Умеющая любить (СИ)

- Если орёт и жалуется – это точно наша Рут, - вздохнул мальчик.
Я была полностью согласна с братом. Вот же принесла её нелёгкая, и море не помешало! И как только не задавила жаба на билет потратиться!
- Беан, иди с Лутоной, - распорядилась я. – Приведёшь Рут сюда, посмотрим, что ей надо.
- От неё ж потом не отвяжешься! – возмутился непосредственный брат.
- Беан, чем быстрее мы её выслушаем, тем быстрее решим, что делать дальше, - твёрдо сказала я. – Лутона, она уже сняла комнату?
- И не подумала! – фыркнула рыжая дочка хозяина гостиницы. – Села внизу и сказала, что не уйдёт, пока не покажут, где Николь живёт!
- Понятно, - вздохнула я.
Беан ушёл, а я принялась готовиться к приёму нежданной гостьи. Послала Флая усилить защиту источника, чтобы Рут не смогла из-за любопытства туда сунуться. Проверила, как подходит яблочный сыр и с сожалением отставила ещё не загустевшее пюре. Было у меня предчувствие, что вряд ли удастся избавиться от Рут так скоро, как нам с Беаном хотелось. Умей моя названная сестрица себя вести в обществе, я назначила бы ей встречу в любом кафе города, но наличие посторонних людей вряд ли остановят Рут, если она надумает устроить скандал, а мне ещё жить в этом городе.
Прошло порядком времени, пока на дорожке появились недовольный Беан с чемоданом и запыхавшаяся Рут. Щёки сестрицы горели нездоровым румянцем, а глаза злобно сверкали.
- Ну и забралась ты в глушь! – сварливо сказала она, подняла глаза и увидела дом. Рот Рут некрасиво открылся. – Эт что…твой дом?! – с потрясением, которое она не могла скрыть, произнесла девушка. – Такой…домина?! – она перевела на меня недоверчивый взгляд.
- Да, это наш дом, - спокойно ответила я. – Беан, заноси чемодан.
Рут прошла следом, и, глядя на неё со стороны, я видела вовсе не фра, а деревенскую бабу. Она крутила головой, жадно разглядывая наш дом, едва не спотыкаясь, и время от времени ахая от изумления.
- Это что…он тебе подарил? Сам коронет? – с придыханием спросила Рут, когда мы остановились в комнате, и я кивнула на диван, приглашая сесть.
На мгновение у меня перехватило дыхание от негодования, но я постаралась ответить спокойно:
- Этот дом мы с братьями построили сами.
- Как же…сами! – недоверчиво произнесла Рут, с некоторым недоумением разглядывая наши «обои» из эльтовой пены. – Так чуднотолько у знатных фра бывает.
- Рут! – решительно оборвала её я. – Не могу сказать, что рада тебя видеть, поэтому будет лучше, если ты сразу скажешь, зачем приехала.
Усевшись на уютный маленький диван в гостиной, я приготовилась терпеливо ждать, однако Рут никогда не была дипломатом, потому и ждать мне не пришлось.
- Зачем? Да о нашем доме поговорить! – она снова обвела комнату глазами и вкрадчиво спросила. – Зачем тебе старый дом у моря, когда у тебя такие хоромы? Умеешь же ты устроиться, сестрица! – прорвались в её голосе визгливые нотки, однако Рут быстро сумела взять себя в руки, и после некоторого усилия глаза её наполнились слезами:
- Ники, послушай, - всхлипнув, сказала она. – Я ведь ношу ребёночка!
- Уже? – невольно удивилась я. – Поздравляю!
Я замолчала, не мешая Рут высказаться, а сама тем временем осторожно сканировала её при помощи магии. И ничего не находила. Сестрица мне нагло врала.
- Ты знаешь, сколько всего маленькому надо? И одёжки, и люльку!
- Надеюсь, Саверио не отказался от ребёнка? Или он перестал зарабатывать деньги? – поинтересовалась я.
Рут скорбно кивнула.
- Он хороший муж. А какой ласковый!
- Рада за тебя, - улыбнулась я.
Сестрица, увидев, что её выпад не достиг цели, разозлилась, но постаралась это скрыть.
- Да ведь всё, что он заработает, пойдёт как раз на выкуп дома! – произнесла она. – Да и разве можно сразу заработать такую сумму! Подумать только, затребовать за старый дом тысячу граев!
- Так, - сказала я. – Если ты намерена возмущаться и оспаривать решение, добро пожаловать в суд.
