Фея при дворе – к рискованной игре

Защитная сеть была уже совсем близко. Её создавали для того, чтобы надёжно отделить наш мир от мира людей, потому что, по предсказаниям фей-пророчиц, люди в отдалённом будущем будут строить машины, способные покорять небеса. Я видела, как сеть слегка поблёскивает от солнечных лучей, и уже приготовилась к страшному удару о её поверхность, как вдруг неожиданно повисла в воздухе, словно меня схватили за шиворот, как нерадивую ученицу.
– Отпустите птицу, кейю Лэй ра Ин! – тихо сказал кто-то прямо мне в ухо.
Я разжала пальцы, и гусь, ошалев от счастья, рванул ввысь, не смея больше гоготать над потомственной феей. В этот момент я вдруг ясно осознала, что голос, назвавший меня полным именем, этот светлый и мягкий лирический баритон, принадлежал мужчине! Сильф! Здесь?! Неужели?! Как он мог проникнуть на территорию Инсти-тама?! Откуда знает обо мне?! И как это вообще понимать?! Я силилась повернуть голову, чтобы увидеть его хоть одним глазком, но вокруг была только сияющая белизна облаков да небесная синь.
– Заклинание невидимости! – проворчала я, поняв, в чём дело.
– Перестаньте крутить головой! – прошептал сильф так, что его губы коснулись мочки моего уха.
Какая чудовищная наглость! И… почему же она была мне по душе?!
– Да кто вы такой?! Как вы вообще посмели?! – возмутилась я.
– Прикажете отпустить вас? – насмешливо спросил сильф.
– Нет! – воскликнула я. – Но я хочу знать, что происходит!
Со стороны всё, наверное, смотрелось очень забавно: фея с растрёпанными рыжими волосами, подвешенная в воздухе за шиворот, машет ногами, как брыкающийся конь, и крутит головой, как сова.
– Я найду вас позже, и всё прояснится! – сказал голос, и я ощутила лёгкое и приятное прикосновение к моей руке.
А в следующее мгновение стремительный подругопад достиг цели, то есть меня.
– Фу-х! Живая! – радостно запричитала фАта Май ра Ал, на миг повиснув у меня на шее, отчего моя учебная форма жалобно затрещала где-то в районе шиворота, за который меня продолжал держать невидимый сильф.
– Мы тебя поймали! – успокоила фэри Сой ра Эй, взмахнув крыльями, и Май последовала её примеру.
А я с преступным сожалением ощутила, что таинственный собеседник отпустил мой воротник. Кто же он такой? Как и зачем проник на закрытую территорию?! Вопросов было хоть отбавляй, а ответов пока никаких. В результате этого нежданного приключения «Союз косы и колбасы» прибыл на беседу с Главной Наставницей с небольшим опозданием. Это грандиозное действо было давней традицией и проходило в Чертоге Четырёх Погод – главном здании Инсти-тама, расположенном в высшей точке Облачного Предела. Там находился особый зал без потолка. Вернее, потолком ему служила пугающе глубокая тёмная высь, словно чёрная чаша, полная далёких звёзд, накрывавшая продолговатый сосуд зала. И из этой чаши одновременно били в глаза солнечные лучи, шёл дождь с грозой, кружились снежинки и вращалась воронка торнадо.
Главная Наставница вычурно звалась Ма хада Нюй ара Ом. «Ма» происходило от сокращения слова «матрия», титул «хада» означал, что она относится к феям-изобретательницам, а обозначение «ара» говорило о том, что фея не замужем по соображениям служения великой цели. Как все феи, она была хороша собой, даже несмотря на солидный возраст лет эдак в полторы тысячи. Серебристые волосы рассыпались по острым плечам, а в огромных серебряных глазах отражались мудрость и властность.
Всю её речь я пропустила мимо ушей, которые, казалось, полыхали от смущения: я думала о сильфе. Наверное, вид у меня при этом был отсутствующий, что не укрылось от Ма хады Нюй ара Ом. По окончании церемонии, когда все инсти-тамки уже выходили из зала, ко мне подошли две старшие матрии, чтобы проводить в кабинет Главной Наставницы. Этот маршрут вызывал ужас у всех фей, кроме меня: дело в том, что Ма хада Нюй ара Ом была моей родственницей и, хотя и демонстрировала показную строгость, относилась ко мне благосклонно.
