Во все Имперские Том 8. Рюрик (СИ)

Арум убрала сапожок с груди пятого, пятый поднялся с бетонного плаца, отряхнулся и злобно оглядел нас.
— Ну и кто ты такой? — поинтересовался я.
— Я граф Слизняков, — заявил мужик с цифрой пять, — Я умею кидаться слизью!
В доказательство своих слов он поднял руку, вокруг которой заметалась густо-зеленая аура.
— Остыньте, граф, — посоветовал я, — И руку опустите. Иначе я вам её сейчас сломаю.
Парень последовал моему совету, а герцог Кабаневич вежливо кашлянул.
— Что такое, герцог? — осведомился я, — Дать вам таблетку от кашля?
— Да нет… — задумчиво произнёс Кабаневич, — Просто графов Слизняковых не существует. И баронов Слизняковых тоже, как и князей. Такого клана вообще нет. И не было никогда.
— Так…
— Ну да, раньше такого клана не было! — с вызовом запротестовал Слизняков, — А теперь есть! Я же есть. Вот он я — перед вами!
Парень старался дерзко глядеть мне в глаза, но постоянно отводил взгляд. Явно старый рефлекс человека, воспитанного в неволе. Проще говоря — привычка раба.
— Ты холоп, — заявил я, и это был не вопрос, а констатация факта, — Как и все твои друзья. Ты тоже принадлежал Цветковым?
Парень мрачно уставился на меня.
— Язык проглотил? Отвечай давай.
— Я принадлежал Душеведовым, — обреченно вздохнул «Слизняков».
От этой новости я аж присвистнул:
— Вот это уже прям очень интересно…
— Вы о чём? — поинтересовался Кабаневич.
— Душеведовы — это владельцы земли в Петербургской губернии, возле села Пудомяги, — объяснил я, — Именно на их землях располагалась вторая подобная промзона Ордена. Но её сожгли, несколько дней назад. Там камня на камне не осталось, кто-то подчистил все следы. Я звонил Душеведовым, но они рассказали мне только, что землю под промзону у них купил Мальтийский Орден. И он же приобрел несколько холопов, по хорошей цене. А сами Душеведовы вообще не при делах. Картинка начинает складываться… Ладно, Слизняков, рассказывай.
— Да что рассказывать-то? — заныл совсем сдувшийся Слизняков, — У меня же магия теперь есть! А значит я АРИСТО! Вот почему я не могу быть графом?
— Потому что чтобы стать аристо — тебе нужна бумажка от Имперского геральдического совета, а еще герб и родовой сказ, — великодушно объяснил я, — А пока у тебя всего этого нет — ты никакой не аристо. Ты одарённый холоп, вот что. А таких у нас в Империи сразу убивают. И если ты продолжишь ныть вместо того, чтобы рассказывать — клянусь, я немедленно вынесу тебе приговор и приведу его в исполнение. Так что отвечай — ты кто такой вообще? В смысле, как тебя звали до того, как ты сам себя назначил графом Слизняковым?
— Савва я, барин, — вздохнул парень, — Савва Саввович, по батюшке.
Я кивнул:
— Славно. По крайней мере, вижу, что Душеведовы давали свои холопам нормальные имена. Так что повезло тебе, Савва. Если бы ты принадлежал Цветковым — был бы каким-нибудь Лютиком.
— Душеведовы — хорошие господа, — согласился Савва Слизняков.
— Оно и заметно. Вижу, что ты парень дерзкий. Тебя явно мало на конюшне пороли…
— У Душеведовых вообще не порют, — обиделся Савва.
— Это уважаемо. А твои друзья кто?
— Роза, она была холопкой Цветковых, — Савва кивнул в сторону рыжей девки, — А вот та, которую вы за волосы таскали — Ромашка, ихняя же. А вон этот, который без сознания — Попарок. Так его звать. Он Взвешиным принадлежал. А потом нас всех купил Орден. И привёз сюда.
— И…? Дальше давай.
— А что дальше? Ну, жили мы тут. Кормили нас хорошо — сыр местный вкусный, опять же рыба…
— Плевать на сыры и рыбу, — перебил я, — Чем вы здесь занимались? Вы работали на этой промзоне?
— Работали? — Савва растерялся, — Да вроде нет, барин. Совсем не работали. Мальтийский Орден — добрые христиане, они нас работать не заставляли. Мы тут просто жили. Кушали, в городки играли. Еще в шашки, еще нам книжки читали. Роза вон грамоту знает, она нам всем сказки читала…
— Короче говоря, это не промзона, это пионерский лагерь, — подытожил я, — Дальше давай. Откуда у тебя магия?
