Каприз судьбы
— Ты делаешь это по велению своего доброго сердца.
Теплое дыхание Джека коснулось ее щеки. Синди поспешно выпрямилась.
— Ну да, разумеется! Между прочим, из-за тебя я пропускаю ужин, что просто глупо.
— Вовсе нет, золотце, — ласково произнес Мюррей. Но не успела Синди удивиться внезапной перемене его интонаций, как он все испортил: — Признаться, я удивлен подобной бескорыстностью. Она так редко встречается в этом алчном мире…
— Ты хотя бы минутку можешь побыть серьезным? — ворчливо поинтересовалась Синди.
— Для тебя что угодно… — пробормотал Джек, устало проводя ладонью по лицу.
— Неразумно с ходу приступать к работе. Нужно делать это постепенно.
— Знаю, знаю… — Джек не смог сдержать зевка. — Просто я очень беспокоюсь о своем детище.
В этом замечании явственно прозвучали собственнические нотки.
— Детище? — удивленно переспросила Синди. — Хочешь сказать, что ты не просто директор, а владелец компании?
— Ну, вначале нас было двое, Пока дружище Берт едва не пустил наши фонды по ветру, увлекшись игрой в рулетку.
— В… рулетку? — с запинкой произнесла Синди. — Вот оно что…
— Да, — кивнул Мюррей. — Так что теперь я предпочитаю играть соло. — Он снова зевнул, и его глаза закрылись.
Синди еще немного постояла, прислушиваясь к размеренному дыханию пациента, с которым по странному стечению обстоятельств ее связывало общее несчастье — оба они стали жертвами чужого азарта.
Ей казалось, что, оставаясь в спальне Джека, она нарушает его частную жизнь, но в этом красивом лице существовало нечто, что очень привлекало ее. В какой-то момент Мюррей пошевелился, невнятно пробормотав несколько слов, и Синди едва не подпрыгнула от неожиданности. Успокоившись, она хотела было поправить сползший плед, но вдруг заметила, что наглухо застегнутый ворот рубашки туго врезался в шею Джека.
Чего доброго, еще задохнется во сне, с беспокойством подумала Синди.
Но, чтобы прикоснуться к Мюррею, ей потребовалось преодолеть внутреннее сопротивление. С гулко стучащим сердцем она присела на краешек кровати и расстегнула сначала одну верхнюю пуговицу — что оказалось не так-то просто, учитывая дрожь в пальцах, — а затем вторую.
Его кожа была теплой…
Идиотка, а ты чего ожидала! — мысленно выругала себя Синди. Ведь это живой человек, а не мраморная статуя. Как и все остальные, Джек сделан из плоти и крови. Вон какие у него твердые мускулы и темные завитки волос на груди…
Она думала об этом, с удовольствием ощущая, как под ее ладонью мерно поднимается и опускается в процессе дыхания его грудь.
— Так-то лучше, — заметила Синди, ни к кому конкретно не обращаясь.
Она все еще оставалась на кровати. А ее рука покоилась в области солнечного сплетения Джека. Стоит переместить ладонь пониже, и можно будет ощутить…
Едва в мозгу Синди возник образ причинного места Джека, как ее мгновенно бросило в жар. От стыда. Боже, о чем она думает!
Сгорая от стыда, Синди осторожно поднялась с постели и выскользнула за дверь.
4
Напрасно она надеялась, что Мюррей проспит целые сутки. Во время завтрака Энни сообщила, что через сорок минут тот желает видеть ее в бассейне. Не оставалось ничего иного, как отправиться туда.
Несмотря на то что Синди было жарковато в футболке, которую она набросила поверх купальника, она испытывала странное нежелание раздеваться. Она села на край бассейна и опустила ноги в воду.
Она по-детски шлепала ими по водной глади, когда из двери, соседствующей с апартаментами, появился Джек. Синди постаралась заранее подготовиться к тому, что, увидев его, ощутит некие чувственные вибрации — после того что случилось вчера в спальне, иного ожидать и не приходилось, — но она никак не предполагала, что они окажутся настолько сильными!
Синди только что изнывала от жары и вдруг ощутила на коже мурашки. Каждый шаг приближающегося Мюррея усиливал ее внутренний трепет. Если так пойдет и дальше, то очень скоро ее нервы окажутся в полном расстройстве.
