(не) полюби дьявола

Одна. Совсем одна. И если он ее убьет, никто об этом даже не узнает… Потому что ее некому искать.
Тори помнила, как Винсент тащил ее за волосы по лестнице… Как останавливался и запускал свою мокрую ладонь за корсаж, грубо хватая грудь и сжимая ее до боли. И какое чувство отвращения она испытала. Помнила, как он затянул ее в спальню, повалил на кровать.
Помнила все свои тщетные попытки к бегству, когда Винсент ловил ее возле дверей…
И сумасшедшие избиения…
Синяк ведь был не только на лице. На нежной коже, спрятанной под одеждой, были следы похуже… Фиолетово-синие…
Тори помнила, как мужские руки сжимались вокруг ее шеи…
А потом в дверях появилась служанка. Герта.
– Милорд, вас внизу ожидает гость. Говорит, что дело не терпит отлагательств, – заикаясь, прошептала служанка.
Хватка Винсента ослабла.
– Иди отсюда! – прошипел он, не поворачивая голову к двери. – Я приду через минуту.
Тори понимала, что слуги не посмеют сказать и слово против хозяина.
– Мы поиграем с тобой по-другому, милая Виктория, – усмехнулся тогда Винсент и убрал руки с ее горла. – Ты останешься здесь, пока не получишь свое наследство, и мы не поженимся, – он провел пальцем по ее разбитой губе. – Ты очень понравишься моим друзьям, но будешь любить только меня.
Тори зажмурилась. Слезы текли по ее щекам.
Я не сдамся. Не сдамся. Я что-нибудь придумаю. Я лучше умру. Да простит меня Бог.
Она до сих пор не понимала, откуда граф Черлтон узнал о завещании Альберта. Но его план привел ее в ужас. Завладеть ей, удерживать насильно, чтобы жениться на ней! А что же с ней будет, когда она получит наследство? Он же просто избавится от нее! Словно она вещь. Притом ненужная вещь.
– Мы доиграем, когда я вернусь, – оскалился он, направляясь к двери.
И Тори услышала, как в замке повернулся ключ.
От бессилия и боли девушка упала на кровать и заплакала.
Она не понимала, сколько прошло времени, прежде чем услышала, как кто-то открывает ключом дверь спальни.
Винсент. Он вернулся.
Страх сковал девушку, и она пыталась глазами найти орудие для своей защиты.
Дверь тихонько приоткрылась, и показалась голова горничной, которая заходила сюда ранее.
Вид у девушки был испуганный.
– Мисс, вам надо бежать. Граф – страшный человек, – в глазах девушки застыл ужас, вероятно, ее поразила картина, свидетельницей которой она недавно стала. – Я помогу вам.
– Но почему? – прошептала Тори, не понимая, почему служанка так рискует, оказывая помощь.
– Однажды я испугалась и не помогла одной леди, мисс… И жалею об этом до сих пор.
– О чем ты говоришь? Я такая не одна?
Герта потупила взор и замолчала.
Не спрашивай больше ни о чем. Прими помощь девушки.
Человек, как граф Черлтон, с его связями, найдет ее везде… И эта мысль о побеге в секунду показалась Тори безумной. Ведь если Винсент ее найдет – он превратит ее жизнь в ад.
– Он найдет меня. Мне некуда идти, – прошептала обреченно Виктория.
– Я знаю, где он не станет вас искать, мисс, – произнесла Герта и попыталась улыбнуться. – У своего врага.
– Врага?
– Да, герцога Кроуфорда.
– Но…
– Не спрашивайте, мисс, потому что я вам все равно не отвечу, – служанка отвернулась, но Тори успела уловить сожаление, промелькнувшее в ее глазах. – Но вы должны спрятаться, мисс. Спрятать вашу красоту.
– Но я не…
– Послушайте, – Герта аккуратно дотронулась до руки Тори. – Рискуете не только вы, но и я… Если граф Черлтон вас найдет и поймет, кто вам помог – мне не жить.
Викторию настолько поразили слова девушки, что она смогла лишь кивнуть.
– Но что мне делать?
Герта посмотрела на синяк на лице, который становился все ярче и ярче с каждой минутой. Потом осмотрела саму Викторию с ног до головы.
– Переодеваетесь в парня, мисс. С вашим ростом и хрупким телосложением вы не будете выделяться. А еще ваше лицо… – служанка замолчала, но Тори и так поняла все без слов. Потому что левая сторона лица болела просто безумно.
– Но где мы возьмем мужскую одежду?
– Я найду ее. Возьму у кого-нибудь из слуг.
 
