Сладостная месть

Когда он вернулся в кабинет, Лиз Мейнел подняла голову от компьютера.
– Пока вы провожали мисс Бьюмонт, принесли отчет, который вы ждете, – сказала она, принимая свой намокший зонтик и протягивая ему нераскрытый конверт. – Вы прямо сейчас будете звонить в Германию, мне набрать для вас номер?
– Нет, Лиз. Сначала мне надо сделать несколько личных звонков. – Он нагнулся, поднял слетевшее со стола письмо и положил его на место. – Это происходит каждый раз, когда открывается дверь?
– Не всегда. Но иногда почему-то возникает сквозняк.
– Найдите кого-нибудь, чтобы устранить это. Мы не можем допустить, чтобы конфиденциальные письма летали по всей приемной. Я скажу вам, когда соберусь звонить в Германию.
И он закрыл за собой дверь кабинета.
– Физз?
Она вздрогнула при звуке своего имени. Она провела остаток дня, просматривая сценарий «Залива каникул» и пытаясь найти момент, чтобы ввести в спектакль Мелани. Ей хотелось побыстрее отвлечь свое внимание от Люка Дэвлина, от прикосновения его пальца к ее губам, от выражения его глаз.
Помолвка главных героев то расторгалась, то снова заключалась, но сейчас дело близилось к свадьбе. Прибытие красивой юной австралийки могло быть использовано, чтобы внести некоторое напряженное ожидание, предчувствие, что что-то пойдет не так. Но как это сделать? Необходимо извлечь преимущество из этой ситуации… Сейчас, услышав свое имя, она подняла голову и откинулась на спинку стула.
– Привет, Джим, заходи. Чем могу помочь?
Это скорее я могу тебе помочь, – сказал он, усаживаясь.
– Хочешь кофе?
– С удовольствием. Помнишь, как мало информации смогли мы найти о Люке Дэвлине? Так вот, я предпринял еще одну попытку. Приятель, который работает в одном из агентств новостей, прислал мне подборку материалов о Мелани Бретт.
Физз резко подняла голову, отвлекшись от приготовления кофе. Неужели отношения Мелани с Люком Дэвлином общеизвестны?
– Я не нашел ничего полезного о Дэвлине, – продолжил Джим, – но просмотрел материалы и, поскольку Мелани будет участвовать в нашем сериале, думаю, тебе стоит взглянуть на это.
Он пододвинул к ней ксерокопию вырезки из газеты.
– Подожди, давай обсудим сначала некоторые дела, – сказала Физз. – Келли записала интервью с Мелани для сегодняшнего радиожурнала?
– Да, она смонтировала его вчера вечером. Хороший материал. И всем нашим ведущим дано указание давать объявление в эфир.
– Хорошо. Весь Брумхилл заговорит об этом.
– Возможно, ты бы не так радовалась, Физз, если бы прочитала это.
Физз взглянула на ксерокопию.
– Из какой это газеты?
– «Сидней дейли». Со страницы светских сплетен и развлечений.
– Но ведь это Клаудия, – озадаченно сказала Физз, глядя на нечеткое изображение улыбающейся сестры, помещенное рядом с фотографией Мелани.
– Помнишь, она была там на гастролях с твоим отцом в прошлом году? Они давали пьесы Шекспира.
– Разве? В Австралии?
В Австралии, Новой Зеландии, Гонконге, Японии. И еще в каких-то странах.
– Я знаю, что они ездили куда-то в Азию, но я не думала… Наверное, мне надо внимательнее слушать.
Но когда отец и Клаудия начинали говорить о театре, она старалась отключиться. Это был своего рода защитный механизм, срабатывавший автоматически.
Австралия. В этом слове слышался какой-то зловещий отзвук. Когда Физз начала читать газетную статью, она поняла, что не без основания ожидала самого худшего. Холодок, пробежавший по ее телу, не имел ничего общего с низкой температурой окружающего воздуха. Репортер австралийской газеты писал:
Я прошел за кулисы, чтобы побеседовать с Клаудией Бъюмонт после спектакля, в котором она с триумфом исполнила роль Порции в паре со своим отцом в роли Шейлока. Я сразу же был поражен ее сходством с нашей юной звездой Мелани Бретт и сказал об этом актрисе. Мисс Бъюмонт была удивлена этим и заметила, что не стоит ставить ее и Мелани в один ряд. Мелани снимается в «мыльных операх», тогда как она играет на сцене. Мисс Бъюмонт действительно хорошая актриса, а ее сходство с Мелани обманчиво…
– У твоей сестры ангельская внешность, но чересчур острый язык, – сказал Джим.
