Ненавижу тебя (ЛП)

— Привет.
Я подняла голову, посмотрела прямо в янтарные глаза Эндрю и слабо улыбнулась.
— И тебе привет.
— В последнее время ты была словно чужая на светской сцене.
Я посмотрела на свои руки.
— Я была немного занята.
— Да, Спенсер сказал мне.
Я напряглась.
— Что Спенсер сказал тебе?
— Только то, что ты занята, — пожал он плечами. — Ну, знаешь, разбираешься со своими делами.
  
— Боже. — Я приложила руку ко лбу. — Я не могу поверить, что мой брат всем рассказал.
— О, нет. Все уже знали.
— Что? Как?
— Ты серьезно? — нахмурил брови Эндрю. — Родители Окли — как королевская семья здесь, в Атертоне. Конечно, когда их сына отправят в какую-нибудь психиатрическую лечебницу, это будет самой горячей темой за обеденным столом в течение нескольких месяцев.
— Окли, — моргнула я и вздохнула. — Да, конечно.
— Это ожидаемо, если подумать. Они используют психическое заболевание, обвинят в каком-то психологическом расстройстве. Этот парень должен сесть в тюрьму за то, что он с тобой сделал. Похищение. Нападение.
Я засунула руки в задние карманы джинсов, подняв плечи.
— Некоторые утверждают, что психиатрическая клиника — это тюрьма.
— Это недостаточное наказание для такого больного ублюдка, как он.
— Прости, мы можем не говорить об этом?
— О, черт. Извини, — быстро отступил Эндрю. — Я такой мудак. Я не хотел…
— Все в порядке. — Я одарила его полуулыбкой. — Просто если мне больше никогда не придется говорить об этом, это будет здорово.
И это была гребаная правда. Моя жизнь внезапно превратилась в гигантскую кучу дерьма.
Окли разослал всем ту компрометирующую меня фотографию.
Похищение. Нападение. Попытка изнасилования.
Ной.
Это было уже слишком для меня, и мне хотелось отстраниться от всего этого. Я должна была задвинуть это в самые темные уголки своего сознания и оставить там, иначе сошла бы с ума.
Эндрю подошел ближе, и я уловила тонкий запах его мускусного одеколона.
— Пойдем, нальем тебе выпить.
И реальность в очередной раз чуть не сбила меня с ног.
— Я не могу, — пролепетала я. — То есть… я не хочу сегодня пить.
Он улыбнулся, показав глубокие ямочки на щеках.
— Тогда мы возьмем тебе содовую. Пойдем. — Эндрю протянул руку, и на секунду я встретила его взгляд, его теплые и золотистые глаза словно приглашали меня довериться ему. И по какой-то причине я согласилась.
Я взяла его за руку и пошла за ним сквозь толпу. Мне не нужно было смотреть по сторонам, чтобы понять, что все наблюдали за мной. Я чувствовала, как взгляды прожигали мой череп, словно я была обнажена под светом любопытных глаз. Как сказал Эндрю, то, что произошло с Окли, было свежей сплетней. Конкретно я была предметом сплетни. И только представьте, если бы все вдруг узнали, что я беременна, а отец моего ребенка взял и ушел, как гребаный ночной вор, будто я для него ничего не значила. Это вознесло бы меня на самый верх аутсайдеров, особенно в том поверхностном мире, в котором мы жили, где размер твоего дома определял уровень твоего влияния в этом городе.
Эндрю повел меня к бару, махая рукой знакомым лицам, когда мы проходили мимо. В воздухе пахло алкоголем и похотью. Я бывала на таких вечеринках достаточно часто, чтобы понять, что половина людей, в конце концов, окажется где-нибудь в темном углу, трахаясь так, словно завтра наступит конец света.
Вокруг нас раздавался смех и звон бокалов. Разговоры становились все громче и громче, по мере того, как толпа росла. Сейчас странно думать, что не так давно в моей жизни было время, когда мне нравилось быть частью этой жизни, когда я кайфовала на вечеринках, подобных этой.
Наконец, нам удалось прорваться сквозь толпу, и Эндрю отпустил мою руку, проскользнув за барную стойку и взяв содовую из прозрачного стеклянного холодильника. Он по-джентльменски налил ее в стакан и подмигнул, поставив его передо мной.
— Мы не хотели бы раздувать еще больше разговоров, чем уже есть.
