"Фантастика 2023-112". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
"Завалило! Я — в западне!"
Он попробовал связаться с Томой и своей охраной в доме через нейросеть. Связи не было.
"Попал! Что же делать? Разобрать завал собственными силами? Без инструментов, роботов и специальной техники — невозможно. Завал в тоннеле — около двухсот метров, минус пятнадцать до завала. Пробиться через него наружу — нереально! Да и неизвестно, что там, снаружи. Флаер наверняка разбит. Хорошо, что я сказал, куда собираюсь лететь! Надо ждать помощь. Только не уверен, остались ли снаружи хоть какие-нибудь признаки входа в пещеру. Если нет, то никто меня и искать не будет. Кстати, если поступление воздуха в зал по каким-нибудь каналам отсутствует, дня через три кислород закончится. Воды я тут тоже не видел, не говоря уже о продуктах. В общем, все плохо!"
Пол вернулся в зал и обошел его еще раз, внимательно вглядываясь в стены. Ничего необычного не заметил.
"Это возвышение со стулом посередине зала… Так и тянет сесть на стул. Да и кристалл показывает, что там наибольший уровень пси-излучения. Пойду ка я и усядусь на стул. Все равно ничего не потеряю."
Он взошел на возвышение, обошел вокруг стула — ничего особенного не заметил, и осторожно присел на него. Потом придвинулся к спинке стула, оперся на нее спиной, голова коснулась утолщения на спинке. Неожиданно на одном из языков древних в его голове раздался голос.
— Приветствую тебя, беглец! Я — искин FOU 1489. Много тысячелетий я ожидаю хоть кого-нибудь, кто способен провести восстановление основных систем телепорта. Несмотря на мои сообщения главному искину управления телепортами никто не прибыл. Несколько лет назад сейсмическая активность планеты достигла максимума, думаю, кем-то была проведена бомбардировка планеты, и мои запасы энергии практически полностью уничтожены. Ее хватит лишь на срабатывание по аварийному варианту: "спасение беглеца". Сейчас я проведу сканирование твоего сознания, сниму с него матрицу и определюсь со своими невеликими возможностями. Если их будет несколько, ты имеешь право выбрать любое из них. Прижми посильнее голову к утолщению на спинке стула… после этого я зафиксирую ее и проведу сканирование.
— Прежде, чем ты, искин, проведешь со мной какие-либо манипуляции, я хочу получить ответы на некоторые вопросы. Почему ты назвал меня беглецом?
— А кто ты есть? Ты вошел в помещение телепорта и сразу после этого произошли сейсмические возмущения, вызванные целенаправленным воздействием гравитационных волн искусственного происхождения. Я сделал вывод, что ты, убегая от кого-то, специально добрался до телепорта в расчете на спасение с его помощью. Месторасположение телепорта известно немногим. Раз ты сюда добрался, значит имеешь право на его использование. Разве я не прав?
— Прав! Тогда второй вопрос. Аварийное телепортирование разве не предполагает перемещение меня в физическом теле? Для чего ты будешь снимать информационную матрицу с моего сознания?
— Как я уже говорил, мои запасы энергии ничтожны. Их хватит только на аварийное телепортирование твоей информационной матрицы, да и то не куда угодно, а только туда, куда хватит энергии.
— Так что, я даже не буду знать, в какое тело будет импортирована моя информационная матрица?
— Успокойся, именно для этого я и буду проводить сканирование твоего сознания, чтобы предоставить на выбор все возможные варианты. Если вариант будет только один — значит он и будет осуществлен: я обязан предпринять все для спасения разумного! Независимо от его желания. Тем более, будучи здесь ты погибнешь уже через несколько дней: отсутствие кислорода, воды и питания мне восполнить нечем, поскольку все запасы похоронены под завалами и нам до них не добраться.
"Похоже, вариантов у меня нет. Пока мне везло, может и сейчас повезет? Решено, буду аварийно телепортироваться туда, куда возможно. А там будет видно."
Пол плотно прижал свою голову к утолщению на спинке кресла. Оттуда появились гибкие ленты, которые зафиксировали его голову. После этого сознание Пола померкло.
— Мы имеем только один вариант, — раздалось в его голове через некоторое время, — отправить твою информационную матрицу на планету, откуда ранее она была получена. Я имею в виду планету, которую ты называешь Земля. Это — наименее энергозатратный вариант. При сканировании оказалось, что у тебя две информационные матрицы, от двух различных людей. Первая снята с помощью технологии одной из рас Древних, с которой ранее взаимодействовали мои хозяева. Именно по их технологии она наложена на вторую информационную матрицу. В результате слияния этих матриц получилась новая с очень интересными характеристиками. Именно ее я и отправлю аварийным телепортом. При наложении ее на информационную матрицу нового реципиента возникнет третий совмещенный вариант двух предыдущих матриц. Самое главное: вновь полученная информационная матрица сохранит все особенности двух первых. Имеющиеся знания и умения от их прежних владельцев перейдут в полном объёме третьему.
