Гейм-мастер нового мира (СИ)
Конфискация боевой экипировки.
У игрока изымаются все предметы, которые так или иначе можно использовать в бою: оружие, броня, расходные предметы и пр. Кроме этого, на игрока накладывается 24-часовой дебафф, запрещающий использование подобных предметов.
Данное наказание рекомендуется к применению, когда игрок использует боевую систему игры для нарушения правил.
После запроса данной функции Система проводит анализ действий гейм-мастера. Если они признаются необоснованными, то имущество возвращается к владельцам, а гейм-мастер подвергается наказанию.
Если действия гейм-мастера получают одобрение Системы, то всё конфискованное имущество выставляется на аукцион в ближайшем административном центре.
Эффект не заставил себя ждать. Оружие, которое гопники держали в руках, мгновенно исчезло. Вместе с ним исчезла надетая на них броня, будь то кожа или кольчуга.
— Чё за хрень?!
— Вы чё, прикалываетесь?! Я за это полтинник голды отдал!
Знаю, неожиданное решение. Я и сам подумывал прописать ублюдкам старое доброе /kill.
Но нельзя забывать про Систему. Убийство игроков — слишком радикальная мера, и если Система не одобрит моих действий, то и наказание будет радикальным.
А вот конфискация экипировки, которая использовалась для нападения на ГМа — это вполне оправданная мера. Всё-таки мы теперь — представители закона.
Именно поэтому пришлось добавить в свой план ещё пару пунктов. Вы ведь не думали, что я позволю этим отморозкам отделаться столь лёгким наказанием?
Теперь придётся немного подождать. А заодно вызволить одну девицу, которая так и притягивает к себе неприятности (впрочем, кто бы говорил).
Я протолкался через гопников обратно к «трону». Теперь уже никто не пытался меня остановить. Наоборот, хулиганьё спешило убраться с дороги, дабы не нарваться на ещё одно наказание.
Грегос сидел всё там же, удивлённый, но не напуганный, и сверлил меня цепким взглядом. Не обращая на него внимания, я подошёл к Флори и помог ей встать.
— Я ведь говорил, что не дам тебя в обиду.
Губы девушки задрожали, уголки глаз увлажнились.
— Не здесь, — сказал я. — Эти отморозки не достойны видеть твоих слёз.
Но прежде, чем увести девушку, повернулся к Грегосу и требовательно произнёс:
— Одежда.
Не став испытывать судьбу, главарь банды достал из инвентаря и передал мне комплект женской одежды: водолазку, джинсы и кеды.
— Почему не нападаешь? — спросил он. — На мне нет ни брони, ни оружия. Лучшей возможности убить меня у тебя не будет.
— Потому что я не самоубийца, — ответил я. — ГМу нельзя использовать свои полномочия для сведения личных счётов (как бы ни хотелось). Иначе Система меня самого прикончит.
Сказав это, я взял Флори за руку и вывел её из отеля.
Ой, тут же люди ходят, а у неё все прелести на виду. Я поспешно призвал гоблина. Вдвоём мы обступили девушку, тактично отвернулись и подождали, пока она оденется.
— Я всё, — сообщила она спустя минуту шуршания.
— Не вижу радости на твоём лице, — сказал я, повернувшись.
— Не подумай: я рада, что ты меня оттуда вытащил, и очень тебе благодарна. Но… что дальше? Ты отнял у бандитов весь эквип, но сами-то они живы и здоровы. Они ведь скоро найдут новый, и захотят отомстить…
— Что дальше? Дальше, дорогая моя, ход следующей фигуры, — сказал я, открыв френдлист и остановив взгляд на строчке с именем «Кэндзи».
***
— И как ты только не боишься? Они ведь теперь найдут тебя! — сокрушался какой-то мужик, стоя перед Кэндзи. — Ты двух людей Грегоса убил, он такого не прощает!
— Ещё и нам достанется! На нас злобу выместят! — добавил другой.
— Вот-вот, захотел выпендриться, а в итоге всем людям проблем прибавил! — вторила им тётка.