«Боже мой. Он знал?»
Конечно, нет. Как он мог? Я сама узнала об этом только во второй половине дня и до сих пор не могу прийти в себя.
Я улыбнулась, оценив старания Эндрю скрыть, что я не пью алкоголь, как остальные гости. Последнее, что мне было нужно, — это новые сплетни, связанные с моим именем.
— Итак, скажи мне. Означает ли твое появление сегодня вечером, что Сиенна Уитлок вернулась?
— Осторожно. Я могу начать думать, что ты скучал по мне на вечеринках.
— Может, так и есть. — Эндрю одарил меня плутовской ухмылкой. — Тебя трудно не заметить.
Флиртовал ли он со мной? Скорее всего, так и есть. Мы вроде как сблизились на последней вечеринке, которую Сайлас устроил у нас дома, в ту ночь, когда мы с Ноем оказались в подвале моего отца. Если бы не мое безумное влечение к Ною, я бы, наверное, переспала тогда с Эндрю.
Сейчас, оглядываясь назад, я думаю, что было бы лучше, если бы я тогда обратила все свое внимание на этого парня с красивым лицом, а не на человека, который, в итоге, разбил мне сердце.
Музыка становилась все громче и громче и отдавалась эхом по мраморному полу. Руки дрожали, голова пульсировала так, что казалось, она может взорваться от каждого удара. Я положила руку на локоть и почувствовала, как кожа пульсирует от звуковых волн.
— Ты в порядке? — Эндрю изучал меня с озабоченным выражением на лице.
— Да, я просто…
Мое зрение затуманилось, и мое сердце, казалось, было в нескольких секундах от того, чтобы выскочить из горла. Я с трудом сглотнула.
— У меня просто небольшая клаустрофобия.
— Пойдем. — Он обхватил меня за плечи. — Давай подышим свежим воздухом.
Лица людей расплывались, превращаясь в неузнаваемые фигуры, и я с трудом удерживала глаза открытыми, пока Эндрю выводил меня из дома в теплую ночь.
Я втянула в себя воздух, вдыхая ночной аромат, позволяя ему заполнить мои легкие. У меня закружилась голова, я отшатнулась назад, и Эндрю подхватил меня прежде, чем я успела упасть. Он прижался своим телом к моему, чтобы поддержать меня.
— У меня так кружится голова.
Я закрыла лицо дрожащими руками.
— Я не могу… не могу нормально дышать. Я не понимаю, что со мной происходит.
— Я вижу паническую атаку. Тебе нужно сосредоточиться на том, чтобы делать по одному вдоху за раз. — Эндрю отпустил мою талию и положил руки мне на плечи. — Сиенна, посмотри на меня.
— Я не могу… я не могу дышать.
Меня охватила паника, и пульс участился до невозможности.
— Все в порядке. Просто делай один глубокий вдох за другим.
Я прижала ладонь к груди, чувствуя, как каждый глоток воздуха застревал в горле.
— Я не могу…
— Сиенна, посмотри на меня! — Он встряхнул меня за плечи. — Посмотри на меня!
Я подняла глаза, чтобы встретиться с его взглядом.
— С тобой все будет в порядке, я обещаю. Тебе просто нужно контролировать свое дыхание.
Моя кожа была холодной и липкой, а ладони горели. Я пыталась сосредоточиться, с трудом удерживая взгляд на нем. Мир вокруг меня вращался так быстро, что я чувствовала, как тошнота сжимала мой желудок, а легкие пытались расшириться. Я слышала стук своего бешено бьющегося сердца, ноги грозили подкоситься, а мысли лихорадочно перескакивали с одной хрени на другую.
Окли.
Травма.
Ной.
Боль.
Беременность.
Ребенок.
Иисус Христос. Ребенок.
Боже мой. Я собиралась потерять сознание.
— Эндрю, я не могу… — Я задыхалась. — Я не могу дышать.
— Нет, ты можешь. Тебе просто нужно сконцентрироваться.
— Нет, не могу.
— Можешь. Это просто паническая атака, Сиенна. Вот и все. — Эндрю крепче сжал мои плечи, и я почувствовала, как на висках выступили капельки пота, а тело словно горело изнутри.
Вот что значит умирать? Разум выходил из-под контроля, а тело продолжало натягивать колючую проволоку вокруг твоих внутренностей.
— Сиенна!
Я качала головой, слезы застилали глаза.