"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Всё бы было красиво, если не снующие везде побеги и не равнодушный взгляд вивисектора. Побеги на горле немного расслабились и также резко исчез часть паралича, позволяя мне говорить. Я глубоко вдохнул и постарался изобразить недоумение:
— Не знаю, о ком вы говорите!
Она мягко улыбнулась, а у меня перед глазами встало видение:
Побеги пытаются оплести закованную в сталь фигуру, которая отмахивается тесаком, а потом трусливо разворачивается и убегает. Ярость, азарт погони. Но преследование затягивается, и, бьющая через край, туманящая разум злоба начинает сменяться усталостью и тяжёлым дыханием.
  
Враг делает последний рывок, сумев оторваться. Но замирает, исчерпав свои силы. Опять просыпается азарт. Финальный бросок и боль в груди. Ещё больше боли, попытка защитить свою жизнь. Страх. Мольба к благодетельнице. Мир переворачивается, когда голова покатилась по земле. Темнота.
Встряхнув головой, я попытался собрать мысли после вбитого мне в голову видения. Вот тебе и ушастая клумба. Не просто поражённый скверной эльф, это, оказывается, заражённый эльф со связями!
— Умирать ты будешь долго, — мило улыбнулась мне эльфийка и повернулась к дракону. — Что тут у нас? Целый мастер Крайг’Он…
Дракон, получивший возможность частично шевелить шеей, повернул голову и, окинув взглядом эльфийку, прищурился, шумно вдохнув воздух. Такая вот у него привычка, предпочитает оценивать эманации скверны и магии нюхом. Он надолго задумался, а потом с большой долей сомнения произнёс:
— Фиона?
— Удивительно! Понял с первого раза. Умная зверушка! — с лёгким удивлением произнёс этот райский голос.
Многочисленные побеги мягко пронесли её к морде дракона, и она постучала его по клыку. Я же завис, пытаясь сложить это в голове. Единственная Фиона, которую я знаю в местном пантеоне богов и демонов, это бывшая покровительница магии. Но прикол в том, что это мёртвая человеческая богиня, не эльфов.
— Запах эльфийской магии совсем другой. Мягкий, плавный цветочный аромат. И это можно уловить даже при заражении. Твой же — это металл и огонь. И даже то, что ты в этом теле, не смогло подобное скрыть, — тяжело дыша, выплюнул слова дракон.
— Умница. Даже жаль будет убивать, — довольно улыбнулась она.
Побеги подняли «эльфийку» над спиной ящера, она окинула взглядом прикреплённый мешок.
— Это знание выпускать в мир будет лишним. Рано вам с таким играть.
По её жесту побеги сорвали мешок с его спины и мягко опустили на землю.
— Это надежда моего народа опять летать! — зло проревел дракон, отчаянно дёргая лапой.
— Вашему племени предстоит умереть. Не питай иллюзий, животное, — презрительно усмехнулась Фиона. Лениво взмахнула рукой и дракон распластался по земле. 
Ящер мог только еле слышно дышать. Но я видел, как его взгляд наполнился отчаянием пополам с бешенством. Он бы разорвал её на куски, дай ему сейчас хоть немного свободы.
— Значит вот чем стала бывшая богиня волшебства? Очередной тварью скверны? Убого! — сплюнул я.
— Плесень открыла рот? Удивительно! — подняла бровку бывшая богиня.
А побеги, держащие меня за руки и ноги, рванули в стороны, вытягивая руки и ноги из суставов. Больно. Но я растяжку хорошо тренировал, так что оказалось не так страшно, как она, вероятно, планировала. Я напряг мышцы, сопротивляясь, и через сжатые зубы, процедил:
— Когда умрут драконы, эльфы, следом придёт и ваша очередь. Вы все твари без будущего.
— Ты так уверен в своих словах… — она с интересом взглянула в мою сторону. — Удивительно от того, кто сумел убить моего слугу и знает, насколько слабы простые люди!
— Когда твои «владения», — я презрительно окинул глазами окружающее, — начнут полыхать под ударами оружия, силу которого ты сейчас даже представить не можешь, ты вспомнишь мои слова.
Замолкнув, я продолжал бороться с тянущими меня в разные стороны побегами. Получалось так себе и боль в порванных связках разгоралась всё сильнее. Меня и правда немного утешало, что рано или поздно местные начнут двигаться по пути привычного технологического прогресса.
И вся эта сказочная шантрапа будет выжжена, не напалмом, так в пламени ядерного огня. Других поводов для радости и надежды мне всё равно не осталось. Силуэт эльфийки подплыл ближе, побеги сорвали с моей головы шлем, а на щеку легла прохладная ладошка.
Голубые глаза взглянули, казалось, в самую душу, и мягкий голос произнёс:
— Покажи!
Голову стегануло болью, а в сознании начали мелькать сцены.
Светловолосая женщина, с болью и любовью смотрящая на меня. Её копия, выглядящая младше, что-то непонятное мне выговаривающая. Желание спрятаться. Женская фигурка больше не приходит. Непонимание. Голод. Запах дерьма и грабли в руках. Картины пролетали быстро, воспоминания были затёрты непониманием, неспособностью сосредоточиться хоть на чём то.
Яркая сцена встающего на дыбы хорсы и деревяшки, входящей в раненый бок монстра. Удар лапой. Темнота. Лекарка. Эрхард. Густав. Магистр. Тренировки, прочитанные книги, первый выход в лес. Картины прожитых дней пролетали с огромной скоростью. Разговор с Густавом. Чертёж. Быстрый бег воспоминаний замедлился. Смазанное видение горящей керосиновой лампы.
Картины быстро промелькнули до текущего дня и опять вернулись к тому моменту, когда я у себя дома вспоминал чертёж. Несколько смазанных видений работающего двигателя, летящего самолёта в небе. Ядерный гриб.
Голова болела неимоверно, из носа хлестала кровь. Напротив застыла прищурившаяся и сжавшая губы бывшая богиня, а сейчас тварь скверны. Ничего такого она и не смогла вырвать из моей головы, только память тела. Это радовало. Но она оглянулась окрест, явно что-то обдумывая, и решительно произнесла:
— Этого мало. Я хочу знать больше. Ты отдашь мне всё. 
Она взяла меня за голову двумя руками, а скверна вокруг нас поднялась водоворотом, усиливая и напитывая суку. Моя голова взорвалась от невыносимой боли. Я начал кричать, срывая связки, пока мог. Потом только бессвязно хрипеть.
— Больше силы! — прокричала Фиона.
На этом моё измученное сознание погасло.
  