– Спасибо, – Виктория обняла служанку. Маленькая хрупкая девушка засмущалась от этих объятий.
Если она так рискует… Неужели я испугаюсь? Возьми себя в руки, Тори! Герта рискует точно так же!
– Я скоро вернусь! – прощебетала быстро Герта и бросилась к двери. Уже на выходе она остановилась и смущенно добавила: – Мисс… Ваши волосы… Они очень длинные…
– Я поняла тебя, – Виктория улыбнулась, но сразу же поморщилась от боли. Скула, куда Винсент нанес удар, болела до ужаса.
Она вспомнила наставления Герты о том, чтобы герцог тоже не догадался, что она девушка. На вопрос «почему?», она так и не ответила. Но в тот момент Тори пообещала себе, что заберет ее с собой в Ирландию, где она будет не служанкой, а подругой.
Виктория очнулась от воспоминаний.
Только сейчас она поняла, что одна ее рука лежит на груди, а по щекам текут слезы. От страха, от боли, от обиды…
Несколько потрясающей красоты цветков она вырвала вместе с сорняками… Это еще больше расстроило девушку.
Когда думаешь о плохом, уничтожаешь все прекрасное, не замечая этого…
Глубоко вздохнув, она вытерла слезы рукавом, пообещав себе, что обязательно все выдержит.
Дэймон слушал кузена, рассказывающего ему о новых достижениях в судоходстве, и смотрел на своего садовника.
Плачущего садовника.
Неужели, если тебя отчитал работодатель, необходимо плакать? Он же мужчина, в конце концов!
Хант нахмурился, увидев, как Тони приложил руку к груди.
У него больное сердце?
Почему-то он следил за юношей. Возможно, почувствовав родную душу…
Дэймон лучше всех знал, что такое жестокость. Его зачали в жестокости, воспитывали в жестокости, прививали ему жестокость. И за это он ненавидел отца. Ненавидел его за то, что он сделал из сына свое подобие… Ненавидел деда. Потому что старик все видел и ничего не сделал. Он даже не смог спасти свою дочь!
И однажды Дэймон сбежал. От отца, от жестокости… Но было уже поздно. Он не смог поменяться. Не смог стать НЕ ТАКИМ. Он путешествовал по континентам, пытаясь научиться самообладанию, а не саморазрушению… Но научился только контролю.
Но иногда его сущность все равно брала над ним верх, даря чувство удовлетворения лишь на мгновение… А потом Дэймон снова себя ненавидел. И снова пытался.
Пытался стать другим.
– Если ты не прекратишь смотреть на своего садовника, Дэй, я отвезу тебя к Шервурду сам, – уже серьезно сказал Дрейк. – Ты увидишь их развлечения и больше никогда не будешь рассматривать своих слуг. Лучше смотри на служанок.
Дэймон поморщился от отвращения от слов кузена.
– Я смотрю на него, потому что парнишка плачет.
Гордон тут же повернул голову и тоже посмотрел на Тони.
– Может, у него большие проблемы? Я думаю, навряд ли он станет переживать по поводу того, что ты повысил на него голос.
– Мальчишку избивал отчим. Он сбежал, – сообщил кузену Хант.
– А, так ты нашел родственную душу! Хочешь примерить роль отца? Взять под свое крыло?
– Нет.
– Ну и правильно. Ты не тот человек, кто может научить парня правильно и достойно жить, Дэй. Тебя самого надо учить.
– Абсолютно согласен, Дрейк. Абсолютно… – сказал Хант и снова взглянул на Тони задумчивым взглядом.
 
Глава 6
 
Прошло уже четыре дня, как Тори стала садовником герцога Кроуфорда. И она была в ужасе от того, что происходит в доме с наступлением темноты…
Каждый вечер герцог приходил домой с женщиной, иногда не с одной…
Тори, как и все слуги, слышала крики, доносившиеся со второго этажа.
Сперва, по своей глупости и неопытности, она думала, что герцог бьет женщин, раз они так кричат… Но Грегори, расхохотавшись, объяснил ей, что они кричат от удовольствия.