Савва растерянно развёл руками:
 
— Да не знаю я, барин! Сама появилась. Но не сразу, конечно. Я-то здесь уже пару месяцев. Нам какие-то лекарства давали. Еще иголками кололи. Вот магия и взросла…
— Магия не может сама взрасти, — жестко произнёс Кабаневич, — Это абсурд. С магией можно только родиться. Магия требует наличия чакр и астрального тела. Холоп не может стать магом!
Я насмешливо глянул на Кабаневича:
— Ого, герцог. Вот уж не ожидал, что вы такой ретроград. Мне всегда казалось, что вы человек просвещенный, открытый новому…
— Я на самом деле открыт новому, князь, — несколько раздраженно ответил Кабаневич, — Но холопу не стать магом, поймите. Это противоречит самой сущности магии.
— А как же тогда мой Дрочило, ставший бароном Рукоблудовым?
— Это другое, — нахмурился герцог, — В случае вашего Дрочилы проявилась древняя магическая кровь, текшая в его венах. А эти холопы — непонятно что. В любом случае, я уверен, что ни у Саввы, ни у этой Розы и остальных никаких магов в роду не было.
— С этим я согласен, — кивнул я, — Только факты налицо, герцог. Мальтийский Орден накупил себе холопов и каким-то образом вывел из них полноценных магов. Вон поглядите, как тот парень регенерирует. У него магия полноценная, не как у моего Дрочилы!
Я указал на высокого мужика, которого Савва назвал Попарком. Попарок, вырубленный мощным ударом моей телохранительницы, уже полностью оклемался и теперь встал на ноги.
— Арум, тащи его сюда, — приказал я.
Лейб-стражница притащила мне Попарка. У этого на серой робе было нашито число «22».
— Что означают эти цифры на одежде? — поинтересовался я у Саввы, — Ты же знаешь, что такое цифры, я надеюсь?
— Читать не умею, а цифры знаю, барин, — признался Савва, — Вот только, что они значат, не скажу. Тут каждому из нас свою цифру дали. Я так понимаю, кто раньше приехал — у того и цифра меньше. Меня, например, сюда пятым привезли. И я до сих пор живой! А вот из тех, кто со мной приехал, многие померли…
— Померли? От чего померли? Ты же говоришь, с вами тут хорошо обращались.
Савва на этот раз потупил взор, зато мне ответил Попарок:
— Закурить дай, барин. Я уже неделю без табака. И я тебе всё расскажу. А Савву не спрашивай. Он глуп. Он себя бароном Слизняковым возомнил!
Савва на это что-то пробурчал и ткнул Попарка кулаком под ребра.
— Не ссорьтесь, мужики, — посоветовал я, — Герцог, есть у вас табак?
Кабаневич достал сигару, раскурил её и протянул Попарку.
Попарок затянулся и закашлялся:
— Хороший табачок. Прямо ух!
— Выкладывай давай, — потребовал я.
Попарок оказался человеком деловым, так что сразу перешёл к сути:
— Я тысячу рублей хочу. Дай мне их, тогда всё выложу, как есть.
— Чего? Тысячу рублей?
Для меня сумма была просто смехотворной, но Попарку она очевидно казалась целым состоянием. Я достал бумажник, извлёк из него купюру с портретом Павла Вечного и сунул Попарку:
— Держи. А теперь рассказывай. И смотри, чтобы я не пожалел, что заплатил за твой рассказ.
Попарок сунул купюру в карман робы, потом еще попыхтел сигарой и только потом произнёс:
— Рассказывать особо нечего, барин. В общем, Мальтийский Орден скупал холопов, по всей России. Потом вёз нас сюда. Тут мы жили, нам давали какие-то таблеточки, кололи какие-то укольчики. И у нас магия просыпалась. Но не у всех. Некоторые померли, их магия разорвала. Как по моим прикидкам, человек полсотни померло. А еще у нескольких дюжин магия проснулась. Так мы и стали магами.
— И где твои несколько дюжин? — я обвёл рукой мёртвую промзону, — Я вижу только четверых.
— Так увели их, — пояснил Попарок.
— В смысле? Кто увёл? И где рыцари Ордена, которые вас сторожили?
— Рыцари все уехали, — ответил Попарок, — Еще неделю назад. Всё тут разломали, и все сбежали. Один из них предлагал вроде нас всех убить. Но другой сказал, что это не по-христиански. Так что они долго спорили, но потом решили нас не убивать. И просто уехали. И доктора, которые нас иголками кололи, тоже уехали.