Ненавижу тебя (ЛП)

Я больше не был целью картеля Эспозито.
Годами они охотились за мной, проверяли каждый мой след, чтобы найти меня. Но я был человеком, которому нечего было терять, кроме своей жизни. Часто я задавался вопросом, не было бы проще, если бы я сдался им, просто чтобы, наконец, покончить со всем этим. Иногда я думал о том, чтобы покончить с этим самому. Но ни то, ни другое не было для меня выходом, потому что я дал себе обещание много лет назад. Обещание, которое я собирался сдержать. Обещание, которое, как надеялся, уже выполнил. Но, похоже, судьба распорядилась иначе.
  
Сиенна пошевелилась, и я вздохнул, пересек комнату и скользнул к ней в постель. Я обнял ее за талию и притянул к себе. Теплое тело Сиенны, словно шелк, прижалось к моему. Аромат ее волос, ощущение ее присутствия, звук ее ритмичного дыхания были для меня раем. Раем для человека с потерянной душой.
Сиенна придвинулась ближе, положив ладонь на мою руку, которая касалась ее живота.
— Я люблю тебя, — прошептала она в темноту, и я был уверен, что мое сердце разорвется на части.
Три слова, которые я никогда не мечтал услышать снова.
Три слова, которые были опасны для такого человека, как я. Потому что они давали мне надежду.
Сиенна
Мое сердце подскочило к горлу, когда я проснулась. Мучительное чувство сдавило мою грудь, когда в моей голове раздался голос:
«Он ушел».
Я резко повернулась направо, облегченно вздохнув, когда обнаружила, что Ной все еще крепко спит рядом со мной.
— Проклятье, Сиенна, — прошептала я, приложив ладонь ко лбу. — Возьми себя в руки, черт возьми.
Я осторожно выбралась из постели, стараясь не разбудить его, натянула через голову одну из его рубашек и на цыпочках вышла из спальни. Было чуть больше восьми, и солнце еще низко стояло в утреннем небе. Арочные окна из соборного стекла создавали красивые блики света на деревянных балках.
Прошлой ночью я была слишком озабочена, чтобы по достоинству оценить это жилое пространство. Я была поглощена своими мыслями и этой чертовски хреновой ситуации с Ноем.
Когда я сняла с мебели все белые простыни, в воздухе повисла пыль. У окон стояли темные кожаные диваны с золотыми заклепками, на полу лежал плюшевый белый ковер. Все в домике было идеально в своей простоте, за исключением ванной комнаты, которая была совсем не простой. И эта ванна на ножках-когтях была именно тем, что мне было нужно.
От одного взгляда на душевую кабину у меня вспыхнули щеки, напомнив мне о событиях, которые привели к тому, что мы с Ноем оказались в этом душе. Это было безумием, насколько взрывоопасными мы были вместе. С каким диким желанием наши тела требовали этого. С какой силой кровь в наших венах обжигала нашу плоть огнем, в котором мы так охотно сгорали. Мы могли бы вцепиться друг другу в глотки и все равно, черт подери, получать от этого удовольствие.
Целая полка была заставлена солями для ванн, маслами и пенами для ванн на выбор. Я перебрала все и остановила свой выбор на красивом стеклянном флаконе с круглой крышкой с хрустальной ручкой.
На поверхности воды образовалась шелковистая пена, а по комнате медленно разлился аромат лемонграсса.
Когда ванна наполнилась, я взяла рубашку Ноя и провела по ткани кончиками пальцев, сердце заколотилось в груди от осознания того, что он вернулся. Мысль о нем была как нить, которая соединила все осколки моего сердца, медленно исцеляя его и делая целым.
Я нашла ящик с заколками для волос и небрежно собрала свои кудри в беспорядочный пучок, затем повернулась боком и положила ладонь на живот. Изменений пока не было. Мое тело выглядело по-прежнему, но это было не так. Нисколько. Во мне росла жизнь. Ребенок. Ребенок Ноя.
