Турнир пяти королевств (СИ)

— Дайте мне зелья и оружие! — крикнула, зная, что в артефактных хранилищах эльфиров этого добра припасено с избытком.
Нимернис, отражая атаки шестиногих рыцарей, умудрился снять наручи и кинуть мне, выкрикнув: «Владей!». Крови из меня натекло с избытком, так что привязку осуществила без проблем, после чего извлекла эликсиры и заготовки из печени тварей для лечения тяжелых ран. Сендары основательно подготовились, собрав зелья, зачарованные доспехи и лучших бойцов в придачу.
  
— Тэбан сур и Веонд сур, Эрметт и Хейвуд Нальнир, Наур и Лаэрт, Рингар и Санкос, Тулмарон и отряд Меченых… — по мере того, как я перечисляла тех, кого ребята пронесли с собой в пространственном кармане, воины появлялись из хранилища и практически сразу вступали в бой.
Сразу видно, бойцы готовились и тщательно продумали все, чтобы помочь в борьбе с древним злом. После того как вытащила костяк армии пяти королевств, я напоила Эльдариона восстанавливающим зельем. Не знаю, как малыш сумел открыть портал, но это явно его работа. Магическое истощение на пустом месте не образуется. В любом другом случае, никто не стал бы рисковать моим сыном. Убедившись, что Дар идет на поправку, спрятала его в артефакте, который надежно закрепила на запястье. Затем занялась собой. Залила рану на груди кровоостанавливающим средством, затем нанесла кашицу с измельченной печенью и опрокинула в рот парочку укрепляющих зелий. На все ушло не более пяти минут, и еще две, чтобы облачиться в зачарованный костюм с тройной защитой. Не знаю, куда Лиурелия дела меч, с которым я прошла не одну схватку, но в загашнике у сендаров имелись еще рога чербиса. Так что я обзавелась новым и привычным оружием. Осталось только подобраться поближе к Рийвану и убить его прежде, чем он займет тело Калима.
Сильнейшие маги пяти королевств сражались с нежитью, пока Темный король завершал ритуал. Близость алтаря Адесса придавала мертвякам силы и делала неуязвимыми. Раны моментально затягивались, и монстры кидались в атаку с яростным рвением. Наших сил не хватало, чтобы пробить нерушимый щит, подпитываемый жертвенником, который недавно получил щедрую подпитку из черной души королевы.
— Прикройте меня! — Вступила в бой с рыцарями, охраняющими подходы к темному королю. — Прячьте нежить в ловушки! Они затягивают время. Нам нужен только Рийван хин Тарен!
Первый же шестиногий ужас отправился в хранилище Нимерниса, второго поймала Нелринья. Сосредоточенные и злые, эльфиры сражались на пределе возможностей и были готовы умереть за меня. Да и все воины, пришедшие сюда, не жалели себя ради великой победы.
— Нужно пробить щит! Скорее! — Через зеленое марево я увидела, как разрушается мертвая оболочка Темного короля, а темная сущность накрывает тело Калима. — У нас будет только один шанс, и мы не должны его упустить!
Слаженным ударом маги обрушились на защитный барьер, одновременно истончая его физическими ударами. В тот миг, когда преграда не выдержала и лопнула, осыпаясь зелеными ошметками, Рийван хин Тарен занял новое тело. Старые кости лича истлели, осыпаясь тысячелетним прахом, пустые доспехи покатились по полу, а Калим распахнул глаза. В них поселилась живая тьма, которая следом сменилась ядовитой зеленью. Я бросилась к древнему кинжалу, валяющемуся у подножия ритуального камня. Когда Лиурелия напала, не было времени его подобрать.
Калим резко сел, а затем и поднялся на ноги, делая вдох полной грудью. Прежде родное лицо исказилось в холодной усмешке древнего безжалостного существа. Мужчина погрозил мне пальцем, давая понять, чтобы не глупила.
Ага! Так я и послушалась! Рванула к кинжалу на сверхскорости, но Рийван с легкостью переместился и вырос у меня на пути, схватив рукой за горло.
— Таурелия! — произнес король надтреснутым, словно битое стекло, голосом. — Потомок последней королевы, вобравший в себя лучшие качества. Полная жизни, сильная, красивая… — Провел указательным пальцем по моей щеке сверху вниз и схватил за подбородок. — Ты достойна править и займешь место подле меня. Будь со мной, и я подарю тебе бессмертие!
