Разрушенный мир (СИ)

— Охранный голем! — выдохнула Айли. — Сейчас я его…
— Не смей!!! — теперь шипение стало отчетливо яростным.
— Этот страж сыграл в той битве важную роль, не смей уничтожать его! Не то нас может забросить еще глубже, в те слои причинности, где человек просто не сможет выжить.
Сглотнув, королева молча кивнула — и мы просто бежали, преследуемые неведомым волшебным конструктом.
К счастью, он быстро отстал, вернувшись на позиции.
— Ну зато червь нас теперь не достанет! — попытался я разрядить обстановку. Айли лишь молча кивнула, натужно пыхтя.
— Этот самозванец прав. — раздался из темноты шепот. — Теперь можно идти спокойней. Но торопиться все равно стоит.
— Самозванец? — повернулась Айли ко мне.
— Самозванец? — повернулся я к темному силуэту.
— Ну не его высочество Михаэль же ты, в самом деле!
Мне показалось, или силуэт всплеснул руками.
— Так! — повысила голос наша прекрасная спутница. — Сейчас мы идем к Кузне. И по дороге вы оба мне все объясняете. Ты — откуда ты взялся здесь в физическом теле. А ты — кто ты такой и что тут забыл! Быстро!
  
Глава 13
 
Причины и последствия
 
Теперь мы действительно шли не торопясь. И первым, после небольшой паузы, заговорил я.
— Я все еще не очень понимаю, где я нахожусь, честно говоря. Видите ли, до недавнего времени я совершенно не имел дел с магией. Да и историю я знаю мягко говоря никак…
— Еще бы. Раньше в твоем теле обитал безумец. Я и сейчас чую его обрывки у тебя…
— Э… ну, в общем да. Думаю,нет смысла скрывать, что это тело не мое родное. Ввиду экстренных обстоятельств, мне пришлось занять эту оболочку. Не думаю, что кому-то от этого стало хуже. А остатки души прежнего хозяина — принца Михаэля — заключены вот сюда.
С этими словами я расстегнул на груди порядком замаранную уже рубаху, и обнажил небольшую выпуклость, скрывающую под кожей статицит.
Разумеется, оба моих спутника сразу поняли, что это.
— О недра земные… Я прекрасно знаю, какими чудовищными зверствами добывают Суть Волшебства, но даже не предполагала, что в такие камни можно заключать души, а их сами вживлять в живого человека!
— Осмелюсь предположить, ваше величество… верно же? А, неважно. Предположу, что и тот, кто проделывал эту операцию надо мной, понятия не имел, получится ли. Видите ли, тогда мы оба находились в смертельной опасности. Такие дела.
— Ладно. Это все интересно, конечно, но для меня уже неважно. Я все равно давно мертва…
Холод вокруг понемногу отступал. Ледяные наросты исчезли, их сменила звонкая капель и бегущие тут и там ручейки. Светошар Айли перестал согревать — в это больше не было нужды.
— Насчет этого… — прервал я затянувшуюся тишину. — Теперь, когда мы не стоим на краю могилы, можете наконец объяснить мне толком, куда я попал? Я просто посмотрел в подаренное каким-то стариком зеркало. Мне кажется, я был под наваждением — я действовал совершенно неразумно и очень уж хотел туда заглянуть.
— Ха, кажется! — мягко, по-матерински, улыбнулась королева. — Думаю, тут нечего и сомневаться. Сделать зеркало, являющееся дверью не в зазеркалье, а в причинный план, может далеко не каждый маг. И уж туманить разум такой чародей точно способен.
— Она права, самозванец. — прошелестело спереди. — Это волшебное зеркало привело тебя на одно из астральных… как бы сказать, отражений объективной реальности. Мир бесконечен и неисчерпаем во всех направлениях. Это открытие давно сделано эфтейскими теоретиками бытия. Пересекался я тут как-то с парочкой… Так вот. У видимой нами вещественной реальности существует бесконечно много отражений в самых разных плоскостях. Буквальное отражение — зазеркалье, поле коллективных представлений о некоем месте, воплощенные суеверия, область возможностей и нереализованного, мир духов, царство теней, утративших индивидуальное бытие… Ну или, вот, область причинности.
Голос проводника замолк. Он будто прислушался к чему-то. Айли явно напряглась — она вообще не доверяла этому загадочному типу.
 