Можно подумать, что ты никогда не видела парня в плавках! Возьми себя в руки!
Джек, похоже, окончательно отказался от костылей в пользу трости. В связи с чем предусмотрительность его матери, позаботившейся о том, чтобы кто-то присматривал за сыном, оказалась совершенно оправданной. Если бы не это, Джек, наверное, через месяц уже участвовал бы в спортивных забегах на длинные дистанции!
Ощущая неприятную пустоту в желудке, Синди встала на ноги в тот самый момент, когда Мюррей достиг ступеней, ведущих в бассейн. Оба выпрямились и посмотрели друг другу в глаза. Затем как-то так получилось, что взгляд Синди начал блуждать по всему телу Джека.
— Достаточно увидела?
Вопрос прозвучал словно гром среди ясного неба. Синди замерла, потрясенная. Затем не сразу, но все же сообразила, что в словах Мюррея отсутствовало раздражение. Это помогло ей обрести душевное равновесие.
Как хорошо, что она может с полным правом разглядывать пациента! В конце концов, это часть ее работы. Даже если бы Синди не хотела, ей все равно пришлось бы заниматься этим.
— Ты отлично сохранил мышечный тонус, — деловито заметила она, стремясь тем самым показать, что ее исследование носило чисто медицинский характер.
— Только слаб как котенок, — усмехнулся Джек, в свою очередь окидывая взглядом собственное тело, которое еще совсем недавно с готовностью подчинялось любому требованию мозга.
— Но ведь тебе столько времени пришлось провести на больничной койке, — возразила Синди. — Кстати, я удивлена. У меня были опасения, что все окажется гораздо хуже.
Заметив, что Мюррей прислонил трость к перилам лесенки, она машинально протянула руку, чтобы помочь ему устоять на ногах. Он с усмешкой принял помощь, и Синди ощутила, как его пальцы сжали ей предплечье.
Их прохлада резко контрастировала с жаром ее тела. Ощущение еще больше усилилось, когда с опозданием на долю секунды на Синди нахлынула волна чувственного трепета. Ей понадобилось все самообладание, чтобы не выдать состояния, в котором она внезапно оказалась. Еще никогда не испытывала она ничего подобного. Это было сексуальное притяжение чрезвычайно высокого, неведомого доселе уровня.
— Ты так говоришь, как будто я еще должен быть благодарен.
Игнорируя приближение паники, Синди улыбнулась.
— Знаешь, на сегодня я уже исчерпала лимит банальностей.
— Ах вот как? У тебя существует подобный лимит? В таком случае ты просто ангел милосердия.
Синди смерила Джека взглядом.
— Готова спорить, что ты задал перцу медперсоналу клиники, в которой проходил лечение!
В глазах Мюррея заплясали чертики.
— Надо же было как-то развлекаться, день-деньской валяясь в постели, — заметил он без тени сожаления по поводу всех своих больничных выходок.
Его слова заставили Синди похолодеть. Она вдруг испугалась, не задумал ли Джек и ее использовать в качестве потехи? А что, ведь ему это даже интересно! Сначала она открыто заявляет, что Мюррей ей не нравится. Но вдруг все меняется, и Синди превращается в беспомощное существо, способное лишь безвольно дрожать под напором бушующих в организме гормонов да таять под взглядом пронзительно-синих глаз! Джек со своими извращенными понятиями о юморе едва ли сможет устоять против возможности сыграть такую злую шутку…
— Сегодня ты выглядишь гораздо лучше, чем вчера вечером. — Сказав это, Синди тут же задумалась, так ли уж хороша идея вспомнить о событиях прошедшего дня. Ведь мужчины, подобные Мюррею, ненавидят, когда кто-то становится свидетелем их слабости.
— Ах, вчера… А я все жду, когда ты произнесешь знаменитое: «Ведь я же тебя предупреждала!»
— Я просто констатирую факт. Уверена, ты и сам осознаешь, как глупо вел себя до моего вмешательства.
— Нет, я только сейчас начинаю осознавать, насколько ты правильный человек, — с усмешкой парировал Джек.
Их взгляды вновь встретились, и внезапно вся веселость развеялась, оставив вместо себя сильную напряженность. Не выдержав этой перемены, Синди первая отвела глаза.