Путь (СИ)

— Нет, спасибо, я лучше всё-таки с Натальей пообщаюсь, — тем временем я уже нашёл девушку взглядом, а она с интересом наблюдала, как я спорю с Леонидом.
— Тогда может я вам просто заменю визор? — не сдавался Леонид. — У нас как раз появились новые модели с более мощными комплектующими.
— Лёнь, пропусти уже Максима, — Наталья не выдержала и подошла к нам. — Не бойся, он не съест меня.
Леонид с недоверием посмотрел сначала на меня, потом на девушку.
Не дождавшись ответа начальника, Наталья потянула меня за руку и мы, успешно миновав растерявшегося Леонида, последовали к её рабочему столу.
— Не обращай внимания на Лёню, — с улыбкой произнесла Наталья. — Он меня ревнует к каждому столбу.
— Вы встречаетесь? — задал я логичный вопрос, садясь на свободный стул возле её стола.
— Нет, — рассмеялась девушка. — Я вижу, что он не ровно дышит ко мне, но никаких серьёзных действий не предпринимает.
— А мне он показался смелым, — удивился я. — Может, тебе самой сделать первый шаг?
— Ну уж нет, — покачала головой Наталья. — Я не собираюсь ему облегчать задачу, — затем улыбка на её лице пропала. — Дай угадаю, ты пришёл спросить по поводу протокола «Спокойствие»?
— Как ты догадалась? — приподнял я брови.
— А что тут догадываться? — девушка активно заработала пальчиками по клавиатуре. Затем на экране одного из четырех мониторов, что стояли на её столе, появилось небольшое окошко с тремя строками логов. — Вот, смотри сюда, — показала она на последнюю строку. — 9:23. Инициатор — Васильев Михаил Игнатьевич. Цель — Ларионов Максим Александрович, — после она повернулась ко мне. — Что-то ты долго шёл ко мне, Максим. Я думала, что ты поднимешься в наш отдел сразу после совещания.
— Я так и планировал. Но возникли некие трудности, — не отрывал я взгляд от строк на экране. Судя по их описанию, все они появились за последние три дня. И в двух из них фигурировал никто иной, как Васильев. — Ты не хочешь мне объяснить, что же такое случилось? Протокол «Спокойствие» — это вообще что?
— Боюсь, что большего я не вправе рассказывать тебе, — тяжело вздохнула девушка и застучала красивыми ноготками по столу. — Это совершенно секретная информация. Просто помни, что это такая палочка-выручалочка на крайний случай.
— Наташ, — серьёзно посмотрел я ей в глаза. — Ты это брось. Мне подобные секреты уже порядком поднадоели, — вспомнил я, как от нас скрыли присутствие нескольких секретных объектов на территории плато Путорана. — Но, если тебе будет спокойнее, я вроде как заместитель командира этой базы. Как думаешь, какой у меня допуск к секретности?
— Наталь, давай выкладывай всё, — вдруг услышал я голос «Пороха». — Мне тоже интересно послушать.
Я сразу же начал озираться по сторонам, пытаясь найти командира взглядом. Но затем понял, что услышал его голос в голове. И, судя по выражению лица Натальи, она тоже его услышала.
— Вот так здесь всё время, — нахмурилась девушка. — Порохов видит и слышит абсолютно всё, что происходит в штабе. Словно мы не люди, а его личные шпионские устройства для наблюдения. Я иногда даже прям чувствую, как он смотрит моими глазами.
— Мне это знакомо, — уловив дар Порохова, я глянул его глазами. Тот стоял возле стола в полном одиночестве и смотрел на карту. Видимо его посетители уже удалились. — В бою очень помогает оценивать обстановку. Много раз нас это выручало.
— Я не спорю, — закивала Наталья. — Здесь, в штабе, благодаря этому тоже работа кипит. Но постоянно чувствовать себя под тотальным надзором — такое себе.
— Я жду, — снова раздался в моей голове голос «Пороха». — Так что там за «Спокойствие»?
— Это… — неуверенным голосом начала отвечать девушка. Но затем снова засомневалась, что следует об этом рассказывать. — Ребят, Кудрин с меня три шкуры сдерёт, если я вам об этом расскажу.
— С Кудриным я всё улажу — это раз, — заявил Порохов. — И, если ты вдруг забыла, он тебе больше не начальник — это два.
— Ох, под статью меня загоните, — слегка разнервничалась Наталья. — Ну ладно. Сейчас всё расскажу. Вы же от меня всё равно не отвяжетесь, да?
  