Очень удачно, что в этом районе космоса расположена резервная станция телепорта, которая со стопроцентной гарантией обеспечит внедрение твоей информационной матрицы в индивида, обладающего наиболее подходящими для тебя физическими параметрами. Твое согласие на телепортацию при единственном аварийном варианте мне не нужно. Счастливого пути!
Часть 4. Родные пенаты
Глава 1
Пол стал осознавать себя как новую личность лежа на втором ярусе кровати с панцирной металлической сеткой, поверх которой лежал ватный матрац, застеленный простынёй. Любое движение сопровождалось неприятным скрежетом пружин кровати друг о друга. Кровать стояла в ряду других кроватей в просторной палатке из брезента. Всего их было штук десять. Они стояли в два ряда по пять штук в каждом. Около выхода из палатки стояла обыкновенная одноярусная кровать, как ни странно, пустая.
"Похоже светает. Ночь сменяется предрассветным полумраком. Где же я нахожусь? В армии? Вокруг меня молодые ребята. Спят, "без задних ног", так наломались вчера. Только храп богатырский стоит. Вообще то, на армию непохоже, скорее на какую-то рабочую бригаду, отдыхающую после трудового дня. Надо выйти наружу."
Стараясь не шуметь, Пол спустился на пол, надел разваливающиеся старые раздолбанные кеды и вышел из палатки.
"Тишина. Вокруг стоят еще штук восемь таких же палаток. Никакой изгороди вокруг них нет. Вокруг — степь. Только немного в стороне расположились какие-то хозяйственные постройки. Да это же кухня и столовая! Я в лагере студенческого стройотряда на целине в Казахстане!"
Постепенно стало проявляться сознание реципиента, в тело которого была внедрена его информационная матрица.
"И так. Мое имя — Денис Круглов. Я на каникулах после второго курса поехал в составе стройотряда нашего факультета на целину строить жилые дома. Вчера состоялся прощальный ужин, посвященный окончанию работ. Сегодня разборка лагеря и сразу после обеда погрузка в полуторки, которые отвезут нас на железнодорожную станцию Даут. Отправка поезда — ночью. Вчера во время сабантуя я немного "приболел", перебрал с ребятами принесенной втихаря из магазина водки. Сухой закон еще действует и открыто пить было нельзя. Вовремя пошел в палатку, забрался на свою кровать и почувствовал себя плохо: сердцебиение, боль за грудиной, сильная головная боль… Потом — провал в памяти. Похоже, что именно в этот момент и произошло внедрение моей прежней информационной матрицы в сознание Дениса. Теперь буду называть себя только Денисом."
Он прошелся по лагерю. Из палаток показались первые стройотрядовцы, шедшие на дежурство на кухню. Денис издалека помахал им рукой и быстрым шагом направился в сторону туалета.
"Сейчас конец августа 1965 года. Я учусь в Ленинграде в электротехническом институте на факультете автоматики и вычислительной техники. Учусь хорошо, троек нет, стипендию получаю. Живу в общежитии N6 на улице Студенческой, что на Выборгской стороне. Сам родом из Краснодара. До института жил у родного дядьки: сирота, мать — сестра дядьки, умерла, когда я еще учился в девятом классе, отца никогда не видел. Уехал учиться в Ленинград специально, чтобы ни от кого не зависеть. Хотя дядя Миша относился ко мне хорошо, но жить в небольшой двухкомнатной квартире в одной комнате с двоюродными сёстрами, даже малолетками, жуть как надоело. Когда мать умерла от неё осталась комната в коммуналке. Её и однокомнатную дядькину хрущевку обменяли на двухкомнатную, где и жили все вместе, пока я доучивался в школе. Сейчас мне девятнадцать лет. В начале октября исполнится двадцать. Парень я — "видный", как говорит жена дяди Миши — тетя Рина. Ростом под сто восемьдесят, занимаюсь спортом, кстати, академической греблей, как и в позапрошлой жизни. Учась на втором курсе стал работать лаборантом на кафедре на полставки — это по размеру еще одна стипендия, и смог отказаться от помощи со стороны дядьки: характер такой, что никому не хочу быть должен. И в стройотряд записался чтобы денег заработать: за последний год подрос, надо одеться прилично. В стройотряде работал каменщиком: дело знакомое, еще учась в школе приходилось помогать дяде Мише строить домик в станице, где была его дача. Вот, кажется, вспомнил про себя все. Что забыл — напомнят. Пойду обратно в палатку. Еще полежу, подумаю, повспоминаю… До подъема осталось чуть больше часа."