90-е: Шоу должно продолжаться – 8

 
Глава 2
 
– А вот и моя Маша! – Гарик остановил мутный взгляд на одной из девушек. Шагнул к ней, протянул обе руки, потом с недоумением воззрился на микрофон, будто силясь сообразить, что же это такое он в руках держит. Очки на его лице покосились, он зашевелил губами. Потом вспомнил, зачем микрофон и поднес его к лицу. – Маруся-Маруся! С тобой я напьюся!
  
Длинноногие модели, стоявшие по бокам от девушки, на которую залип Гарик, шарахнулись в стороны. А сам виновник торжества обнял свою «звезду» и повис на ней. – Машенька, ты здесь самая лучшая, поняла? Если кто-то скажет другое, покажи мне его, и я ему… того… этого… ик! Подправлю лицо, вот! Поняла?
Он сунул микрофон прямо в лицо девушке.
– Я Вера, – сказала она неуверенно.
– А какая разница! – Гарик махнул рукой, снова качнулся, потерял равновесие и повис на девушке. Та обхватила его за талию и беспомощно огляделась. – Была Вера, станешь Маша… Главное, что ты самая лучшая, да? Кстати, девушка, телефончик же оставите…
Микрофон в руке Гарика мотнулся и продолжения его речи было не слышно. Но судя по всему, говорил он что-то весьма неприличное, потому что даже с моего места было видно, как девушка покраснела.
Зал, который с момента появления на сцене Гарика, безмолвствовал, теперь ожил. Раздались шуточки с места, смех и неуверенные аплодисменты.
– Боже, какой позор… – простонала Ирина у меня над ухом. Не успел заметить, когда она пришла в зал из-за кулис.
– Не позор, а испанский стыд! – с важным видом поправил я. – Позор был бы, если бы на сцене пьяная сейчас ты стояла.
– Трындец… – Ирина закрыла лицо руками. – И что теперь делать?
– Пока ничего, – я пожал плечами. – Стоим, смотрим, наслаждаемся.
– Издеваешься? – Ирина убрала руки от лица и посмотрела на меня взглядом несчастного щеночка.
– Ничуть, – усмехнулся я. – Вон туда посмотри. Видишь?
Ирина поднялась на цыпочки. За кулисами маячили Влад и Афоня. Первый сложился пополам от хохота, второй просто ржал и бил себя кулаком по ляжке.
– Мужики развлекаются, – сказал я.
– Ну да, они развлекаются, а у меня мероприятие провалилось, – буркнула Ирина.
– Милая, с чего провалилось-то? – я обнял ее за плечи. – Посмотри на зал, люди в восторге!
– Маша! Маша! – скандировали хором первые ряды. Остальные хохотали в голос, утирали счастливые слезы и орали просто от избытка чувств.
– Они ржут, а не в восторге, – огрызнулась Ирина. – Теперь мне хрен кто поручит проводить мероприятия…
– Знаешь, чтобы специально такое устроить, нужно очень постараться, – сказал я серьезно.
– Ну да, бухой придурок на сцене – это очень смешно, – вздохнула Ирина.
– Расслабься, – засмеялся я. – Теперь те, кто не пошел на это шоу будут завидовать тем, кто тут был. А те, кто был, будут взахлеб делиться подробностями.
– Позорище, блин… – фыркнула Ирина. – Ладно, все-все-все. Намек поняла, ныть прекращаю. Но ты же… Ты же поможешь спасти ситуацию?
– Конечно, милая, – я подмигнул. – Но давай досмотрим, чем история с Машей закончится.
Девушка Вера, которую Гарик принял за Машу и честно пытался со всех сторон ощупать, опомнилась и принялась шлепать его по рукам и отталкивать.
– Нет у меня никакого силикона, вы что, с ума сошли?!
– Погоди-погоди, я должен проверить… Все должно быть… ик… честно!
– Вообще-то это я – Маша!
– Ты? Да не, не может быть, какая ты еще Маша? У моей Маруси такие… уоооо… Хотя…
– Дорогие зрители, никуда не уходите, скоро все девушки получат награду… Игорь, Игорь, ты что делаешь?..
– У меня, между прочим, сиськи еще больше!
– А вот и третья Маша! Дай-ка я пощупаю, а то у меня что-то… ик… очки запотели!
– Я не Маша, я Жанна! Между прочим, я не замужем!