Я вспомнила учащенное сердцебиение, то, как весь мир казался таким маленьким и незначительным по сравнению с этим божественным звуком. Как крошечная фигурка в форме фасолины на экране стала значить для меня больше, чем мое собственное существование. У меня не было сомнений, что я хотела этого ребенка. Я просто не была уверена, что Ной чувствовал бы то же самое. Но он имел право знать, особенно учитывая опасность, подстерегающую нас.
С тех пор как Ной снова ворвался в мою жизнь, я оказалась в водовороте гигантского пиздеца, и у меня не было и пяти гребаных минут, чтобы все переварить. Подумать о том, что все это значит для будущего. Для нас. Для этого ребенка.
Теперь это были не просто Ной и я. Не только наши жизни висели на волоске. Но и жизнь нашего ребенка.
Я обхватила живот обеими руками. Ной должен был знать. Он должен знать правду. Он больше не защищал меня. Он защищал нас.
Я должна рассказать Ною. Сегодня.
После того как я убедила себя, что больше не могу хранить свою тайну, я погрузилась в ванну. Шелковистые пузырьки разлетались и липли к моей коже, горячая вода успокаивала и постепенно снимала напряжение с каждой мышцы.
Я откинулась назад и закрыла глаза, прислонившись затылком к бортику ванны. Здесь было так умиротворяюще тихо. Даже мои мысли казались менее хаотичными.
Время шло. Мой разум был спокоен, но я пыталась подобрать нужные слова, чтобы рассказать Ною о беременности. Это было нелегко. Но у меня не было выбора.
Я почувствовала, как чьи-то пальцы пробираются сквозь мои волосы, вытаскивая заколку. Открыв глаза, я увидела, что надо мной возвышается Ной, обнаженный, с растрепанными волосами, низко нависающими над глазами.
— Мне нравятся твои распущенные волосы.
Ной продолжил искать новые заколки, наши взгляды сосредоточились друг на друге, воздух вокруг нас стал осязаемым и наполненным чем-то первобытным.
Одну за другой он снимал шпильки, и мое тело содрогалось каждый раз, когда Ной ронял одну из них на пол. Все мои чувства обострились от исходящего от него сексуального напряжения.
Мои волосы распустились, и он собрал их в ладонь, наматывая на кулак.
— Ной, что ты…
Внезапно Ной крепче сжал мои волосы и заставил меня выпрямиться.
— На колени.
Я повиновалась, возбуждение и электричество разлились по моим венам. Когда он поставил меня на колени, вода расплескалась, и мыльная пена заскользила по моему телу.
— Наклонись вперед, обопрись локтями на края ванны.
Мое тело затрепетало от предвкушения. Я понятия не имела, в чем заключался план Ноя, но уже знала, что он чертовски возбуждает меня.
Ной подошел ближе, прижавшись коленями к бортику, и его член оказался рядом с моим лицом. Он был невероятно твердым, вены набухли, а обхват увеличился от предвкушения удовольствия. На кончике появилась капелька предэякулята, и я облизала губы. Моя киска пульсировала, а тело напряглось от предвкушения.
— Это просто безумие, как легко ты меня заводишь.
— Сиенна?
— Да?
Ной дернул мою голову в сторону, и я ахнула.
— Заткнись на хрен.
Я сжала губы. Не говоря ни слова, Ной медленно наклонил мою голову вперед, пока головка его члена не коснулась моей верхней губы. Я застонала, предвкушая его вкус на моем языке, и сформировала идеальную букву «О», закрыв глаза, думая, что Ной проскользнет в мой рот. Но он этого не сделал. Вместо этого Ной провел кончиком по моим губам, очерчивая контур моего рта, искушая меня и заставляя изголодаться по нему.
Я взглянула на него, приоткрыв рот. Его голубые глаза, обрамленные темными ресницами, пылали ярким пламенем от доминирования, которого я так жаждала.
— Упрись локтями и открой свой грязный ротик чертовски широко.
Я придвинулась ближе и не сводила глаз с Ноя, пока он проталкивал свой член в мой рот.
— Соси. Не останавливайся, пока я не кончу. А я не кончу, пока ты не проглотишь мой член. — Обхватив рукой свой ствол, Ной направил член в мой рот, и я провела языком по его длине, чем вызвала шипение и рычание, сорвавшиеся с его губ.