Эпилог
 
Вверх. Вниз. Планомерно, прорабатывая каждую мышцу. Бицепсы ходили под кожей, радуя спортсмена и вызывая завистливые взгляды других парней в зале. Опустив штангу на место, Андрей привычно бросил взгляд в зеркало, довольно усмехнувшись увиденному. Скоро надо, наверное, уже начинать сушиться, будет полезно.
Немного выпрямить спину, чуть шире развернуть плечи и уверенным шагом выйти из зала. Маленькая тренерская, завешенная плакатами звёзд бодибилдинга и оголённых девушек. Несколько кубков местного значения на небольшой витрине.
Открыв холодильник, парень с тоской осмотрел рядок пластиковых лотков с едой. Полдник, обед, ужин. Бутылка с водой. Всё по-простому, без всяких глупостей для подснежников, бессмысленно поедающих дорогое спортивное питание.
Утром он ставил гормошку, так что на сегодня никаких уколов больше не планировалось. Закинув лоток с завтраком в микроволновку, парень поставил на стол телефон и включил новости. Мир лихорадило, в новостях сплошные картинки ударов авиации и массовая истерия со всех возможных сторон.
Поморщившись, он врубил очередную серию сериала, и, под расслабляющее лопотание, таки впихнул в себя надоевшие макароны с куриной грудкой. Ничего, на обед говядинка и картошечка. Вкусно будет!
Но серию парень, всё же, досмотрел. Предстояло возвращаться в зал, по мере возможности тренироваться самому и присматривать, чтобы какой-нибудь долбанутый подснежник не убил себя штангой.
  
В конце концов, именно за это ему и платили тут. Ну и реклама ходячая, конечно, не без этого. Копейки, но какая разница, если и так всё время проходит тут? Жаль только, что времени и сил на что-то другое совсем не остаётся. Вечером приходишь домой, а голова пустая, как барабан, особенно если был день ног.
Хотелось накопить на машину. Но не выходило. Эти бесполезные соревнования с призовым фондом в размере банки спортпита и дырявого мешка респекта начинали бесить. Одна надежда на успешный контракт. Но нужно постараться, набрать ещё хотя бы десяточку. Проработку сейчас все хвалят, но массы маловато. А потом можно и сушиться.