— Нет! — презрительно выпалила в ответ древнему существу с обликом Калима. — Мне не нужна бесконечная жизнь, полная боли и разрушений! Я построю новый мир, в котором не будет зла! Верион! — Отвела руку в сторону, а порыв ветра, повинуясь невысказанной просьбе, подхватил древний кинжал потоком воздуха и вложил в мою ладонь.
Ни секунды не сомневаясь, я вонзила кинжал в грудную клетку друга. Только так его можно было освободить от Темного короля — вернуть сердце и способность чувствовать. Так сказал Сихилл, и я ему снова поверила, потому что нас объединяла общая цель. А о жертвах этой битвы я буду сожалеть позже, когда избавлю мир от жуткого порождения Адесса.
На миг в глазах Рийвана промелькнуло нечто, похожее на удивление. Затем мужчина содрогнулся от боли. Его руки разжались, отпуская меня. Он схватился обеими ладонями за рукоять кинжала, торчащего из груди. С губ сорвался хриплый стон, полный страданий и невысказанной боли.
— С-спасибо, Тай! — просипел Калим. — Прости. Я. Не. Мог. Сказать. Правду. Но я тебя… Защитил.
Рухнув на колени, он выдернул «Поглотитель» из раны, откуда обильными сгустками полилась наружу черная кровь.
— Уничтожь. Это. — Отбросил артефакт мне под ноги. — Уничтожь. Артефакты. И меня. Тоже…
— Нет! — Я ударила по костяной поверхности мечом, высекая искры. — Борись с ним, Калим! У меня получилось. И ты справишься. Я верю! Ради меня! Ради нас и нашего будущего! — взмолилась со всей убежденностью, на которую была способна. — Пожалуйста, ты мне нужен! Я в тебя верю!
— Артефакт! — прохрипел Калим. — Я его долго не удержу! Ты должна убить. Рийван слишком силен. А потом… На все воля богов.
Я ударила по кинжалу мечом еще и еще, но зазубренное лезвие отскакивало, не справляясь с задачей, пока не переломилось пополам. Понимая, что моих сил недостаточно, призвала того, кто способен расплющить что угодно.
— Эрметт! Покажи, на что способен удар зельдаринского молота!
Зельг не заставил себя долго ждать. Приблизившись, воин раскрутил могучее орудие и с размаху жахнул по древнему артефакту. Я расслышала сухой треск. Мраморная плита проломилась и пошла трещинами. Но и кинжал раскололся надвое. С нечеловеческим воем, леденящим разум, темная энергия заструилась наружу, выпуская на свободу тысячи порабощенных душ людей и монстров. Калим пронзительно закричал и повалился на пол, корчась от боли.
Сколько атак способно перенести измученное ранами сердце, я не представляла. Темная магия, бушующая в человеческом теле, излечивала поражения плоти и оставляла невидимые рубцы. И, если первый раз я уничтожила бессмертную составляющую Рийвана хин Тарена, воссоединив его с отделенной частью души, то теперь первая же смертельная рана станет необратимой. Но разве у меня было право колебаться?
Из хранилища я извлекла клык улкара, похожий на тот, который не раз выручал в самом начале становления охотницы из Иринтала. Подобравшись поближе к Калиму, я занесла над ним руку с оружием и замерла, не в силах нанести решающий удар. На искореженном муками лице Калима проступали разные облики существ, сражающихся за обладание телом. Мертвая суть Рийвана проявлялась пугающей чернотой, Сихилл сверкал зеленью во взгляде, а у настоящего Калима глаза были серо-голубого цвета, как небо, на котором сгустились тучи.
Не знаю, кто из них, Калим или Сихилл, перехватил мою руку. Но вонзил клык в сердце тот, кто искренне меня любил и не жалел себя. Чернильный сгусток темной сущности отделился от мертвого, но еще теплого тела, зависая призрачной фигурой, жаждущей немедленного отмщения. Не представляю, на что был способен древний архилич, потерпевший поражение, но я не успела бы укрыться от стремительной и смертоносной атаки. Инстинктивно вжав голову в плечи, ожидала боли или чего-то в этом роде. Однако древнюю сущность отбросило вихревым потоком, созданным хранителем. Завизжав на предельно низком ультразвуке, тварь вновь ринулась ко мне, но ее в последний момент перехватили корни старого сухого берозиса. Не иначе Дафна постаралась! И за те недолгие секунды, пока черные сгустки выдирались из ловушки, их приморозило точечным воздействием «ледяного дыхания». Я уже видела такой удар эльхельса, поэтому сердце болезненно сжалось, осознавая, кто стал последним защитником Иринтала.