"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Он никогда в жизни не видел такой девушки. Миловидный образ, ярко выраженный боевой характер и нетипичное появление на шестом курсе. Парень глубоко вздохнул, карие глаза блуждали по всему ее силуэту, как будто слизеринец пытался создать ее мысленный образ. Понять ее чувства, реакцию. Изучить. Челюсть Сэллоу напряглась, а глаза расширились. Дыхание стало быстрым и коротким, когда воздух наполнил легкие опьяняющим ароматом ее парфюма, вызывая в нем невероятную смесь новых эмоций.
  
Раньше осаживать Себастьяна имела смелость только его однокурсница, Имельда. Кажется, ей придется уступить свое почетное место.
Имельда Рейес хоть и была самой красивой девушкой на змеином факультете, однако какого-то сильного чувства, кроме симпатии, парень к ней не испытывал. Разумеется, ему нравились их шуточные стычки. Но они были не более, чем просто дружескими перебранками.
Она обожала осадить веснушчатого перед его пассиями, коих было немало. Себастьян всегда был очень популярен среди девушек всех факультетов, но он никогда не заводил серьезные отношения с ними. Он считал, что все они не подходят ему в долгосрочной перспективе, поэтому наслаждался мимолетными интрижками. Да и за последние полгода парню было явно не до того. Все его внимание уже некоторое время заняло одно важное дело. 
По спине Эвы побежали мурашки от того, что она почувствовала, как Себастьян не на шутку разозлился ее дерзости и теперь стоял прямо позади нее. Практически вплотную, жаром дыша ей в затылок. Она собралась, улыбнулась своей маленькой победе и вновь повернулась к нему.
Яркие зеленые глаза встретились с карими. Ее темные длинные волосы ниспадали на плечи. Школьная форма в благородных зеленых цветах Слизерина смотрелась на Эве, будто сшитая на ее стройную фигурку, из-за чего девушка выглядела очень уверенной в себе.
— Что, нечего сказать, не так ли? — усмехнулась Эва. Она ткнула Себастьяна учебником в живот. — Тогда советую тебе почитать книги, это весьма расширяет лексикон, знаешь ли.
Девушка рывком вложила ему в руки свой учебник и неспешно зашагала в сторону спальни для девочек.
— Не благодари, — с ухмылкой бросила парню Эва, прежде чем скрыться за дверью.
Студенты, которые находились недалеко от них, зашептались. Имельда Рейес, соседка Эвы по комнате, подошла к Себастьяну и ободряюще хлопнула его по плечу. Парни, наблюдающие за «представлением», лихо присвистнули, не успела Эва и выйти из общежития. Они явно хотели, чтобы они оба их услышали. Победно уходя, девушка не смогла сдержать улыбки.
— Вау, Сэллоу, а она не промах! Похоже у тебя появился достойный противник. — Имельда усмехнулась и проследовала за новенькой, собираясь ложиться спать. Уже поздно, а завтра рано вставать на уроки.
Слизеринец потерял дар речи, застыв на месте, глядя на закрытую дверь. Он шумно вздохнул и попытался подумать о том, что только что произошло.
Что она хотела от меня? Поиздеваться? Может быть, это был такой странный способ узнать меня получше? 
Теперь его мозг был полон вопросов. Это было лучшее начало года, о котором он только мог мечтать. Сэллоу был очень смущен и взбудоражен ситуацией, но в то же время это было удивительное новое чувство для него.
Черт бы побрал эту девчонку… Выставила меня дураком перед всеми в первый учебный день! 
В голове парня роились двоякие мысли по поводу неё. Она вызывала восхищение, негодование и… симпатию? И все это одновременно. Будто вспыхнувший вулкан.
— Я ведь так и не узнал твоего имени… — тихо пробормотал Себастьян себе под нос, чтобы никто не услышал.
Слизеринская гостиная оживилась, взор каждого ученика был прикован к столь интересной перепалке в начале года. Не исключено, что это будет следующей обсуждаемой новостью в школе, в ближайшие две недели точно. Сэллоу это злило, он любил быть центром внимания, но явно не в таком положении.