На сцене творился развеселый хаос. Самые сообразительные из девушек, до которых быстро дошло, чье это пьяное тело вышло, ломанулись к нему со своим богатством наперевес. Холеные длинноногие дивы откочевали к заднику, переступали та своими высокими каблуками, шушукались и недобро поглядывали на первых. Вера, та самая девушка, на которой Гарик повис, ажиотажа не разделяла и изо всех сил пыталась отбиться от повисшего на ней директора мясокомбината. Но тот вцепился, как клещ. Сиськи у Веры, кстати, были далеко не самые внушительные. Она была довольно миловидная, пухленькая и невысокая. И явно чувствовала себя не в своей тарелке и среди грудастых и наглых красоток, и среди длинноногих моделек, набранных для количества.
Пожалуй, пора и впрямь спасать ситуацию, пока она не зашла слишком далеко.
– Ладно, я погнал на сцену, – я чмокнул Ирину в макушку. – Надо успокоить нашего расшалившегося колбасного короля.
Я протиснулся через толпу перед самой сценой и поднялся по боковой лестнице. Помахал раззадоренной публике обеими руками и направился к Гарику и окружающим его девушкам. Чтобы соответствовать творящемуся бредовому хаосу, изобразил «походку страуса». Чем отвлек на себя часть зрительского внимания.
– О, Вовчик! – часто заморгал Гарик, сфокусировав на мне мутный взгляд. – Ну-ка быстро руки убрал, это все мои Маши, понял?
Я выхватил микрофон из рук у конфераньсье.
– Гарик, я тебе удивляюсь! – сказал я, активно размахивая руками. – Ты уже целый час топчешься на сцене и до сих пор не предложил всем выпить за победительницу!
– Выыыпить? – промычал Гарик, и глаза его загорелись. – Выпить, да! Машенька, нам немедленно нужно с тобой выпить. На этот, как его, бурдер… бубер… шамт…
– Я Вера!
– Гарик! – я протиснулся сквозь осаждающих Гарика полуголых девиц и обнял его за плечи. – Не отвлекайся! Ты же колбасный король, где твое величие?
– Выпить… – повторил Гарик.
– Да отпустите вы меня… – чуть не плача простонала Вера.
– Смотри туда, – я ухватил Гарика за волосы и повернул его голову так, чтобы в поле его зрения попал стол, на котором стоял поднос с фигурно порезанной колбасой разных сортов. И табличкой «Новокиневский мясокомбинат».
– О, колбаска! – обрадованно воскликнул Гарик. – Это все моя колбаска, у меня на заводе производится!
Цепкие пальцы Гарика, сжимавшие Веру, наконец-то разжались. Он отодвинул еще одну девицу, которая старалась своими сиськами загородить весь обзор. Кстати, это, кажется, та самая Маша и есть.
– Колбаска! – повторил он. – Девочки, давайте немедленно пожрем! И… ик… выпьем!
Я убрал микрофон подальше от лица и толкнул в бок освобожденную Веру, которая, кажется, даже не поняла, что ее никто не держит. Так и стояла на одном месте.
– Беги, пока он не очнулся, – прошептал я ей на ухо.
– Ой! – она вздрогнула и торопливо выскользнула из кучи-малы посреди сцены.
– Влад! – продолжая удерживать Гарика от падения во все стороны сразу, я повернул голову к кулисам. – Тащи бутылку, срочно надо!
Ржать Влад уже явно устал. И сразу сообразил, к чему я веду, так что никакого удивления не выказал. Подозвал конферансье, прошептал ему что-то ну ухо. У того аж уши заполыхали от возмущения, но Влад ткнул его кулаком в бок, и тот заткнулся. Безропотно взял у Афони початую бутылку «столичной» и с похоронным видом подошел ко мне.
– Гарик! – строго сказал я, заглядывая ему в лицо. Судя по тому, что он начал все больше клевать носом, он был уже почти готов. – Время твоего тоста!
– Тост! – выкрикнул он и взмахнул рукой. Неловко задев ближайшую девушку. Выглядело так, будто он ей оплеуху отвесил.
– Точняк, Гарик! – я продемонстрировал ему бутылку. – Тост!
– Машааа! – взревел Гарик, плотоядно оглядывая окрестности.
– Я Маша! – с готовностью подскочила ему под руку та самая девушка, которую он зацепил молодецким взмахом.
  
– Маруууууся! – расплылся он в слащавой улыбке и протянул руки к девушке. Девица победно оглядела остальных, поднырнула под его руку и прижалась к Гарику всей собой.
– Мария, – строго сказал я уже не в микрофон. – Нам нужно довести его до цели. Задача ясна?