Во все Имперские Том 8. Рюрик (СИ)

— Ох… — принцесса потупила глазки и улыбнулась.
Узнаю старую милую Ладу.
— Я просто должна скрывать наш брак, чтобы никто при дворе не злился от того, что канцлером назначили Нагибину, так? — уточнила принцесса.
— Именно, — подтвердил я, — Умничка. Собственно, запомнить тебе надо две вещи. Во-первых, на троне официально твой брат Павел Павлович Стальной. А не ублюдок из другого мира. Во-вторых, канцлером он назначил свою сестру Багатур-Буланову, а не мою жену Нагибину. Это должно снять все вопросы. Тем более что официально я женат на француженке дю Нор, и попы раскроют твоё инкогнито, лишь когда я их попрошу.
— А когда ты попросишь?
— Когда узурпатор подохнет, вот когда, — сообщил я, вливая в себя горячий кофе, — А может и раньше. В любом случае, самозванец нам сейчас нужен. Если он скопытиться сейчас — власть упадет в руки Алёны Оборотнич, а то и сектантов с их Гностическим Либератором. Меня не устраивают эти варианты. Так что ты должна быть мила с самозванцем. Представь, что этот кусок дерьма — твой братик. Не выступай против него открыто. Но тайно…
— Тайно я должна готовить его свержение, — кивнула принцесса.
— Да. Я же говорил — ты умничка. И это не пустая похвала, жена.
— Так что будет с моим братом, с настоящим Павлом Павловичем? — повторила принцесса свой вопрос.
— Мы его спрячем, — пояснил я.
— Да, но Кабаневичи…
— Я не собираюсь отдавать твоего брата на расправу Кабаневичам, — заверил я принцессу, поглядев ей прямо в глаза, — Он же теперь мой шурин. Что я, убью собственного шурина что ли?
— А когда самозванец падёт…
— Когда самозванец падёт — мы посадим Павла Павловича на престол, — пообещал я.
— А твои претензии на трон?
— А я от них не отказываюсь, — пожал я плечами, — Но я не собираюсь решать этот вопрос через кровь, моя госпожа. Будем говорить слова, когда придёт время, а не устраивать смертоубийство. Тем более, что твой брат, уж извини, занимать трон не хочет…
— Он СЕЙЧАС не хочет занимать трон, — надулась принцесса, отшвырнув от себя ложку, которой она только что зачерпнула мёд.
А вот это уже новая Нагибинская Лада. Сейчас начнется…
— Так и я СЕЙЧАС не хочу занимать трон, — примирительно ответил я.
— Мда, но если ты захочешь его занять в будущем — ты будешь ничем не лучше Павла Стального. У тебя нет прав!
Мне сейчас меньше всего хотелось продолжать развивать эту скользкую тему, так что я просто проигнорировал выпад принцессы и достал смартфон:
— Давай свой кошелёк, любовь моя.
— Кошелёк?
— Именно. Ты же не забыла, что я когда-то обещал тебе два миллиона рублей с продажи короны Чудовища? Я свое слово держу. И деньги тебе понадобятся.
Принцесса принялась копаться в своем новом смартфоне, его ей вроде притащили Кабаневичи еще вчера. Я же с наслаждением созерцал сумму на своем счету:
31 742 333 рубля 
Да, почти 32 ляма. Самозванец сдержал свое обещание — плюс тридцать миллионов упали мне в кошелёк еще ночью.
Впрочем, с двумя миллионами мне уже сейчас придется расстаться… Принцесса продемонстрировала мне свой QR-код, я перевёл ей деньги.
— Это бабло, разумеется, следует использовать с умом, как я и говорил, — напомнил я принцессе, — Например, на подкуп. Ну а со своими Багатур-Булановыми просто поговори. Расскажи им, что на троне узурпатор. Подготовь их, прогрей, так сказать. Нам нужно сложить вокруг Павла Стального огромный костёр, чтобы в нужный момент поднести спичку и сжечь его ко всем хренам. Уверен, что ты справишься. Если нужны будут еще деньги — звони…
Принцесса вдруг нервно закусила губу:
— Ох… Послушай, у меня же есть и мои собственные счета, на моё имя. И снова став полноправной принцессой, я получу к ним доступ. Так что эти два миллиона…
— Не о чем говорить, — махнул я рукой, — Я обещал — я отдал их тебе. Я всегда держу своё слово, золото моё.
— А что если узурпатор просто меня убьет? — все еще явно нервничая, спросила Лада.