В её кабинете было много статуэток, очень реалистично изображавших все выпуски Инсти-тама. От нечего делать я принялась разглядывать их, попутно заметив лепесток света, край которого торчал из фейского тайника. В таких световых хранилищах наставницы вели личные дела своих подопечных, и всё бы ничего, но у этого был Красный уровень секретности. Что же там такое в этом лепестке?! Я уже умирала от любопытства, когда Главная Наставница всколыхнула моё хрупкое спокойствие своим заявлением.
 
– На тебя поступил донос кейю Лэй! – строго сказала она.
– То не выносят, то доносят… – пробормотала я, не решившись заглянуть ей в глаза.
Серебро в них сейчас обрело блеск стали, словно Главная Наставница хотела пронзить меня своим взором, как клинком.
– Как ты понимаешь, уже не один! – добавила Ма хада Нюй ара Ом и нахмурилась.
Что поделаешь, феечки в отсутствие мужского внимания любили создавать доносы: женская зависть иногда идёт рука об руку с женской дружбой, а чужие успехи всегда бередят чьи-то раны и дают повод наточить зубы.
– Последний поступил сегодня. – В голосе Главной Наставницы послышалась горечь. – Его я не смогу проигнорировать, как остальные, потому что он зарегистрирован в Собрании Фейдерации, и в нём указано вопиющее нарушение наших законов: попытка без высшего дозволения пройти сквозь защитную сеть!
Здесь пришёл мой черёд хмуриться. Надо же, как оперативно кто-то сработал! Значит, поломка крыльев не была случайной. Я быстро перебирала в памяти образы всех моих конкуренток, которым я, лучшая ученица Инсти-тама, могла перелететь дорогу. Таких было довольно много, но мои подозрения пали на кери Дуй ра Ул: уж слишком едко эта тощая и сутулая, как коромысло убывающей Луны, девица хихикала сегодня, поглядывая на меня! Все кери относились к так называемым «деловым» феям и отличались особой вредностью и хитростью, иногда переходившими границы разумного. С учётом этого факта роль Парных Ведомств, контролирующих гармонию волшебства, уже не казалась такой уж бесполезной: от одной этой Дуй ра Ул проблем не оберёшься, а если не контролировать рождение «деловых» в Облачном Пределе, начнётся настоящий хаос.
– Эта «попытка» была спровоцирована моими завистницами, – сказала я. – Но я не хочу озвучивать чьи-либо имена.
– Мне известно её имя! И она тоже понесёт наказание! – строго сказала Главная Наставница, перебив меня на полуслове. – Но самое страшное в другом! Что за способ ты выбрала, чтобы затормозить падение?
Я собрала всё своё мужество, чтобы выдержать её взгляд. Неужели она знала о сильфе?!
– Разве применение подъёмной силы жирных гусей запрещено в Облачном Пределе? – с самым наивным видом спросила я и умолкла, не смея ни солгать моей собеседнице, ни сказать всю правду.
– Я поручилась за тебя, кейю Лэй! – сказала Главная Наставница (похоже, она знала или догадывалась обо всём). – Расследования не будет, но, чтобы доказать свой статус, ты получишь самое сложное задание в качестве выпускной работы.
Мне захотелось обнять её и поблагодарить за доброту: Ма хада Нюй ара Ом, спасла меня от позора, пойдя на большой риск. Но фейский этикет не позволял сентиментального поведения, тем более с теми, кто стоял выше по иерархической лестнице, поэтому я ограничилась только коленопреклонением – официальным жестом уважения и благодарности старшим.
– Отправляйся за заданием! Тебя уже ждут! – сказала Главная Наставница, и мне показалось, что в её голос дрогнул, выдавая волнение.
Эх, хотела бы я взглянуть в глаза тому сильфу, из-за которого разразился весь сыр-бор! А ещё лучше – заглянуть ему в мысли, но это заклинание можно было провести только над известными мне индивидами, а тут…хм…сплошные интриги тайны. Задания для выпускниц выдавались специальной комиссией, и вся эта процедура среди инсти-тамок называлась «Парилкой», но вовсе не потому, что кто-то там парился (ну, если только в переносном смысле и от волнения). Просто, по давней традиции, с каждой феей заключалось пари. Если его выигрывала фея, задание считалось выполненным, а её волшебный статус – подтверждённым, в противном случае несчастную могло ждать повторное обучение или даже изгнание.