Умеющая любить (СИ)

Мы очень продуктивно поговорили. Сестра Морея, конечно, тоже могла дать мудрый совет, но, к сожалению, её опыт светской жизни был даже меньше моего. С фрамом Йомом мы обсудили всё – начиная от моего появления на балу и заканчивая знаками магического внимания. Я с интересом слушала. Когда-то с таким же интересом я читала о языке веера. Здесь, кстати, я ни разу не видела даму с веером. Но, может быть, увижу на балу?
Знаки магического внимания тоже были своего рода языком флирта, только находились они в руках мужчин. Их действие ограничивалось лицом и кистями рук дамы, спуститься ниже считалось крайне неприличным.
Лёгкое покалывание левой щеки означало, что к вам проявили интерес. Тепло в области лба – вами любуются, губ – вас хотели бы поцеловать, холодок в области правой щеки – вы обидели визави, тепло в кончиках пальцев – останемся друзьями, а вот ощущение надеваемого кольца можно было не объяснять, потому что оно, как и везде, означало очень серьёзные чувства со стороны партнёра.
Я развлеклась, слушая обо всех этих знаках внимания. Некоторые меня возмутили, некоторые вызвали недоумение, и все без исключения показались лишней головной болью для прекрасных дам.
Получалось, что мужчины могли спокойно танцевать, пить напитки или играть в карты, тогда как бедные дамы то горели, то холодели, то чесались от навязчивых проявлений чувств партнёра.
- Вы меня не разыгрываете? – с подозрением спросила я. – А что, если сразу несколько мужчин воспылают к прекрасной даме неземными чувствами? Это же невозможно вытерпеть, можно и ожог получить!
Фрам Йом рассмеялся:
- Те, кто взрослел при дворе, настолько привыкли к этим магическим знакам, что, не получив порции внимания, чувствуют себя неуверенно. И потом, это очень лёгкие тактильные ощущения. Девушка, никогда не имевшая такого опыта общения, может их и не заметить.
Я хмыкнула. Интересно, а я почувствую? Хоть всё это и не очень мне нравилось, но попробовать разгадать знак было бы любопытно.
А вдруг у меня повышенная чувствительность?
- Могу ли я как-нибудь закрыться от этих знаков внимания? – спросила я.
- Да, конечно, - успокоил фрам Йом. – Если чьё-то внимание покажется вам слишком навязчивым, запомните этот жест, - и старый юрист изобразил что-то вроде фейспалма.
Ну, это просто, жест «рука-лицо» у нас не знает только тот, кто вообще не выходит в интернет.
Покончив с интересной темой магзнаков, мы перешли к протоколу бала, что вновь вызвало у меня улыбку: так и предстал перед глазами маленький столик в углу, за которым сидит секретарь и кропотливо записывает, какая музыка играла, и кто с кем танцевал.
Оказалось, что я не так уж далека от истины. Во дворце, где на балы собиралась знать, не было случайных людей, и большинство танцев было расписано заранее. А так как мир здесь был магическим, то вместо письменного протокола во всём зале стояли магические напоминалки, к которым мог подойти любой желающий, чтобы освежить в памяти последовательность танцев и имена собственных кавалеров.
Интересно. Значит, я запросто могу простоять весь вечер у стеночки?
Это не очень меня огорчило, зато смогу понаблюдать со стороны за сливками высшего общества. Да и вряд ли мне удастся совсем не танцевать. Многие мужчины оставляют свободные танцы для напитков или разговоров, и есть вероятность, что я привлеку их больше, чем рюмка спиртного.
По дороге от фрама Йома мы заехали ещё в пару магазинчиков, чтобы купить недостающие мелочи, и скоро были дома.
Как и всякий раз, поднявшись на холм, я залюбовалась нашим домом. Какой он красивый! И должен быть тёплым. Теперь нам и зима не страшна!
Посмотрев, что получается у мальчиков с внутренней отделкой комнат, мы с сестрой Мореей присели немного отдохнуть.
- Как же я выдержу весь вечер на ногах? – озабоченно спросила я, растирая икры.
- Думаю, из бальной залы всегда можно выйти и немного передохнуть, - успокоила меня монахиня.