– Возможно, но она не настолько глупа, чтобы говорить подобные вещи. По крайней мере, перед репортерами.
– На подъеме после спектакля она могла потерять бдительность.
– Или он просто придумал все это. Физз попыталась вглядеться в расплывчатое изображение.
– Разве они похожи? – спросила она. – Я не могу заметить конкретного сходства. Качество изображения слишком плохое.
– Не забывай, что Клаудия перекрасилась в блондинку для роли Порции. – Джим взял у нее ксерокопию и внимательно изучил фотографии. – Некоторое сходство есть. Что-то в очертаниях рта. Наверное, этот парень заметил это и решил развить тему. Вряд ли Клаудия видела эту заметку. – Он нахмурился. – А это имеет какое-то значение? Это сходство?
– Не думаю, – сказала она, решительно игнорируя мурашки неприятного предчувствия, которые побежали у нее вдоль спины. – И потом, мы все равно ничего не можем сделать с этим.
Джим поднялся на ноги.
– Хотя информация неутешительная, все равно спасибо, Джим. Кто предостережен, тот вооружен.
– Думаю, в качестве оружия будут использоваться ногти. Тебе имеет смысл поставить в студии стулья для зрителей и продавать билеты на первую запись сериала с участием Мелани и Клаудии, – сказал он, пытаясь развеселить ее.
Тебе не придется ждать так долго. У меня такое чувство, что матч между ними запланирован на завтрашний вечер, и все приглашены.
Но к восьми вечера в субботу Клаудия еще не приехала в Брумхилл. У нее была отдельная изолированная квартира в доме отца, в которой она жила во время приездов в город. Физз звонила туда весь день, надеясь встретиться с сестрой до вечеринки и предупредить ее. Но раз ее не было дома в субботу днем, значит, у нее свидание в Лондоне, и тогда, скорее всего, она не приедет до вечера воскресенья. Временная передышка.
В начале девятого Физз заехала за отцом – Эдвард Бьюмонт не видел смысла в том, чтобы принимать участие в вечеринке и не пить при этом. Однако он еще не был готов.
– Поезжай, дорогая. Я возьму такси.
– Я могу подождать.
Она отнюдь не торопилась ехать в Уинтерборн.
Эдвард Бьюмонт взглянул на часы.
– Нет. Поезжай вперед и развлекайся.
Развлекайся! Она ожидала от этого вечера не больше удовольствия, чем от визита к зубному врачу. Но вслух ничего не сказала. Если уж отец решил взять такси, его ничто не переубедит.
– Физз, – сказал он, когда она повернулась к двери.
– Что?
– Мне нравится твое платье. Приятно видеть тебя такой повзрослевшей.
– Мне двадцать пять, папа.
– Я знаю. Но ты всегда казалась такой простоватой по сравнению с Клаудией. Может быть, из-за того, что ты не стала одной из нас, мы недооценивали твой талант. Но ты сделала большую работу на радиостанции. Я действительно горжусь тобой.
– Я не смогла бы сделать это без тебя.
– Да, я знаю.
– Ни к чему так быстро соглашаться со мной, – рассмеялась она.
– Я имел в виду, что ты не смогла бы получить лицензию. Но все остальное – твоя заслуга. Я в самом деле думаю, что мне пора отступить в сторону и объявить всему миру, что хозяйка радиостанции – мисс Фелисити Бьюмонт. Когда ты выглядишь так, как сегодня, никто не станет сомневаться, что…
– Нет, папа.
Эдвард Бьюмонт поднял красивые брови в знак удивления, что его прервали столь неподобающим образом. Приготовив эту маленькую речь, он желал получить свои аплодисменты.
– Мне нужно твое имя еще в течение трех последующих месяцев. Я подозреваю, что мистер Дэвлин крайне пренебрежительно относится к женщинам как к деловым партнерам. Он не захочет передавать свои деньги в распоряжение слабой женщине.
– Но, я думал, ты собираешься объяснить ему все.
– Поверь мне, папа, не стоит этого делать.
Усадьба Уинтерборн сверкала огнями. Физз подъехала по изогнутому проезду к дому и нашла место для парковки неподалеку от входа. Она немного посидела в машине, собираясь с духом. Физз редко ходила на вечеринки – только тогда, когда этого требовали интересы дела. Не потому, что была необщительна по природе. Просто она давно поняла, что женщины ищут знакомства с ней в надежде, что смогут быть представлены ее отцу, а мужчины – желая познакомиться с ее сестрой или, что еще хуже, для того, чтобы поделиться воспоминаниями о ее матери в одной из ее великих ролей. Никто не интересовался личностью самой Физз. Она привыкла к этому, но все же старалась по мере возможности избегать подобных ситуаций.