Я тоже. Но послушать было познавательно.
— У каждого явления в этом мире есть свои причины. Это очевидно. — продолжил вскоре он. — Какие-то явления мелки и незначительны, или столь многогранны, что воспринимаются как стихийные, хаотические, непостижимые. Их причины почти не сохраняются в памяти, почти не оставляют самостоятельного следа. Но события великие, важные, повлиявшие на судьбы многих тысяч, на облик мира… ну, или хотя-бы одного какого-то места, совсем другое дело. Они сохраняются в коллективной памяти как события — а в вещах как их зримая причина. Во всех вещах. Впрочем, все это является причинами вне зависимости от того, помнят ли о них живущие. Это влияет лишь на их место в прошлом. Так вот, умелые маги давно научились считывать суть вещей и мест, постепенно погружая свой дух, или даже буквально физически погружаясь, все глубже в события и эпохи, послужившие причиной становления дня текущего. Но достаточно прочны и… реальны, так скажем, только те события, которые оставили яркий след в общей памяти, или которые хорошо известны самому магу. По сути, речь идет о путешествии от слоя к слою, от одного яркого события к другому… О, пришли. Давайте-ка пока отложим лекционный материал.
Мы действительно пришли. Здесь древняя сырая пещера вдруг расплывалась, двоилась и троилась, и резко переходила в широкий каменный коридор с арочным сводом. Прямой как стрела, он вел нас к высоким начищенным до блеска бронзовым воротам. Украшенные искусной резьбой и узорами, они отражали свет простых масляных ламп, чадящих и потрескивающих вдоль стен.
— Даже интересно, какой временной отрезок оказался в истории этой вашей плавильни самым ярким. — усмехнулся силуэт. Теперь, когда он уже не мог избежать освещения, мы увидели, что наш спутник и правда представлял из себя лишь черное плоское пятно в реальности. Словно вырезанная из листового металла фигура. Мы неотрывно глядели на это… существо.
— Что вы на меня так смотрите⁈ — окрысился он в ответ. — Не каждому в этом мире довелось иметь так крепко привязанное к душе физическое тело, или оставить след в мировой истории! Особенно ты, че вылупился⁈
Я ощутил, что взгляд черного силуэта устремлен ко мне.
— А что я…
— Да ничего! Это Михаэль, трусливая свинья, он сделал меня таким! Одушевил собственную тень — и тут же забыл об этом!
— Так ты…
— О недра,я наконец поняла! — аж хлопнула себя по лбу Айли. — Ты забытая душа! Так вот в чем дело…
— Уважаемые господа. — картинно откашлялся я. — Спешу напомнить, что я понятия не имею ни о вашей йеркской магии, ни о том, что за духи такие. Можете, пожалуйста, понятно изъясняться⁈
Я устал. Просто устал — и все тут. Оказавшись в ином, свободном от взора Твари и ее проклятых эмиссаров, мире, согреваемом настоящим Солнцем, а не демоническим светильником, я ожидал, что смогу хоть немного насладиться жизнью, до того, как преступлю к выполнению своих обязанностей. Запаса прочности моей души, как обещали маги, должно хватить лет на десять — и уж годик я точно собирался посвятить наконец себе!
И уж точно я не ожидал, что мне придется сменить тело (это даже звучит абсурдно!), угодить в плен к каким-то варварам, пробиваться от них с боем, стать жертвой покушения, попасть под магический дурман, а в конце концов оказаться… где, в прошлом что ли⁈ Пусть даже в фальшивом. Да еще в компании двух самодовольно болтающих типов, к тому же несколько раз стоя буквально на краю могилы.
Нет уж. Пусть или объясняют нормально, или…
Я все еще очень крепко сжимал калечащий души стилет. О нем, кстати, тоже надо бы узнать.
Похоже, что-то в моем выражении оказалось очень красноречивым, так что дух заговорил своим шелестящим шепотом.
— Ты ведь знаешь историю прежнего Михаэля? Природного гения,рассеявшего свою душу на множество частей и потерявшего себя?
Я кивнул. Айли теперь тоже внимательно слушала.