— Не посмеет. Я ему нужен, ему нужны пилюли. И к тому моменту, как он их получит — ты уже должна окружить его кольцом врагов. Чтобы его паранойя стала реальностью. Этот ублюдок такое точно заслужил.
 
— А мне…
— Действуй через нашу ложу, — посоветовал я, — Используй её, как базовую структуру для заговора. У нас в стране уже есть консервативные масоны, есть радикальные, есть либеральные. А мы станем… Ну скажем, «масонами-варягами». Почему бы и нет?
— Почему «варягами»? — напряглась принцесса, — Потому что хотим вернуть престол потомкам Рюрика? То есть тебе? Так?
— Не, ну что ты… Просто звучит внушительно.
— Не пудри мне мозги, Нагибин…
— Ну ладно, ладно, — я просто в очередной раз махнул рукой, — Название придумай сама. И будь со всеми милой при дворе. Этого хватит для хорошего годного заговора. В конце концов, с одной стороны у нас есть милая девушка с безупречными манерами, то есть ты. А с другой — Павел Стальной, параноидальное хамло, попаданец из другого мира, у которого манеры чуть лучше, чем у меня. Очевидно, что любой магократ, если он в своем уме, будет слушать тебя, а не его. Так что узурпатору конец, я уверен, он обречён. Главное — не лезь к Лейб-Стражницам, вот эти непробиваемы в своей тупорылости. Они будут защищать Императора, даже если его заменит пчела-попаданец…
— Кто? — принцесса хохотнула.
— Пчела-попаданец, — пояснил я, — Не читала Рыбаченко? А, ну да… Ладно, забудь, любовь моя. Кстати, я хотел инициировать тебя, как Великого Волхва нашей ложи. Вроде же именно он отвечает за вербовку новых членов и пропаганду…
— Инициировать, мда? — принцесса снова закусила губу.
Губки у неё были пухлыми, так что выходило это движение довольно милым. Вот только в глазах у девушки сейчас метался гнев.
— Ну да, инициировать. А в чём собственно дело?
— Ты забыл, кто будет меня инициировать? Забыл, кто глава нашей масонской ложи? — принцесса теперь смотрела на меня так, что её взглядом можно было ложки плавить.
— Эм… Ну да… Великий Дракон у нас Маша…
— Почему она до сих пор жива, муж?
— Так это…
— ПОЧЕМУ. ОНА. ДО. СИХ. ПОР. ЖИВА?
Принцесса вскочила на ноги так резко, что опрокинула чашку с кофе, напиток пролился на пол…
— Она пыталась убить моего брата, — страстно проговорила Лада, — Она должна умереть, муж.
— Но…
— Никаких «но». Или Маша умрёт, или все наши договоренности разорваны. Или я поеду сейчас ко двору и буду верно служить Павлу Стальному, Нагибин!
— Любовь моя…
— Я не твоя любовь. Не вместе с Машей. Её ты тоже называешь «своей любовью»?
Я внимательно смотрел на Ладу. Кажется, еще секунда — и она воспарит в потоках тьмы и гнева, прямо как Алёна Оборотнич. И я понимал, что это не ревность. Даже не кодекс чести АРИСТО. Нет, это хазарская Багатур-Булановская кровь играет. Я такое уже видал. И у Младшей Лады, и у того Багатур-Буланова, который пытался меня нахлопать у Петропавловки… А с горячей горской кровью хрен что поделаешь.
Ладой овладело нечто очень древнее, возможно то самое, благодаря чему Багатур-Булановы в свое время перебили всех врагов и захватили власть над крупнейшей страной мира. И перечить ей было сейчас бесполезно. Она будет лютым врагом для Павла Стального, она поможет мне убрать его. В этом я не сомневался. Но если она станет моим врагом …
— Ну хорошо, — произнес я, — Ладно. Ты победила.
— Когда Маша умрёт?
— Сегодня же. Хочешь присутствовать при её казни?
— Не хочу, — брезгливо поморщилась Лада, — Просто дай мне слово магократа.
— Нуууу…
— Слово магократа! — потребовала принцесса, впившись ногтями в стол так, что на пластике остались вмятины.
— Ну хорошо. Слово магократа. Что Маша умрёт. Сегодня.
Еще несколько секунд мы играли в гляделки, потом принцесса вдруг разметала посуду на столе, залезла на этот стол и, склонившись ко мне, бросилась меня целовать.
Ну понятно. Еще одна поехавшая, которую заводит насилие.