремя амуницией, ребята расселись по залу, а их главный подошёл к стойке и начал диктовать заказ за всех — сразу на всю компанию. И тут входная дверь открылась снова. Внутрь вошли двое — мужчина и женщина, уже примелькавшиеся мне постоянники. По правде говоря, я уже выучил их повадки и знал, что войдут они в самый разгар ссоры, которая ежедневно вспыхивает между ними по пути в «Марину».
— … не смей повышать на меня голос! — жена сегодня была особенно не в духе. — Если ты сейчас ещё хоть слово скажешь, клянусь, я вызову полицию и всё им расскажу!
— Звони-звони! — заржал мужик. — Нужна ты им! Скажут — разбирайтесь сами! А если и приедут вдруг, то что они мне сделают⁈ Вертел я их всех на…
— Чём? — уточнил один из спецназовцев.
Мужик резко замолчал и оглянулся. Понял, что вокруг него сидят люди в камуфляже, с автоматами, нашивками и максимально суровыми лицами. Сцена «Ты зашёл не в тот салун, ковбой» была в полном разгаре.
— Кхм-кхм, — мужчина прокашлялся в кулак. Затем сказал: — Не так уж сильно я хотел завтракать, — развернулся чувак и бодрой трусцой выбежал прочь из «Марины».
А мне в голову ни с того ни с сего бахнула мысль о защите ресторана. То есть… не прямо уж на ровном месте. Вспомнилась фраза, которую мимоходом бросил мне Шон. Что-то о том, что нужно вернуть защитный камень на место.
Какой камень? На какое месте? Что он вообще имел ввиду? Надо бы попросить товарища лепрекона рассказать мне об этом предметней, и при том не откладывать. Поэтому я отдал завтрак синьорам спецназовцам — при этом отдельно уважил Сопливого Аурелио двойной порцией вителло-тоннато — дождался Джулию и сразу же побежал на чердак соседнего палаццо.
Поднялся, вошёл в «Джентльменский Клуб» и сперва даже немного опешил от тишины — настолько она была густая, что аж звон в ушах появился. В зале было чисто, и ничто не напоминало о ночном кутеже нечисти. Лепреконы поставили уборку на поток, и это не могло не радовать. Но что самое интересное — вокруг никого. То есть вот вообще никого.
Недолго думая, я заглянул в кабинет Шона, но там тоже никого не обнаружил. Зато обнаружил ещё одну дверь. Зашёл и… обомлел. Зрелище было умилительным до невозможности: вдоль стен стояли двухъярусные маленькие кроватки, явно рассчитанные на полуросликов. И на каждой кроватке, мило завернувшись в одеяло, посапывали лепреконы.
Один во сне сосал палец, другой бормотал во сне, третий дрыгался будто собака, которой снится охота. А ещё один умудрился аж на половину тела свеситься с верхней полки и когда он оттуда упадёт — лишь вопрос времени.
Однако всё умиление сошло на нет, стоило мне лишь сделать шаг в эти лепреконовы казармы. В нос ударил мощнейший перегар. У меня даже сложилось впечатление, что я склонился над сковородой, в которой выпаривается вино или ещё чего покрепче. А ещё при более детальном рассмотрении стало ясно, что морды у всех лепреконов мятые и опухшие — приятного в этом зрелище мало.
Спят, значит. Ну… вообще справедливо, учитывая, что их смена начинается с первыми ударами колокола Сан-Марко и заканчивается только после рассвета. Игорка — труд тяжёлый, нервный, и отдыхать, конечно же, надо.
А вот и Шон — на нижней койке прямо у закрытого окна. Укрыт с головой так, что из одеяла только кончик красного носа торчит. Каюсь — не удержался. Склонился над ним, набрал в лёгкие побольше воздуха и во всю глотку рявкнул любимую шутку моего дражайшего дедули, которым он периодически будил нас с Аней в детстве:
— РОТА, ПОДЪЁМ!!!
Шон подлетел, как ошпаренный. Испуганный, но в то же время яростный — вместо «бей или беги» у лепрекона сработал рефлекс «бей или бей». Маленький кулачок просвистел в сантиметре от моей головы, и если бы я в последний момент не отшатнулся, то у рыжего, думаю, были все шансы отправить меня в нокаут.
