Путь (СИ)

Так же все эти иммунные специалисты не использовали никакую страховку. Даже каски были не у всех.
— У нас голова крепче, чем эти пластмаски, — рассмеялся Валунин. — Так сказали строители, когда Порохов сделал им замечание за несоблюдение техники безопасности.
— И в чём они не правы? — согласился я с рабочими.
— Вот потому теперь никаких касок на стройплощадке и нет, — подытожил майор.
Тем временем мы прибыли в санчасть, которая представляла из себя несколько полевых медицинских палаток.
— Только не задерживайся тут, Ларионов, — сказал Валунин, когда я выходил из машины. — Совещание через полчаса. Штаб — вон там, — он показал рукой на небольшой холм, на вершине которого стояло непохожее на остальные здание.
— Спасибо, я успею, — ответил я, направляясь к ближайшей палатке, табличка на которой говорила о том, что это приёмная.
Под звук отъезжающего УАЗа, я вошёл внутрь. Пациентов здесь не было. Только врачи, среди которых я быстро отыскал Анну Степановну и сразу же направился к ней.
— Нисколько не сомневалась, что вы, Максим, заглянете навестить девушек, — без улыбки встретила меня Анна, на бедже которой значилось, что она главврач на базе «Сибирская». — Вы всегда трепетно относились к сослуживцам.
— Здравствуйте, Анна Степановна. Как они? — сходу задал я вопрос.
— Здравствуй, Максим. Ольга стабильна, — ответила главврач. — Идёт на поправку. А с Марией всё сложно. Она…
— Что с ней? Не тяните, — помня, что Анна никогда не говорит загадками, я сразу же понял, что что-то не так с «Милахой».
— Мария в коме, Максим, — тяжело выдохнув, ответила Анна. — Она умирает. И в этот раз мы не в силах ей помочь. Ни традиционная медицина, ни наши целительницы.
  
Глава 5
 
Неизбежность
 
Узнав, что «Милаха» в коме, я сразу же направился к ней. Причём я даже не уточнил у Анны Степановны, где именно девушка находится. Тем не менее, её палатку я угадал с первого же раза. Словно что-то незримое меня привело к ней.
Мария лежала на многофункциональной кровати. Медицинская аппаратура рядом с ней постоянно сигнализировала об изменениях в её организме. Но громче всех, разумеется, шумел аппарат ИВЛ, помогавший девушке дышать.
Кроме сложной системы жизнеобеспечения, к которой была подключена девушка, бросались в глаза аппараты Илизарова на её обеих ногах. Похоже и впрямь переломы у неё были очень серьёзными. Такими, что даже целительницы не смогли их залатать.
При первом же взгляде на «Милаху» я снова услышал знакомый мне шёпот:
— Максим, найди меня.
Вот только прозвучал он очень тихо, буквально на грани слышимости. Тем не менее эмоции, которые этот шёпот каждый раз вызывал во мне, и сейчас были такими же, как всегда. Мне даже показалось, что он помог мне собраться с мыслями при виде лежащей в коме Марии.
— Опять услышал шёпот? — произнесла Анжелика, которая находилась в этой же палатке.
Она сидела на пластиковом стуле в левом от входа углу. Поэтому я её не заметил, когда вошёл сюда.
— Да. Но это сейчас неважно, — перевёл я взгляд на «Еву». Та выглядела усталой. И синяки от недосыпа под её глазами были тому подтверждением. Похоже, в отличии от меня, этой ночью она спать так и не ложилась. — Анна Степановна сказала, что никто не может «Милахе» помочь. Да же ты. Это правда?
— Всё так, — кивнула Анжелика. Затем она достала из кармана халата энергетический батончик, быстро развернула, один раз укусила, а после вернула его обратно. — Хирурги собирали её кости буквально по кусочкам. Примерно пару часов назад закончили операцию. Я и другие целительницы помогали сращивать и укреплять повреждённые конечности и рёбра. Мы смогли почти полностью восстановить её руки. Даже ортезы не понадобились. А вот с ногами ничего не вышло. Поэтому пришлось прибегнуть к традиционным методам.
— Почему не вышло? — удивился я. — Как это возможно?
— Сначала мы думали, что это из-за сломанного позвоночника, — Анжелика поднялась со своего стула и подошла поближе к кровати «Милахи». — Но позже мы выясни, что ошиблись. Причина скрывалась в её энергетическом теле.
  