— Разумеется, — кивнул я.
— Протокол «Спокойствие» — это внедрённая в визор способность одного из сотрудников особого отдела, — девушка говорила почти шёпотом. — Кудрин приказал её встроить в визоры некоторых силовиков проекта «Вторжения». На случай, если те попытаются выйти из под контроля.
— Да ты что? — ухмыльнулся «Порох». — Кудрин опасался, что его солдаты пойдут против него же?
— В подробности он не вникал, — ответила девушка. — Просто приказал внедрить эту функцию тем, кто, по его мнению, представляет особую опасность.
— Ты это сделала тогда, когда без спроса брала мой визор? — вспомнил я, как однажды после пробуждения не обнаружил своих очков и пришлось идти за ними в отдел КИОС.
— Да, — подтвердила Наталья.
— Ясно, — продолжал я. — А что за способность ты засунула в визор? Как я понимаю, что-то влияющее на дар?
— Не просто влияющее, — пояснила девушка. — А полностью отключающее его.
— Опа! — в один голос воскликнули мы с Пороховым.
— Макс, ты сейчас подумал о том же, о чём и я? — словно забыв, что эта функция была направлена в первую очередь против нас, задал мне вопрос командир.
— Ага, — ответил я Порохову. А затем решил уточнить это у девушки. — Слушай, Наташ, а этот выключатель способностей мы сможем использовать против врагов?
— Например, против Коко Рамбо? — закончил вместо меня «Порох».
— Теоретически — да, — задумалась Наталья. — Но боюсь даже представить сколько энергии потребуется, чтобы пробить его сопротивление. В визор столько точно не поместить.
— А это уже будет забота учёных, — хмыкнул Порохов, а затем резко выругался. — Ах, Кудрин, Кудрин… Хлебом не корми, дай только свои ФСБшные проделки устроить. Но, как бы то ни было, здесь он больше помог нам, нежели навредил, — затем он хлопнул в ладоши так громко, что это услышали все, кто находились в штабе. — Что ж, вот ты и доигрался, Коко Рамбо. Хана тебе.
  
Глава 9
 
Нелегалы
 
Головной офис проекта «Вторжение».
Точное место неизвестно.
17 июня 2024 года.
Московское время — 14:26.
— Так точно, товарищ главнокомандующий. Постараемся всё выполнить в кратчайшие сроки, — произнёс генерал Захаров, держа у уха трубку телефона для внутренней связи. — Спасибо. И вам доброго дня.
Министр обороны дождался, когда президент Российской Федерации положит трубку первым. Затем, когда услышал гудки, зажал кнопку сброса, а после набрал номер министра безопасности.
— Константин Юрьевич, зайдите, пожалуйста, в мой кабинет, — негромко сказал он, когда Кожин ответил. — Нет, боюсь, что не подождёт. Жду.
Положив трубку служебного телефона, Захаров откинулся на спинку своего кресла и взял в руки рабочий планшет. Разблокировав его отпечатком пальца, принялся изучать информацию, которую для него собирает специальный отдел в министерстве обороны.
Кроме последних сводок о работе проекта «Вторжение», здесь так же были доклады командующих военными округами и последние новости из горячих точек по всему миру. А ещё постоянно пополнялись сводки по различным мировым событиям, о которых информационный отдел счёл важным доложить министру обороны. Среди таких Захарова особо заинтересовали новости о госпереворотах в ряде африканских и латиноамериканских стран. И даже в парочке государств Евросоюза произошли вооружённые захваты власти местными радикалами.
— К-хм, следовало ожидать, — усмехнулся Пётр Алексеевич, когда прочитал заявление госсекретаря США, в котором тот по своему обычаю обвинил Россию во всех произошедших мире госпереворотах.
Также пришла новость из Индии. В ней сообщалось, что зона, где недавно было применено ядерное оружие, стала непригодна для жизни даже иммунным. Любой, кто пытался зайти в неё, падал замертво уже через несколько секунд. А через минуту его тело буквально рассыпалось пылью. Та же судьба постигала и любую технику, которую отправляли в индийскую зону.