— Твою жешь, а⁈ — прохрипел рыжий, пытаясь сфокусировать на меня взгляд. — Маринари!
Причём остальные лепреконы даже не думали просыпаться. Один почмокал во сне, другой всхрапнул громче обычного, третий просто перевернулся с бока на бок. Даже тот, который упал со второй полки просто продолжил спать на полу.
Я же от души расхохотался. Выражение лица Шона в этот момент было бесценно.
— Ты охренел⁈ — уточнил лепрекон, слегка успокоившись. — Ты зачем меня будишь⁈
— Нужно срочно кое-что узнать. Доброе утро, кстати.
— Ничо не доброе! — я в режиме онлайн пронаблюдал за тем, как лепрекона попускает адреналин и накатывает похмелье. — Ты не обнаглел часом, Маринари? Врываешься ко мне в спальню, орёшь, чего-то там узнать пытаешься…
— Один — один, — ответил я. — Ты меня вчера разбудил с этими вашими сигарами, а я тебя сегодня.
— А, — коротко ответил Шон. — Ну да. Тогда справедливо. Так что ты там узнать хотел?
— Про защитный камень, который я должен вернуть на место и про защиту. Что ты тогда имел ввиду?
Вместо ответа Шон схватился за виски, прошипел что-то неразборчивое, а потом накинул на себя одеяло как плащ и спрыгнул с кровати.
— Пойдём…
Вместе мы вышли обратно в зал и лепрекон посеменил за барную стойку. Схватил с полки бутылку вискаря, откупорил её зубами, приложился к горлышку и сделал несколько жадным глотков. А потом ещё и горло сорокоградусной прополоскал.
— Фу-у-у-у, — выдохнул он и впервые с момента пробуждения улыбнулся. — Вот так получше будет.
— Завтрак чемпиона?
— Он самый, Маринари. Так… защита, значит? Ну слушай — я когда вчера к тебе в гости заходил, сразу понял, что периметр нарушен. То есть у тебя ресторан вообще не герметичен с точки зрения энергетических потоков. Кто-то из гостевого сортира стырил защитный камушек, а вот кто и почему… могу лишь сказать, что не я.
— Ты уверен? — насторожился я.
— Уверен, — лепрекон сделал ещё один глоток. — Я такие вещи с детства секу. Если говорю дыра, то значит дыра.
Обратно я ушёл задумчивый. Про то, как работает артефакторная защита жилища я знал не понаслышке. В особняке Сазоновых ведь тоже такая же была. Вот только ставили её не для того, чтобы защищать тех кто внутри от того, что снаружи, а с точностью ровно до наоборот. После одного памятного эксперимента моей матушки, что-то злое и потустороннее почти полностью съело соседнюю деревеньку. Выжившие начали строчить кляузы, и Сазоновы решили перестраховаться.
Короче говоря, принцип в общих чертах я понимал. Система узлов, завязанных на артефактах, создаёт что-то типа купола по периметру. Если один узел выпадает, тут же сыплются все остальные.
— Артуро? — на пороге меня встретила Джулия. — Ты чего такой напряжённый?
— Потом, душа моя, всё потом, — ответил я и пронёсся мимо девушки в гостевой туалет.
Не сказать, чтобы маленький, но с учётом кабинок всё равно тесный. А главное — пустой. Свидетели мне сейчас ни к чему. Замерев посередине, я прикрыл глаза и попытался внутренним зрением увидеть, что к чему.
Магическая структура была древней, как сама Венеция, однако вполне себе рабочей. Энергетические линии тянулись вдоль стен, сплетаясь в подобие кокона. Но в одном месте, под раковиной нити обрывались, безвольно повисая в воздухе. Вот и дыра.
  
Опустившись на колени, я рассмотрел под раковиной небольшой лючок непонятного назначения. Ни один вменяемый сантехник даже не подумает сюда лезть. Я же отодвинул задвижку, открыл лючок и запустил руку внутрь. Пальцы нащупали углубление под защитный камень, а в нём какой-то посторонний предмет.
— Пробка? — удивился я, вытащив её наружу.