— Чего уставились? Давно стерв не видели? — раздраженно выдал Себастьян, окинув взглядом каждого сокурсника вокруг себя.
Слова Сэллоу мгновенно подействовали на зевак, и они послушно ретировались по своим комнатам, не желая быть участниками конфликта.
Надев маску радушного парня, он последовал за остальными парнями в мужскую спальню, придумывая как отыграться на новенькой.
***
Некоторое время спустя, я начала немного осваиваться в новом для меня мире. Зелья, заклинания, волшебные существа…. И самое главное — древняя магия, текущая по моим жилам. Это так странно, ведь раньше я не верила во всю эту дребедень с мистикой и волшебством, да и подумать не могла, что когда-нибудь столкнусь с ней лицом к лицу.
Самое непонятное для меня оставалось одно — почему мои способности проявились только сейчас? Насколько я успела узнать, дети в волшебном мире поступают в школу колдовства, когда им исполняется одиннадцать, а не как в моем, так называемом, мире «маглов». В это время магия в ребенке достигает своего пика. Студенты проходят обширное изучение всех видов волшебства всего за семь лет. Для меня это было удивительным открытием, ведь я пошла в свою обычную школу на четыре года раньше, чем магические дети, и проучилась бы там еще одиннадцать лет.
Мои родители не знают о магическом мире, нам с профессором Фигом пришлось соврать им про перевод в «более квалифицированную школу», так как там, якобы, заинтересовались моими успехами и талантами в учебе. Признаться, мама с папой были удивлены подобным заявлением, ведь я училась довольно посредственно, отличаясь, разве что, на уроках рисования и в музыкальном классе. Хорошо дела шли с историей и литературой. Точные науки, увы, мне совершенно не давались, а физкультуру я просто не любила. Что ж, профессор Фиг придумал вполне складную легенду о моих выдающихся творческих навыках, и родители со спокойной душой отпустили меня с ним обучаться в другой школе, взяв с меня обещание писать им каждые выходные. 
Должна сказать, что путь до Хогвартса оказался полон приключений и опасностей. Я впервые столкнулась с гоблинами — магической расой низкого роста (я бы сравнила их с карликами из своего мира) с острыми ушами, удлинёнными ступнями и кистями. Наставник предупредил меня, что это существа со скверным характером, а магов они и вовсе недолюбливали. Это было связано с давней межрасовой враждой, о которой мне предстояло узнать на уроках истории магии у профессора Бинса.
По иронии судьбы, попав в волшебный гоблинский банк Гринготтс, нам с Фигом пришлось столкнуться с одним из них. Это был весьма озлобленный гоблин по имени Ранрок, он желал подчинить всю магию волшебников себе. Он весьма убедительно показал все свое недовольство в отношении магов к их расе. Судя по всему, второго восстания между нами не миновать…
Нам с профессором чудом удалось избежать потасовки с Ранроком. И вот я здесь, в школе чародейства и волшебства. Пытаюсь нагнать сверстников в обучении волшебству, и, из-за чего весь сыр-бор, обуздать древнюю магию.
***
Прокручивая в голове пережитые события, я лениво потянулась в кровати. Гам, стоящий с самого утра в женской спальне, вырвал меня из столь долгожданного сна. Я безумно радовалась, что вчера после отбоя меня никто не трогал, усталость дала о себе знать. Заводить знакомства после такого мне совершенно не хотелось. Но сегодня придется проявить дружелюбие.
— Эй, новенькая, поторопись, иначе опоздаешь на первый урок и рискуешь получить выговор! — воскликнула красивая девушка с темными волосами, собранными в аккуратный хвост. Кажется, это она вчера подтрунивала над Себастьяном, с которым у нас произошла маленькая перепалка при знакомстве.
  
Брюнетка подошла ко мне и поджала губы, скрестив руки на груди.
— У меня есть имя, — недовольно отозвалась я, неохотно поднимаясь с постели.
Послышался едкий смешок.
— Вот как. И какое же? — Моя собеседница вопросительно выгнула бровь.
— Меня зовут Эва Стоун, — представилась я, стараясь, чтобы голос звучал менее враждебно. Такое внимание к своей персоне всегда раздражало меня.