- Ну зачем же в суд! – с приторной ласковостью возразила Рут, и эта ласковость была ещё хуже, чем скандальные интонации, присущие этому семейству. – Я приехала просить тебя, сестрица…по-родственному, немного увеличить нашу долю. Ведь маленькому тоже нужно где-то жить!
 
- Не спорю. Нужно, - согласилась я. – Но долю я не увеличу. Единственное, на что я могу пойти – заменить ваш долг в тысячу граев на выплату долями…допустим, по сто граев в течение десяти месяцев.
Я замолчала, чуть насмешливо глядя на Рут. Моя магия, как я ни старалась, не слышала в ней биения новой жизни, а значит, меня вновь бесстыдно разводили на деньги. Замысел моей сестрицы и мачехи был довольно подленьким – разве поднимется рука обидеть невинного младенца!
Конечно, можно было для надёжности подвергнуть Рут осмотру акушерки и уличить во лжи, но я не видела в этом смысла. Ребёнок всё равно родится, не сейчас, так через какое-то время. И лучше уж пусть они заранее озаботятся тем, как будут его содержать.
Молчала Рут недолго, но я сохраняла спокойствие, дав ей прокричаться. А едва сестрица обессиленно смолкла, сказала раздельно и чётко:
- Это моё последнее слово, Рут. Принять его или нет – твоё дело. Я предупрежу своего поверенного, что порядок выплат долга может измениться. Ты же сейчас пойдёшь в гостиницу и хорошенько всё обдумаешь.
- В гостиницу? – удивлённо переспросила Рут. – Разве ты не пригласишь меня переночевать?
- Нет, - ответила я. – Но я выдам тебе сумму, которой будет достаточно, чтобы оплатить номер до утра. Утром, если ты не принимаешь моего предложения, ты уедешь домой. Если же ты согласна, пришли ко мне Лутону, и я передам с ней магически заверенное письмо к поверенному.
- Погоди! – заторопилась Рут. – Покажи мне хотя бы твой дом!
- Зачем? – удивилась я. – К вам с фра Линой он не имеет никакого отношения. Флай! – позвала я брата, и когда он возник в дверях, попросила. – Проводи гостью до гостиницы.
Когда Рут ушла, я присела на диван и глубоко вздохнула, изгоняя из памяти все воспоминания об этой встрече. Если бы моя сестрица могла измениться, я, быть может, смогла простить её. Я не нуждалась в деньгах и вовсе не хотела унизить своих бывших родственников. Мне достаточно было простого: «Прости. Мы были неправы». Но Рут и не думала извиняться. Она провезла через всё море свою ненависть, чтобы снова напомнить мне, кем я, по их с мачехой мнению, являюсь.
Что ж, пусть живут, как знают. Я не хотела больше слышать об этих людях. Тем более, что у меня и своих забот хватало.
Дела быстро вернули мне душевное равновесие. Собрав яблоки, я оставила мальчиков следить за яблочным сыром, а сама отправилась в «Медуницу» навестить фра Рагору.
Мы немного поболтали, сидя за чашечкой кофе. По всему было видно, что дела в кондитерской идут отлично. Посетителей было очень много, хозяйка даже добавила два-три столика, и я заметила, что среди дам было очень много настоящих фра. Видимо, слухи о том, что кондитерская поставляет десерты к королевскому столу, уже распространились по городу.
Захватив пирожные Беану, я не забыла и про приют, попросив фра Рагору отправить коробки с тортами с курьером. Сама я собиралась заехать на рынок, чтобы проверить, как идут дела с книгами.
Дила была одна, потому что её сын Гаст работал дома, но я обрадовалась, увидев лежащие на прилавке несколько томиков. Мальчик прошил их очень аккуратно, листы нигде не перекосило, они не были помяты, и обложка тоже держалась на совесть.
- Меня сегодня весь день спрашивают, не продаются ли эти книги, - робко сказала женщина. – А один фрам даже предложил за книгу золотой грай!
- Прекрасно! – улыбнулась я. – Думаю, как только вы закончите партию для приюта, можно будет попробовать продавать книги здесь.
Простились мы чрезвычайно довольные друг другом. Прекрасно, если мне удастся помочь этой семье выбраться из нищеты, а заодно и подарить местным детям возможность читать интересные и добрые истории. Было бы неплохо и самого Гаста научить читать, раз уже он взялся сшивать нам книги.