— Оно снова начало умирать? — вспомнил я про недуг Марии, который появился после того, как астероид взял девушку под контроль.
— Её энерготело и не переставало умирать, — «Ева» снова достала и откусила свой батончик. — Но мне удавалось замедлять этот процесс. Настолько, что у нас была возможность годами искать лекарство. И Мария всё это время могла бы нормально жить. Но теперь болезнь начала стремительно прогрессировать. Она очень быстро пожирает её энергетическое тело и я ничего не могу сделать с этим. Никто не может.
— Не может этого быть, — не мог я поверить, что невозможно помочь «Милахе». — Аномальная зона — это же, как говорит астероид, система. А систему можно взломать. Да элементарно ты поднимаешь уровень и без труда исцелишь её недуг.
— Возможно, — покачала головой Анжелика. По её виду можно было сделать вывод, что она готова была расплакаться. Но не делала этого по той простой причине, что была измотана и морально истощена. Я вообще ни разу не видел её настолько безэмоциональной. — Не спорю, что мои силы увеличатся со временем и я смогу лечить даже безнадёжно больных. И Ван Ваныч об этом говорит. Но когда это будет? За три дня я точно не успею набрать столько сил.
— Три дня? — эта новость меня буквально ошарашила. — Столько «Милахе» осталось?
— Может, четыре. Или пять, — предположила «Ева». — Не забывай, что мы столкнулись с неизвестной болезнью внеземного происхождения. Что-то прогнозировать сейчас бесполезно.
— Неземная, говоришь? — задумался я. — Значит и действия нужно предпринимать соответствующие.
— О чём ты? — не поняла меня Анжелика.
— Кто у нас специалист по всему внеземному? — задал я наводящий вопрос.
— Знахарь? — догадалась «Ева». — Ван Ваныч?
— Ещё теперь Эрдэни у нас есть, — кивнул я. — Кстати, где она? Ты устроила её, как я просил?
— Не вышло, — тяжело вздохнула целительница. — Она в соседней палате с Ольгой. Ночевала даже там. Не хочет отходить от неё ни на шаг.
— Понятно, — я было хотел отправиться за Эрдэни, чтобы попросить её осмотреть «Милаху», но в этой момент визор сообщил мне, что совещание у Порохова начнётся через пять минут. И по этой причине все мероприятия по оказанию помощи девушке придётся ненадолго отложить. — Так, «Ева». Даю тебе пару часов на отдых. Поспи, попроси девчонок, которые умеют восстанавливать силы, зарядить тебя энергией. А после снова встречаемся здесь. Договорились?
Анжелика молча кивнула и двинулась к выходу. Я последовал за ней. Но прежде, чем мы покинули палатку, я снова услышал шёпот: «Найди меня!» И даже увидел едва видимый световой шлейф, который тянулся от меня до «Милахи», а затем скрывался за стенами.
«Ева», похоже тоже увидев это шлейф, обернулась и вопросительно посмотрела мне в глаза.
— Свет какой-то тусклый стал, — тихо произнесла она. — Если Мария… — Анжелика сделал паузу, не решившись произнести слово «умрёт» вслух. — То, скорее всего этот свет вовсе погаснет.
Покидая медчасть, я поймал себя на мысли, что переживаю не только из-за того, что Мария может уйти навсегда. Но и из-за того, что вместе с ней может замолчать та, которая просит, чтобы я её нашёл. А, если это случится, то я могу её уже никогда не отыскать.
Поняв это, мне стало не по себе. Как я могу вообще переживать из-за той, кого даже не знаю? Из-за той, кого не понимаю, зачем в принципе искать?
Тем не менее, как бы я не гнал от себя эти мысли, избавиться от них я не мог. Я и впрямь боялся, что никогда больше не услышу её шёпот. Шёпот, который, как подсказал мне «Ключ», вызывает во мне чувства, схожие с любовью к своей матери. Чувства, которых мне раньше испытывать никогда не доводилось.
И оттого мне казалось очень важным пройти путь, который указывает мне световой шлейф.
* * *
Холм, на котором располагался штаб, был невысоким. Но склоны его были довольно крутыми. Поэтому новая асфальтированная дорога огибала по восходящей всю возвышенность, прежде, чем упиралась в само здание штаба.