- А знаете, что тревожит меня куда больше, чем бал? – спросила я. – Я часто думаю, что я теперь живу в собственном доме, в кругу своей семьи, в то время как дети из нашего приюта до сих пор просят милостыню под дождём или палящим солнцем.
 
- Я тоже всегда молюсь за них, - печально кивнула сестра Морея.
- Но мы ведь можем уже сейчас изменить их судьбу к лучшему! Суммы, которую положил на мой счёт банк, вполне достаточно, чтобы подать прошение на оформление опеки над всеми, кто там остался.
- Но где мы их поселим? – спросила сестра Морея. – В приюте, кроме вас, оставалось десять человек.
- Пять комнат по два человека, - пожала я плечами. – Разве нам уже сейчас не хватит места? А когда дети подрастут, можно построить для них дом в городе.
- Мне нравится, что ты не забыла о сиротах, - одобрила сестра Морея. – Но сначала бал, а потом уже всё остальное. Быть может, тебе и лучше будет на время уехать из Биссары, чтобы немного улеглись страсти.
- Отпустит ли меня его величество? – озабоченно сказала я. – В любом случае, нужно побыстрее оформить все необходимые документы на продажу оговорённой доли эльты. Я не собираюсь уезжать, пока не приведу в порядок дела, иначе наш отъезд будет похож на бегство, и король не будет со мной церемониться.
- Ты права, - согласилась сестра Морея.
Остаток дня и весь следующий прошёл в лихорадочно-поспешной подготовке к балу. Платье было готово, колье из шуарских ириантов, взятых на прокат, прекрасно гармонировало со сдержанным благородством ткани. К обеду приехал мастер, чтобы уложить мои длинные волосы в причёску. Увидев моё платье, девушка предложила украсить причёску живыми цветами мелиты – они были на два тона светлее ткани, и как будто специально созданы для моего платья. Я разрешила ей попробовать и не пожалела. В этом платье, с волосами, увитыми бутонами мелиты, я походила на лесную богиню.
Меня немного огорчало, что я так и не нашла веера, но зато сразу появилась мысль – а вдруг их здесь ещё не изобрели? Было бы чудесно вписать ещё одну запись в Золотую книгу. А уж в том, что веера очень быстро войдут в моду, можно не сомневаться.
Наконец, я была готова, и с удовольствием оглядела себя в зеркале. Вся – от кончиков новых туфелек, которые я сегодня выкупила у Немыка, до блестящих тщательно промытых и уложенных волос – я была безупречна. Ещё бы ко всему этому уверенность, которой мне явно недоставало!
Чтобы не спускаться в бальном платье по холму, я воспользовалась услугами мага, который должен был перенести меня и сестру Морею к дворцу при помощи портала. Маг был вызван за полчаса до начала, и я немного волновалась, успеем ли мы в срок. Однако всё прошло благополучно. Перемещение мне так понравилось, что я дала себе слово, что обязательно научусь открывать порталы.
Зря я переживала – у входа во дворец было полно приглашённых, и гости всё прибывали. Кто-то, как мы, выходил из порталов, кто-то подъезжал в каретах с фамильными гербами. На мгновение я представила, какая бы поднялась суматоха, если бы я подъехала к дворцу на личной машине и невольно улыбнулась. Надо подать идею Флаю.
Приглашённые на бал гости входили в порядке строгой очерёдности. Я заметила, что у входа стоит человек, который и обеспечивает этот порядок. Некоторым гостям, уже поднявшимся по ступеням, приходилось потесниться, пропуская вперёд других, но в основном все, как видно, были хорошо знакомы с последовательностью.
Здраво рассудив, что без титула нас с сестрой Мореей запустят последними, я предложила монахине не торопиться, и подождать в сторонке, однако уже очень скоро услышала своё имя. Очередь приглашённых застопорилась. Удивлённо посмотрев на сестру Морею, я подхватила её под локоть, и, огибая тех, кто стоял впереди, мы поднялись к входу. На нас смотрели с некоторым недоумением, но безоговорочно пропустили вперёд.
- Николь Саган? – спросил распорядитель.
- Да, это я. И мой опекун, сестра Морея.
Мужчина кивнул и пригласил нас войти.
Шагнув за порог, мы остановились, потому что увидели их величеств. Король и королева стояли на небольшом возвышении, позволяющем им хорошо видеть входящих.