— Какие же вы жалкие, — ответил самурай. — И сколько ещё собираетесь это терпеть? Вчера они ваши деньги отнимали, сегодня похищают и насилуют женщин, а завтра вообще всех в рабство отправят! Будете у них полы мыть и унитазы чистить. И вспоминать, как не дали отпор, когда ещё могли это сделать!
— Вы гляньте, какой крутой. Герой кверху дырой, — съязвила тётка.
— Да, я крутой! Я только что вот этим мечом зарубил двух отморозков. И что с того? Что-то я не вижу ни полиции, которая посадит меня в тюрьму, ни наказания от Системы. Старые порядки больше не работают, поймите уже наконец! Теперь можно (и нужно) добиваться справедливости огнём и мечом! А не жалобами и причитаниями.
— Огнём и мечом? Ха! Да у Грегоса там целая орава бойцов с бронёй и оружием! С чем мы на них пойдём — с голыми жопами?
У Кэндзи пиликнул интерфейс: пришло сообщение от Шадара. Прочитав его, самурай с трудом сдержал улыбку. Система одобрила конфискацию у гопников оружия. А значит, уже скоро…
Очередное «дилинь-дилинь» раздалось уже не в интерфейсе, а по всему зданию школы.
Внимание! На аукцион выставлены новые товары! Любой желающий может ознакомиться с ассортиментом, подойдя к соответствующему НПС!
На мини-карте мигнула отметка, показывающая точное расположение нужного НПС. И почему Система называет так живых людей…
Споры тут же поутихли. Те, кто понял суть объявления, сразу направились в помещение, где Система разместила аукцион. Это был один из классов школы на первом этаже. Кэндзи туда уже заглядывал и знал, что там работают сразу два нп… человека.
Самурай тоже направился туда. Когда он пришёл, в классе уже находились несколько человек, а двое сотрудников зачитывали им ассортимент товаров.
Да, аукцион в этой игре работал вот так, через живых людей. Никаких интерфейсов, где просто нажал кнопочку и увидел перечень товаров. Видимо, Система специально так сделала, чтобы дать мирным людям больше вакансий.
— Железные мечи — шестнадцать штук, — сообщила женщина за левой стойкой. — Цена — десять золотых.
— Ровно десять? — спросил Сержио. — Я думал, раз тут аукцион, то придётся торговаться.
— Зависит от конкретного предмета, — пояснила аукционистка. — Простенькие предметы, которые и так можно приобрести в магазинах, продаются вот так, по заниженной цене. А вот вещи покачественнее и подороже будут выставлены на торги.
— Покачественнее? Это какие, например?
У Кэндзи быстро забилось сердце, он навострил уши.
— Например, одноразовый свиток призыва отряда импов. Стартовая цена — пять золотых, но вот за него придётся поторговаться. Торги будут идти ровно сутки, после чего свиток достанется игроку, предложившему наибольшую цену. А остальные получат свои деньги обратно.
— И много импов призывает? — поинтересовался парень.
— Вот информация, — сказала сотрудница и вывела перед игроками окно интерфейса, на котором отображалось описание предмета.
— Всего трое? Сомнительно… Я б за такое торговаться не стал. А ещё что есть?
— Катана. Стартовая цена — двадцать золотых.
Сердце превратилось в отбойный молоток, но нужно было дождаться подходящего момента.
— Вау, настоящая самурайская катана?! Вот это интересно. А дамага у неё сколько?
Не говоря ни слова, аукционистка снова вывела окно с описанием предмета.
— Двадцать шесть дамага? Да это ж на восемь больше, чем у железного меча! Вот за это я поторгуюсь.
Кроме статов оружия, на голографической панели отображалась также его 2д-модель. Вот теперь пора, понял Кэндзи и протолкался вперёд.
— Постойте, да это ж моя Харануки!
— Что ещё за Харануки? — не понял Сержио.
— Моя катана, вот что! Эти бандиты её ещё в первый день отняли!
— Стоп. Мужик, ты ведь сейчас не заявишь, что тебе её должны отдать бесплатно?
— Таких полномочий у нас нет, — сообщила аукционистка. — Хотите заполучить катану — выигрывайте в торгах.
— Да понимаю я… — проговорил самурай. — Но постойте, откуда она вообще тут взялась? У вас есть информация, откуда товары поступают на аукцион?